Макрив - Кресли Коул

Его слова звучали с уже привычной уверенностью. Но всё же она ощутила скрытую… нервозность?

Он подошел ещё ближе, снова показалось, что он хочет её поцеловать. Мысль об этом врубила пробуждение на ускоренные обороты. Её лицо вспыхнуло, соски напряглись. Она смотрела на его губы, представляя как ощутит их своими, представляя их вкус. С такого близкого расстояния она заметила, что его нижнюю губу посередине пересекает маленькая складочка. Ей захотелось её лизнуть.

— Ты рассказал о множестве плюсов, — рассеянно проговорила она. — А каковы минусы?

Глава семнадцатая

Минусы? Я не могу с тобой переспать, даже когда ты так отчаянно в этом нуждаешься.

Там, в комнате видеонаблюдения, когда Хлоя размякла от желания, Уиллу потребовалась каждая крупица его самообладания, чтобы не уложить её там же на стол. Даже сейчас восхитительный аромат её возбуждения заполнял его органы чувств.

— Рядом с тобой я должен себя контролировать. Если мой зверь восстанет, я могу причинить тебе вред. — Натиск, который женщина Ллора ощутит зубодробительным, для Хлои окажется сокрушающим кости. — Ты очень… смертная.

— Что заставило бы зверя подняться?

— Если бы тебе грозила опасность. Или если бы я уложил тебя в кровать. Вот почему я не смогу взять тебя сегодня. Хотя, думаю, ты бы согласилась.

Её щеки запылали, а взгляд метнулся в сторону: бинго. Он чуть не застонал от потери. Почему я не могу быть таким, как надо?

Когда Хлоя сказала, что полностью посвятила себя спорту, он ещё раз убедился в своём подозрении, что она невинна. Ему хотелось взвыть от удовольствия, ведь именно он станет тем, кто откроет для неё любовные ласки.

Но потом он напомнил себе "ты не занимаешься любовью". Ты даже не знаешь, как это делается.

Сейчас, как и тогда, его заполнили дурные предчувствия. Его план довести её до разрядки, оставаясь отстранённым, сохраняя контроль, казался невыполнимым.

— Я не понимаю, — сказала Хлоя.

— Если я буду слишком возбужден, мой зверь восстанет. Он поглотит меня полностью.

— На что это похоже?

Костыль.

— Я остаюсь собой, но всё вокруг ощущается по-другому. Это как наркотик. Я бы испытывал удовольствие и помнил бы всё, что произошло между нами, но действия зверя контролировать бы не смог.

— Действия?

— Зверь захочет взять тебя жёстко, Хлоя.

Её дыхание участилось, взгляд она не отвела. Напротив, в её глазах он увидел живой интерес. Этот взгляд подогревал его кровь, заставляя член подрагивать и пробуждая зверя.

Уилл наклонился, чтобы сказать ей на ухо:

— Он захочет трахнуть тебя сзади, пока ты будешь стоять на четвереньках.

Она прикусила губу, едва подавив тихий всхлип.

От этого звука его член запульсировал. Он возбудил её одними лишь разговорами?

— А, милая, тебе это нужно, не так ли? — От порыва ветра лепестки с дерева посыпались снегопадом.

Она, казалось, этого не замечала.

— Да… нужно.

Его рука дрожала, когда он погладил её по щеке.

— Да даже не подозреваешь, как сильно я хочу доставить тебе удовольствие.

Она была его Подругой, и по запаху он понял, что она влажная. Но ведь он был слишком искорёжен, чтобы он ней позаботиться.

Догадка сузила его взгляд. Зверь должен быть близок к поднятию. Он ревел внутри; он кипел.

Он оставался в клетке.

Его Инстинкт заговорил, будоража разум, посылая дрожь по телу…

— Твоя женщина жаждет. Позаботься о ней. -

Инстинкт был непогрешим. И он диктовал ему прикоснуться к Хлое.

— Ты жаждешь?

Она взглянула на него, беспомощно кивая.

— Какого цвета мои глаза? Они голубые?

Она покачала головой.

— Мерцают немного.

Он знал, что не сможет сделать её своей, но вдруг получится о ней позаботиться.

— Если я скажу, что облегчу твою нужду, ты мне позволишь? Только это и больше ничего?

Он взял её руку, поднося запястье к губам. Лёгкий поцелуй к пульсирующей венке заставил её ахнуть. Затем, потянув за руку, он притянул девушку ближе, чтобы губами провести по её шее.

Она вздохнула.

— Да.

Вероятно, это была плохая идея, но в тот момент Хлоя не могла вспомнить, почему. Она была совершенно уверена, что попросит его продолжить, если он вдруг остановится.

Он не остановился. Его горячие губы обжигали кожу, вдигаясь вверх по шее.

Волнение плескалось внутри, страх отсутствовал начисто, все органы чувств казались перегруженными. Она чувствовала запах дождя, лепестков, его пьянящий запах. Как он мог так приятно пахнуть?

Когда его ловкий язык смахнул с её влажной кожи капельки дождя, она подумала "зачем сопротивляться?"

Такую же страсть она ощущала и во время своей первой профессиональной футбольной игры. В тот день она не позволяла ничему встать на её пути, полностью отдавшись острым ощущениям и адреналину.

Сейчас она сделает то же самое. Не будь трусихой. Узнай, куда ведёт эта дорожка.

Пока что эта дорожка заставляла её задаваться вопросом, как она жила без МакРива всю свою жизнь.

Не жила. Просто существовала от одной игры до другой.

Обвив рукой талию, он плотно прижал к себе её тело, потом нежно прикусил зубами мочку уха. Колени у неё сделались ватными.

Когда ей пришло в голову, чувствует ли он её соски, прижатые к его торсу, он прошептал ей на ухо:

— Если ты так реагируешь на поцелуи вдоль шеи, то что будет, если мой рот займётся этими прелестными сосочками.

Она дышала с трудом, но, скорее, не от его слов, а от прилива сильного желания, которое они вызвали. Она не могла думать. Как ответить на такое заявление? Разум кричал: поцелуем!

Он читал её мысли, целуя щёки, уголки губ, потом губы полностью. От неожиданности её рот открылся — всё это до сих пор было так непривычно — и он воспользовался возможностью провести языком между приоткрытых губ.

Её руки взлетели к его плечам, с наслаждениям их сжимая. Мышцы извивались под её пальцами волнами, намекая на тот вид, который откроется, если он снимет рубашку.

Нежно обхватив ладонью её затылок, он осторожно проник языком ей в рот и чувственно им потёрся. Когда она застонала, он сделал это снова. И снова. Он дразнил её, доводя до умопомрачения.

Но потом он отстранился, глядя на неё взглядом, полным… страстного желания?

— П-почему ты остановился? — Её сексуальное напряжение, нараставшее в течение нескольких недель, теперь прорвало.

Почему он не заходит дальше? Разве он не должен прикоснуться к её сиськам, типа? Девушки в раздевалке часто описывали парней с руками-осьминогами.