Позиционная война - Алексей Николаевич Ардашев

мере разобрались также в тех фактах, что во всех операциях они не осуществили внезапности и не подготовили плацдармов для построения всего боевого порядка. Они не обнаружили, что уже эти сражения выявили две резких тенденции: 1) превращение общего сражения в тягучие бои за местные предметы, 2) все возрастающую роль железнодорожного маневра резервами, позволявшую противнику быстро подтягивать к полю сражения новые силы.

Это втягивание свежих сил уже в 1915 г. предопределило новый характер операций на западном театре.

В отношении тактических приемов там, где выступает творчество масс, где бойцы и непосредственные войсковые командиры, приспосабливаясь и приспосабливая новые средства борьбы, создают в разгаре боя новую тактику, — там сразу были накоплены богатейшие данные в отношении методов обороны и наступления. Такие новые тактические приемы и формы, как продвижение сапами по склонам гор (Вими, Нотр-Дам, де Лоррет), новый вид боя ручными гранатами в траншеях и ходах сообщений (знаменитый «лабиринт» в Артуа), атаки и контратаки мелких частей пехоты, убийственная роль отдельных сохранившихся пулеметов обороны, роль позиций на обратных скатах, минная борьба, роль наблюдательных пунктов и системы связи и т. д. — все это было быстро найдено и осознано войсками.

Но выразителями этой новой тактики часто бывали наиболее реакционные, шовинистически настроенные командиры, которые к боевым выводам прибавляли большую долю отсебятины. Для примера возьмем брошюру капитана Лафарга «Пехотная атака в настоящем периоде войны», изданную в августе 1915 г. и разосланную по распоряжению Жоффра в войска. Брошюра наделала большой шум и по существу превратилась в первоисточник для разработки инструкции, по которой была проведена операция в ШампаниАртуа в сентябре 1915 г.

Лафарг исходит из основного предположения, что немцы имеют всего лишь одну укрепленную линию, глубиной не более трёх километров Он пишет:

«Атака — это грандиозный, безграничный штурм, начатый мгновенно на всем фронте наступления, ведомый с бешеной настойчивостью прямо перед собой, могущий остановиться лишь тогда, когда последняя неприятельская линия будет сокрушена. Атака отнюдь не должна быть методичной. Нельзя понемногу грызть одну за другой мешающие оборонительные линии — надо решиться и проглотить их сразу».

Лафарг отдает должное тщательной подготовке операции. У него имеется и ряд ценных указаний. Он по опыту знает, как трудно 75-мм орудиями уничтожить пулеметы, какое гибельное влияние оказывают пулеметы противника; он знает, что пехоту перед началом атаки нужно подводить возможно ближе к противнику. Поэтому Лафарг требует мощной артиллерийской подготовки.

Лафарг требует и наличия крупных подвижных резервов, в составе которых он считает необходимым иметь:

«Кавалерию, автобатареи, автопулеметы, пехотные батальоны, посаженные на автомобили, с приданными им для очистки дорог саперами, и кроме того крупные свежие силы, готовые начать новые бои и могущие вступить в дело через 2–3 часа».

Но реакционно настроенный боевой командир видит, что условия позиционной борьбы быстро уничтожают у бойцов остатки муштры мирного времени. Поэтому больше половины своей брошюры Лафарг уделяет вопросам сохранения дисциплины, порядка и обучения войск. Он требует не только густых цепей, но и их равнения.

Все эти выводы войсковых командиров изучались в высших штабах, сводились и издавались в новых инструкциях, которые носили главным образом тактический характер.

Но с задачами оперативного характера высшие штабы в комфорте тыловой жизни, вдали от фронта справлялись гораздо хуже. Здесь опыт накапливался гораздо медленнее, прогноза на будущее в большинстве случаев не было, оперативные формы носили в себе черты маневренной войны (обход и охват несуществующих флангов и т. д.).

В той части работы высших штабов, которая была обращена к тылу страны, так же наблюдались крупнейшие недочеты. Потребности в технических средствах борьбы, в пополнениях, в новых формированиях исчислялись неправильно. Сегодня одна заявка, завтра — другая, послезавтра — третья. Высшему командному составу казалось почему-то, что война должна скоро окончиться. Но война расширялась и углублялась, втягивая все новые ресурсы и приобретая все больший размах.

Первой крупной операцией позиционного периода является операция в Шампани — Артуа в сентябре 1915 г. На ней мы остановимся подробнее.

Но уже в первых операциях 1915 г. резко выступают две тенденции, задававшие тон стратегии и тактике всей мировой войны. М ет о ди зм и бы ст ро т а д ей ст вий превратились в некие непримиримые полярности, к которым попеременно склонялось внимание стратегии и тактики Антанты.

Строгий методизм проповедывали те представители генералитета Антанты, которые олицетворяли стратегию истощения (Фош, Петен, Хэг и др.). Более полно соответствуя политике союзников, методизм определял генеральную линию стратегии и тактики Антанты. Быстрота же действий проповедывалась теми генералами (Манжен, Нивель, Дебене и др.), которые под этим знаменем критиковали методизм главного командования. Принцип быстроты действий отражал влияние тех капиталистических и политических кругов, для которых затяжная война была невыгодна (например, для рантье, терявших свои капиталы при падении франка).

Французский солдат в бронежилете той эпохи

Характерно, что почти до конца войны соединить, разрешить противоречия методизма и быстроты действий Антанта не сумела. До известной степени эту задачу разрешили немцы и то только в 1918 г.

Операция в Шампани — Артуа (25 сентября — 6 октября 1915 г.)

Нужно раньше всего констатировать, что французы согласились провести эту операцию с большой неохотой. Систематический провал предшествующих попыток прорыва неприятельского фронта должен был навести на мысль, что для достижения успеха нужно применить гораздо большие силы и средства, чем прежде. Но выделение нужных сил и средств в подавляющей части должно было пасть на долю Франции. К концу лета 1915 г. Англия успела перебросить на материк только 23–30 дивизий. Развертывание английской артиллерии и других технических средств борьбы еще не достигло больших размеров. Кроме того, английское главное командование считало, что английская армия ни по своей численности, ни по подготовке еще не приспособлена к проведению крупных наступательных операций. Систематический отказ английской главной квартиры принять участие в совместном ударе вызывал раздражение французской Ставки, правительственных сфер и общественного мнения. Но с фактом нужно было считаться. Поэтому естественно, что Жоффр предпочитал выжидать того времени, когда можно будет переложить на плечи английской армии большую часть бремени войны.

В то время и французское главное командование не могло считать, что оно располагает достаточными ресурсами, чтобы начать решительную операцию только своими силами, не опираясь на силы союзников. Начатая мобилизация французской промышленности еще не дала нужного эффекта. В день выпускалось только 80000 артиллерийских снарядов, а тяжелой артиллерии были выпущены только единичные опытные образцы.

Но решающее влияние оказали события на восточном театре войны. Победоносное продвижение немцев, казалось, не будет иметь пределов. В течение всего лета 1915 г. из русской Ставки и