Блюз чёрной собаки - Дмитрий Скирюк

Витька был высокого роста, крупный и сильный, как Ломоносов. Никогда не слушал ничьих советов. Это была такая личность, что ему позволялось (и прощалось) многое. Фактически он был большой ребёнок. Всё или почти всё ему доставалось легко, и, когда жизнь ударила его по-настоящему и сбила с ног, он уже не поднялся. Беспробудное пьянство положило конец нашей многолетней дружбе. Пил он страшно. Чтобы разрушить свой организм, ему понадобилось около двух лет.

Потом он умер.

Меня бил мандраж. «Блюз чёрной собаки», — сказал мне во сне то ли Виктор, то ли Сито. Странное сочетание, вроде «фея внутреннего гуся». Скажи кому-нибудь: «чёрная собака», и, готов спорить, ни у кого не возникнет хороших ассоциаций, разве только у собаководов. Вчера в «Кристалле» неизвестно с какого бодуна мне тоже привиделась большая чёрная псина. И кстати говоря, она привиделась или была на самом деле, а если была, куда исчезла? Не могла же она незаметно войти в кинотеатр, а потом незаметно удрать! Мне вспомнилось старое поверье, будто оборотень в минуты опасности способен исчезать (говорят, именно по этому признаку охотники-коми его и узнают). Ещё я читал, что в европейских летописях упоминаются случаи появления странных следов, которые не принадлежали ни одному известному животному. Отпечатки эти нашли даже на вулканической лаве на склоне Этны. Само собой, такие следы могли остаться, только если нечто прошло по раскалённой, ещё не застывшей лаве (в принципе, рассудил я, это слегка напоминает то, как я вчера наследил в кинотеатре). Несколько раз таких животных даже видели. В ряде случаев свидетели описывали нечто пумоподобное, длиной около полутора метров, не считая хвоста, с кошачьей мордой. В других упоминали существ, похожих на больших чёрных собак.

Вообще, что я знаю о собаках, особенно чёрных? Естественно, первым делом мне на ум пришла самая известная собака — Баскервилей. Как писал Конан Дойль: «Огромный, чёрной масти зверь, сходный видом с собакой, но выше и крупнее всех собак, каких когда-либо приходилось видеть смертному». Если подумать, «отец» Шерлока Холмса взял свое чудовище отнюдь не с потолка: в английских преданиях упоминается баргест — рогатое существо с клыками и когтями, дальний родственник богги и хобгоблинов. Баргест может по желанию менять обличье, но чаще всего принимает вид косматого чёрного пса с глазами-плошками, которые пышут пламенем. Встреча с баргестом обычно предвещает несчастье и даже смерть. Чаще всего баргесты пугают капризных детей: послушный ребёнок их не интересует. Ночами они носятся по улицам городов и деревень и своими истошными воплями мешают спать добрым людям.

Интересно, я сильно похож на капризного ребёнка?

Описан случай, как баргест увязался за матросом, который поздно вечером возвращался из паба домой. По дороге он пытался испугать матроса лязганьем цепей, но у него ничего не вышло. Тогда он забежал вперёд и стал поджидать матроса возле дома. Поднявшись на крыльцо, матрос увидел огромного чёрного барана, глаза которого светились то красным, то голубым, то белым. Матрос хотел прогнать животное, но оно не послушалось. Вдруг дверь распахнулась и на пороге появилась жена матроса, известная всей округе своим крутым норовом. Баргест так испугался женщины, что мгновенно исчез и больше не показывался. О дальнейшей судьбе матроса легенда умалчивает.

Шутки шутками, но моя собака тоже сгинула, когда пришла Танука.

В шотландских суевериях встречается Ку Ши — волшебный пёс огромного роста, косматый, с лапами широкими, как человеческие ноги, и хвостом, завёрнутым в кольцо. По легенде, сиды держали Ку Ши на привязи, но иногда выпускали их порезвиться, и те укрывались от непогоды в расщелинах скал. Такие Ку Ши были смертельно опасны для людей и простых собак. Помимо размеров, Ку Ши отличался от других кельтских волшебных собак необычной тёмно-зелёной мастью (прочие эльфийские собаки обычно белые с рыжими ушами, а в Англии сверхъестественные псы чаще всего чёрные).

А собственно, вдруг подумал я, с чего это автор «Собаки Баскервилей» рассудил, будто демон, преследующий семью британских аристократов, — порождение именно зла? Если вспомнить всю историю, предок сэра Генри, беспутный гуляка Хьюго, натворил таких дел, что по меркам викторианской Англии Господь должен был испепелить его на месте! Почему же чёрную собаку безоговорочно сочли орудием дьявола, когда настоящим дьяволом в той истории был как раз человек? Бывали случаи, когда такая призрачная собака вела себя совершенно противоположным образом, а именно — сопровождала и защищала. Помнится, я читал британскую легенду, где человеку ночью нужно было ехать через лес. Еще на опушке к нему присоединилась большая чёрная собака и побежала рядом. Парень никак не мог взять в толк, откуда она взялась, но та не отставала, а едва путник выехал из леса, собака исчезла без следа. Закончив визит, парень отправился обратно тем же путём. На въезде в лес собака вновь присоединилась к нему и бежала рядом, как прежде; человек не тронул её, не заговаривал с ней, и снова, едва он выбрался из леса, собака пропала, как не было. А через много лет двое осуждённых на смерть в Йоркской тюрьме рассказали исповеднику, что собирались в ту ночь ограбить и убить этого парня, но с ним была огромная собака, и, увидав её, они решили, что с этими двумя им не справиться.

Считалось, что на Бёрдлип-Хилл в Глостершире водится добрая чёрная собака, которая выводит путников, заблудившихся в холмах в темноте. А в Сомерсете существовал обычай хоронить на только что освящённом кладбище чёрную собаку без единого белого волоска, чтобы та выполняла обязанности, которые иначе пришлось бы выполнять первому покойнику, похороненному на нём (иначе говоря — сторожа). Такая собака охраняла кладбище от дьявола.

Суеверия, суеверия… Однако и в литературе, и в музыке припоминались подобные странности. Трость с набалдашником в виде головы чёрного пуделя носил булгаковский Воланд; и Маргарите перед балом надели такое ожерелье. У Высоцкого есть шуточная строчка в песне про письмо, которое пишут психи в передачу «Очевидное-невероятное»:

«То тарелками пугают: дескать, подлые, летают, то у вас собаки лают, то руины говорят». Ну, летающие тарелки и говорящие руины — это вполне в русле передачи: аномальщина и всё такое. А собаки-то при чём?! Владимир Семёнович — поэт весьма одарённый, лишнюю строку в его стихах редко встретишь… Юрий Шевчук сравнивал Петербург с чёрным псом — по меньшей мере, странное сравнение. Какого-то таинственного «электрического пса» упоминал Гребенщиков, да и Цой в песне «Камчатка» «забывал и вспоминал» собаку, которая «как звезда». Между прочим, Цой назвал свою группу «Кино» и на все вопросы о происхождении этого названия отвечал невнятно или отшучивался. Но если подумать, можно вспомнить, что специалист по собакам зовётся кинолог. Питерские поэты уже много лет встречаются на Итальянской улице, в подвальчике с названием «Бродячая собака». И кстати, петербургский городской журнал тоже называется «Собака».