Воспитание грубиянки (СИ) - Форс Элен

Я ещё не разу не была у него, не видела как он работает и с кем.

Внутри все было во вкусе моего мужчины. Ничего лишнего, строгая выдержанная классика. Никакого хайтека.

На ресепшене сидело две девушки, обе брюнетки в строгих костюмах. Я оставалась довольна их классическим внешним видом. Девушки были очень красивые и эффектные, но при этом не производили впечатление, что доступны.

— Добрый день! Я к Даниилу Жонишвили. — не привыкла называть Джо полным именем.

— Добрый день! Даниил Александрович принимает только по предварительной записи. — она с таким нажимом поставила акцент на его отчестве, как будто охраняла его честь. Я усмехнулась.

— Позвоните ему и скажите, пожалуйста, что пришла Эмма Жакова! — все равно продолжаю стоять на своём, желая видеть своего мужчину.

— Извините, если Вы не записаны, встречи не будет. — Девушка тактично отходит от меня, тем самым заканчивая наш разговор. Радует только, что они точно кого попало не пустят к Джо.

Я глубоко вздохнула, нужного эффекта не получилось. Голое тело ещё было покрыто мурашками от нетерпения и возбуждения, что придавало мне большего раздражения, чем нужно от ситуации.

Я отошла от стойки и набрала номер Джо на мобильном.

— Да. — быстро ответил Джо.

— Джо, я внизу и меня не пускают к тебе. — Быстро говорю ему, одергивая шубу, надеясь, что никто не подозревает, что кроме колготок на мне ничего нет.

Не знаю, слышала ли меня хамка, с таким рвением охранявшая его честь, но по ту сторону телефона со мной перестали уже разговаривать, Джо отбился.

Парень спустил через две минуты, он шёл слишком быстрым шагом с раздражённым лицом. Я съёжилась, боясь, что он злится на меня. Вдруг ему не понравилось, что я приехала так внезапно.

Все работники угодливо расходились и здоровались с ним, когда мы поравнялись, Джо, поцеловал меня, жадно, как будто хотел съесть целиком — он всегда меня так целовал. На куриц с ресепшен это произвело эффект.

— Прости, куколка, я не думал, что ты заедешь. Тебе нежарко? Давай сюда шубу…

Я покраснела, представляя, что будет, если он настоит на том, чтобы снять с меня шубу, я же просто останусь голой перед всеми.

— Не нужно. Я промёрзла и мне нежарко.

Офис.

Я пошла за ним, не замечая ни офиса, ни любопытных взглядов вокруг. Меня занимало больше щетина на его щеках, так и ждала, как она будет царапать мою кожу. Сколько же в этом мужчине тестостерона, что он так быстро зарастает?

У меня кружилась голова от желания, хотела его как никогда. Даже слюнки текли от мысли, что скоро мы останемся наедине.

Мы зашли в его кабинет, дико огромный и темный, олицетворяющий его. В кабинете были черный паркет и белые стены. Вся кабинетная мебель была такого же чёрного цвета: кожаный диван с креслами, стол. И огромное окно с видом на Маяковскую.

— У тебя нет жалюзи? — спрашиваю его, успев взмокнуть. Подхожу к окну, чтобы насладиться видом на центр Москвы.

— Оно тонированное. — объясняет мне мужчина, прижимая к себе. Конечно он чувствовал неладное. — Тебя никто не видел из вне. Что-то случилось, куколка? Я не ждал тебя, пришлось отложить встречу.

Голос был озабоченным, как и сам Джо был напряжен. Раньше я никогда не приезжала к нему, не проявляла даже интереса к его бизнесу.

— Да. — тихо шепчу я ему, облизывая пересохшие губы и заставляя себя сделать этот шаг. Никогда прежде я не делала ничего безрассудного, ничего подобного. Но рядом с ним мне хотелось безумствовать, творить запредельные вещи. У меня сносило крышу от этого мужчины. Неправильного и больного, но моего. Мы стоили друг друга.

Я выпрямилась, медленно расстёгивая шубу, закончив — резко скинула ее на пол. Грудь набухла от возбуждения, соски просили ласку. Ноги подрагивали от напряжения. Я медленно, цокая каблуками сапог, немного отошла от Джо, который жадно смотрел на меня, чтобы он оглядеть меня с головы до ног. Его глаза лихорадочно загорелись при виде моего наряда.

Его не нужно было просить, заводить, этот мужчина был готов всегда. Каменный стояк в штанах лучше всего подтверждал это. Его руки тут же начали ласкать меня жадно, до боли, как будто никто не трогали прежде. Я застонала от дикого наслаждения. Нечто сладкое потекло по моим венам. Мне словно вкололи наркотик. Так хотелось почувствовать его в себе. Его губы заскользили по моей коже, оставляя влажный след. Закатывая глаза, на меня неожиданно накатывает … тошнота. Резкая, от запаха парфюма Джо. Мне всегда нравился его запах, а теперь я не могла сделать вздоха.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Резко отстранилась от него, удивленно хлопая глазами, не понимая откуда такое нетерпение. Следующий спазм не оставил выбора, я подбежала к мусорной урне под столом и упала на колени перед ней. Меня вывернуло наизнанку.

Джо подлетел ко мне, нежно поддерживая и не давая упасть. Его руки дрожали от страха за меня.

— Что случилось, куколка? — Его губы нежно коснулись моего виска.

Я смотрела на чёрный паркет, борясь с тошнотой. Правильный ответ моего состояния пришёл сам собой, это было очевидно. Что бывает, когда ты не предохраняешься?

Признание.

Озабоченный Джо сидел на диване и смотрел на свои дрожащие руки, было видно, что он пытается собраться. У него был очень растерянный вид. У его секретарши, которую он отправил за тестами на беременность, был не менее растерянный пару минут назад, когда она их принесла. Такое поручение она выполняла впервые. Скоро весь офис узнает, что шеф будет отцом.

У меня у самой ноги тряслись от такого. Я стану мамой. Такие вещи ни могут не пугать. В голове сразу же проносится тысяча глупых мыслей.

— Когда ты сказала, что готовишь сюрприз, я и подумать не мог, что он такой… Твой сюрприз. — Джо вздрогнул, после чего собрался и заставил себя встать, чтобы налить крепкого алкоголя.

Я не стала говорить ему, что для меня это ровно такой же сюрприз, как для него. Сейчас меня занимала больше его растерянность, у меня возникало ощущение, что он не рад новости. Джо был откровенно напуган.

— Не смотри так на меня, Куколка. Дай, пожалуйста, время, чтобы переварить эту информацию! Все слишком стремительно! — Джо ерошит волосы руками, делая глубокий вздох и делая жадные глотки. — Мне страшно… боюсь, что вдруг буду плохим отцом? Ты знаешь моё прошлое, все эти больницы, срывы… Вдруг я буду плохим примером?

В его глазах застывает ужас.

— Ты будешь замечательным отцом. — забираюсь на диван с ногами, прижимая ладони к животу. Я успела одеться, чтобы не сидеть голой.

— Отцом, который взял мать силой? — по лицу мужчины проскальзывает боль. Его перекашивает. — Я постоянно думаю об этом, Эмма! Прокручиваю тот день в своей голове раз за разом, обвиняя себя. Я могу лишь придумать оправдания: сказать, что был под действием лекарства, что воспринимал все более остро, что мне мерещилось… что… но это все пустое. Это уже было…

— Ты сам говорил, что мы должны начать с чистого листа. Я не вспоминаю об этом. — грустно улыбаюсь, немного лукавя. Наша встреча отложила на мне отпечаток, забыть такое нельзя, но я готова перешагнуть.

Джо подходит ко мне и становится передо мной на колени, прикладывая тёплые руки к моему животу.

— Я могу лишь обещать, Куколка, что сделаю все, чтобы ты была самой счастливой. Буду целовать твои руки и ноги каждый день. Если ты хочешь, если тебе станет легче, я готов понести любое наказание, которое ты посчитаешь равнозначным той боли, которую тебе причинил. Ты моё сокровище, Эмма. Единственный человек, которого я люблю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Идеальная свадьба.

За день до свадьбы пришли долгожданные фотографии. Я долго смотрела на них, прежде чем подарить Джо. На них я была другая. Та Эмма, которую создал Джо своей уверенностью. У меня появилась особенная улыбка, раньше я не замечала такую. Джо делал меня счастливой.

Я упаковала фотографии в коробочку, перевязала ее лентой и сразу же отнесла Джо, работающему в библиотеке. Последнее время он очень хотел отделить свой бизнес от Дато, стать полностью независимым, чтобы их дорожки разошлись навсегда. Из-за этого он очень часто засиживался допоздна.