Венец безбрачия - Дарья Кузнецова

Я хотела ещё что‑то спросить, но вовремя одумалась и осеклась. Даже не столько из страха вывести демона из себя, сколько под воздействием совести. Надо думать, не просто так он остановился в этом "чистом" закутке, и, скорее всего, защита давалась ему достаточно трудно.

Пару секунд я помолчала, пытаясь придумать, как устроиться поудобнее. А что тут придумаешь? Сидим на трубе, как… а и бэ из детской загадки. Да ещё и пить хочется с каждой секундой бездействия всё сильнее!

— Вот зачем ты про радиационные аварии заговорил? Теперь я уже с гарантией не засну, — тихо вздохнула я себе под нос. В ответ демон хвостом нащупал мой локоть, выпрямился, поймал одной рукой за плечо и подтянул поближе, а второй накрыл мой лоб. И я мгновенно отключилась, буквально вывалившись из реальности в глухую темноту глубокого сна без сновидений.

Проснувшись же, долго не могла понять, где я вообще нахожусь и что происходит. А когда поняла, растерялась окончательно. Демон спал полусидя, упираясь спиной в тот самый угол, а вытянутой вдоль стены полусогнутой ногой — в противоположный. А я наполовину лежала на нём сверху, плечами на его груди, а затылком — на плече, зафиксированная в пространстве кольцом его рук. Всё было на удивление прилично: он цеплялся правой ладонью за запястье собственной левой руки, и просто держал меня, чтобы не упала. Даже заботливо придерживал хвостом мои согнутые коленки.

Я осторожно заёрзала, пытаясь сесть и прогнуть в другую сторону затёкшую спину. Демон вздрогнул, — видимо, тоже просыпаясь, — на мгновение рефлекторно сжал руки крепче, а потом разомкнул объятья и сам завозился, тихо чертыхаясь себе под нос.

— Хорошо ты меня вырубил, основательно. В жизни бы в такой позе не заснула! — сипло со сна пробормотала я. Во рту было сухо и царил мерзкий привкус; как гласит народная присказка, "словно кошки насрали".

— Извини, устал как… Короче, так получилось, — пробурчал он не намного более внятно.

— Да нет, я не в претензии, наоборот. Выспаться было очень кстати. Наверное. Сейчас, я разогнусь, и скажу окончательно.

Демон в ответ непонятно, но, кажется, одобрительно хмыкнул, и начал с хрустом потягиваться. Хвост тоже тянул; забавно.

— Я всё никак не пойму, что здесь светится, — поделилась я наблюдениями, следуя его примеру и тоже разминая руки, ноги и поясницу, при этом морщась от боли. Сильно отвыкшее от физических нагрузок после вчерашнего‑то спринта было деревянным, а уж сон в неудобной позе окончательно добил.

— Ничего не светится, — отмахнулся мужчина.

— Тоже подколдовываешь? — предположила я.

— Вроде того. Ты же не умеешь ориентироваться в темноте.

— Спасибо, — ошарашенно проговорила я. — Слушай, ты точно демон?

— Не уверен, — ответил он настолько спокойно, что тему я предпочла не развивать. А то ещё окажется, что хвост у него фальшивый и рога накладные, чтобы никто не заподозрил, а на самом деле он эльф с купированными ушами.

Мужчина за плечо развернул меня к тому лазу, через который мы попали в эту шахту. Пришлось опять опускаться на четвереньки.

— А здесь где‑нибудь есть вода? Про еду уже и не вспоминаю, — пробормотала я.

— Потерпи немного, дальше будет. А вот с едой, пожалуй, до Аэрьи; я пока ещё не настолько оголодал, чтобы есть местных обитателей сырьём. Впрочем, если хочешь…

— Говорят, голодание иногда полезно для здоровья, — поспешила согласиться я.

Странно, но сейчас вчерашние события воспринимались совершенно иначе. Не как события, а как эпизод из фильма или компьютерной игры. То ли всё было настолько не по — настоящему, что мой мозг пытался защититься подобным образом, а то ли это тоже сказывалось шаманство Менгереля. В любом случае, в данный момент подобное положение вещей меня радовало: это был далеко не самый худший вариант по сравнению с истерикой или апатией.

— Гер, а можно задать бестактный вопрос? — через пару секунд обратилась к нему я.

Кажется, в обществе этого змееглазого я уже вполне освоилась и перестала его бояться, что не мудрено после так трогательно проведённой в обнимку ночи. Нынешний мой спутник никак не вязался с тем бесстрастным вивисектором. Вернее, я умом понимала, что это — одно и то же существо, и когда мы вернёмся в Аэрьи, он со спокойной душой и энтузиазмом вернётся к своим экспериментам. Но всё равно считать его безжалостным циничным чудовищем у меня уже не получалось.

Из‑за чувства юмора, не иначе.

— Попробуй, — разрешил он.

— Как ты умудряешься настолько легко ориентироваться, ничего не видя? Ладно, с поиском направления, но ты и на стены не натыкаешься, и не спотыкаешься, а за них даже я цепляюсь. С открытыми, между прочим, глазами и твоей подсветкой!

— Ты слышала что‑нибудь о таком понятии, как эволюция? — через несколько мгновений раздумья проговорил он.

— Кхм. Да, но не уверена, что наши представления совпадают. Странно слышать это слово от существа, верящего в существование богов.

— В богов сложно не верить, — философски отозвался сзади демон. — Но это никак не относится к сути твоего вопроса. Эволюция — это постепенное развитие того или иного вида, из поколения в поколение, направленная на формирование некоего признака, помогающего выживанию. Это в общем. У демонов смены поколений не существует как таковой; ну, или она чудовищно растянута во времени. Зато мы можем изменять себя самостоятельно, фактически — почти сознательно эволюционировать, постепенно формируя у себя нужные признаки. Так вот, за годы без зрения я развил в себе слух, нюх и осязание до такой степени, что глаза стали не так уж нужны. Одна беда, читать все эти навыки не помогают. Я потому в итоге и сделал себе эти… очки.

— Сколько же лет тебе понадобилось на всё это? — озадаченно поинтересовалась я.

— Хватило полувека, чтобы начать чувствовать себя уверенно, — отмахнулся он. — Ещё примерно столько же я думал над артефактом, и ещё столько же живу с ним. По привычке сохранял навыки, но никогда не думал, что они мне настолько пригодятся.

— И у тебя не получается вылечиться? Почему нельзя вот этой же эволюцией восстановить себе глаза? — растерянно уточнила я. Если они могут по желанию отращивать или отбрасывать хвосты и крылья, с глазами, мне кажется, тоже не должно было быть больших сложностей.

— Это… особый случай, — нехотя отозвался он. — Нужно стороннее вмешательство, собственными силами не получится.

— Ты поэтому ставишь эти свои эксперименты над живым материалом? — всё‑таки не удержалась я.

— Дался тебе этот материал, — проворчал демон. — Они что тебе, родственники? Или друзья?