Отделённые - Нико Кнави

— На кого мне направить людей, милорд? — спросил Эамонд.

— Пусть попереливаются около учёных из Высшей коллегии. И пошли разведчиков в Бергнес разузнать о доме солнца.

Глава 3. Почти

Ничего почти не происходило. Каждый день мне приносили еду. Каждый день приходил эльф в маске — здесь все в масках — и выводил меня в недлинный коридор, который заканчивался деревянными дверьми. Их украшала красивая резьба: девять деревьев, кроны которых сливались в одну, а ствол в центре был больше остальных. Двери выглядели очень мощными и тяжёлыми, но стражники открывали их нисколько не напрягаясь.

За дверями коридор расходился в три стороны под прямым углом. Меня уводили направо в хорошо освещённый зал: лабораторию с кучей склянок, приборов и разных инструментов.

Стены подземелья — мне казалось, мы находимся в подземелье, — были ужасно скучны. Камень и ничего больше. А вот лаборатория великолепна, и не будь я подопытной мышкой, она меня бы порадовала. Но разглядывать разные инструменты не очень интересно, когда их могут применить к тебе...

Других пленников я не видела, но знала — они есть. Точнее, есть другие камеры: один раз из стены слева вышел эльф, и камни за ним тут же встали на место. Ещё я заметила интересную деталь — «двери» не смыкались, пока между ними что-нибудь находилось. Мой тюремщик однажды перекинулся парой слов с другим, и всё то время, пока он стоял «в дверях», они не закрывались.

Из темницы меня выводили только в лабораторию, где препоручали эльфам-генасам. Чаще всего их было трое, иногда двое. В самую первую встречу с ними я спросила, что им нужно.

— Пробуем выяснить, как ты про... — начал отвечать один из эльфов, но коллега тут же его одёрнул.

Больше со мной никто не разговаривал, о чём бы я ни спрашивала. Один раз я попыталась сказать, что ничего не помню, но мне резко велели замолчать. Тогда я стала внимательнее слушать их разговоры.

Беседовали они, к сожалению, не так много. Но кое о чём мне всё же удалось узнать. Например, сколько времени я провела не в Светлом Лесу и о некоем Чёрном дне:

«Она действительно не была дома с самого Чёрного дня? — Ага, представь себе, девяносто семь лет! Может, даже больше, никто не знает, была ли она в Светлом Лесу в Чёрный день».

И никто не знает, в Тёмных Чащах я провела все эти годы или нет...

Ещё выяснилось, что в Периам эльфам по какой-то причине путь заказан:

«Кажется, этот трактат сохранился только в библиотеке Имперской академии. — Да, жаль... Нам же теперь лучше даже не соваться в Периам».

Хотя не очень понятно: всем эльфам или только вот этим?

В целом, болтали генасы больше о разных безделицах, вроде обеда. Кроме того, они убедились, что я совершенно нормальна. Особенно их интересовали следы от корней, покрывавшие моё тело едва заметным узором, но об этом у меня ничего не спрашивали.

И всё же, почему их так волнует то, что я не была в Лесу сто лет? Это не характерно для меня или эльфов в целом? Выходит, я и о себе ничего не помню, и о своём народе знаю не всё. Плохо...

Главный за эти три дня появился только один раз. Осведомился, как идут исследования, и ушёл, едва бросив на меня взгляд. И его голос отличался от того, каким он говорил со мной в первый раз. Может, это кто-то другой? Мало ли, вдруг у них здесь несколько главных. А если нет, тогда, видимо, эти маски не просто маски. Проклятый ошейник! Из-за него я не только не могу пользоваться силой, я даже чувствовать её не могу.

На четвёртый день заключения, когда тюремщик вёл меня в лабораторию, я увидела, как какой-то эльф вышел из дверей, которыми заканчивался коридор налево от темницы. Разглядеть, что находится за ними, я не успела, но заметила голубоватое свечение. Такое бывает у эльфийских порталов. Значит, хозяин этого подземелья или богат, или обладает большой властью. Скорее последнее, но, впрочем, это означает и первое.

Портал... Если там и правда он, через него можно попробовать сбежать. Или не стоит? Может, здесь получится узнать что-то ещё? Но вдруг меня убьют? Хотя главный говорил, будто я должна послужить великой цели, а делать это мёртвой затруднительно. Или им неважно, живая я или нет? Да уж, выбор у меня, конечно... Надо либо действовать, либо ждать. Только вот чего?

А чего такого придумать без силы? Хм, я ведь всё время вела себя смирно, значит, можно сыграть на неожиданности. У моей камеры стоят двое стражников, ещё парочка — у двери, ведущей к порталу. Маловато как-то... Уверены, будто ничего не случится? Или просто очень сильные? Есть ли стражники у самого портала? Снаряжение у солдат обычное: мечи, щиты, короткие кинжалы, доспехи. Надеюсь, у них не припрятано где-нибудь метательных клинков или ещё чего похуже. А если они генасы? В лаборатории мной занимаются точно генасы. А те, кто водит меня к ним и приносит в камеру еду, — непонятно. Зато они обычно в простой одежде, не в доспехах.

И вообще, может за теми дверьми вовсе не портал? А если всё-таки да, куда он ведёт? Ни того ни другого мне никак не узнать...

***

Когда тюремщик в очередной раз вёл меня обратно в камеру, я развернулась и двинула коленом ему в пах. Среагировать он не успел, и, получив хороший удар, согнулся пополам. Я со всех сил приложила его головой о каменную стену и бросилась к дверям. Стражники уже забега́ли в коридор. Но они не ожидали, что и я окажусь у самых дверей. Хвала волчьим тренировкам! Удалось проскочить.

Вылетев в двери, я чудом смогла повернуть налево. Навстречу неслась вторая пара стражей. В последний момент я кинулась вниз и проехала на штанине по гладкому каменному полу между ними — кто бы знал, как я три дня каталась в камере, отрабатывая этот трюк. Одного я толкнула, но, кажется, получилось слабо. Хорошо бы они сами грохнулись. Я вскочила на ноги и влетела в последние двери. Да, портал! Я ринулась в круг голубоватого света.

По другую сторону оказалась небольшая комната, но рассмотреть её не удалось: меня обвило мощное водяное щупальце. В открытых дверях стояли эльфы в масках. Кто из них генас?

— Далеко собралась, моя дорогая?

Главный?

Через несколько