Симпатичная москвичка желает познакомиться - Маша Царева

— Во-первых, прекрати хамить, а то я тоже выскажусь о твоем проколотом носе. А во-вторых, я же замерзну, — пытаясь ухватиться за соломинку, я выдумывала новые аргументы в пользу обычности.

— Ничего, поедешь на такси, — отрезала она.

Что-то подсказывало мне, что спорить с ней бесполезно. А ссориться с Леркой из-за такого пустячного повода тоже не хотелось. Так что я послушно подхватила розовую тряпку и отправилась в ванную, к большому зеркалу.

Едва взглянув на отражение сумасшедшей тетки в сари, я отвернулась. А Лерке мой вид пришелся по вкусу.

— Это супер! — вскричала она. — Теперь он точно будет твоим. Если ты сама этого захочешь, конечно.

Мрачно кивнув, я кинула взгляд на часы и пришла в ужас — у меня оставалось всего полчаса, чтобы из Леркиного захолустья добраться в центр Лондона. Времени переодеться во что-нибудь приличное не было. Так что пришлось мне выбежать из дома в сари и дурным голосом вскричать: «Такси-и!»

Кажется, моим внешним видом остался доволен лишь таксист, оказавшийся пожилым индусом в огромной красной чалме.

ГЛАВА 9

Хоть в одном мне повезло — в городе не было пробок. Так что в «Шерлок Холмс» я прибыла без опоздания — Лерка строго объяснила, что британский мужчина, в отличие от россиянина, может и не дождаться припозднившуюся даму сердца. Пунктуальная буржуазия, видите ли.

Алана Джексона я заметила сразу; он сидел за центральным столиком и смотрел прямо на меня. А на столе перед ним лежал букет пышных темно-бордовых роз.

Мой похожий на Джорджа Клуни виртуальный друг в жизни выглядел куда лучше, чем на фотографии — насколько это вообще было возможно, ведь и фотоизображение произвело на меня неизгладимое впечатление.

Я увидела его и остановилась на пороге паба, как вкопанная. Сотни глупых мыслей, как табун диких лошадей, пронеслись в моей голове: я успела пожалеть о том, что не посмотрела в зеркало перед тем, как зайти внутрь, и подумала, что судьба все-таки существует, и, с одной стороны, она ко мне благосклонна (ведь из бесконечного виртуального пространства у меня получилось выудить такого мужика), а с другой — вовсе нет (ведь на мне индийское сари).

Как ни странно, он тоже сразу же меня идентифицировал. Неужели я и правда хоть чуть-чуть смахиваю на свою самую удачную фотографию, которая была вероломно использована для знакомства с ним? Мало того, что на том снимке мне всего семнадцать лет, так я еще и на себя не похожа: загорелая, худющая, с неправдоподобно синими глазищами (ну ладно уж, признаюсь: я немножко откорректировала их цвет в Фотошопе). Я вовсе не чувствовала себя обманщицей: ведь на фотографии действительно была я. Однако я никуда не могла деться от смутного опасения, что Алан будет долго смотреть сквозь меня, ожидая появления прекрасной русской незнакомки, а когда я представлюсь, недоуменно поднимет брови и начнет судорожно придумывать предлог, чтобы вежливо от меня смыться.

Но получилось не так.

— Саша? — вопросительно улыбнувшись, спросил он и подскочил на месте, как исправный солдат при появлении генерала.

Неравно одернув сари, я приблизилась к нему. Хорошо, что хотя бы волосы у меня чистые и глаза накрашены красиво.

— Да, это я. А вы Алан?

— Верно, — он взял меня за руку. Я хотела было панибратски потрясти его ладонь в своей (так всегда поступают бизнес-вумен в кино о красивой жизни), но он поднес мою руку к лицу и прикоснулся к запястью губами. А губы у него были сухие и горячие. — Я тебя сразу узнал. Хотя в жизни ты еще красивее, чем на фотографии. Надеюсь, ты голодная?

— Я завтракала, но с удовольствием выпью с тобой кофе, — улыбнулась я.

— Это несерьезно, — он подождал, пока я усядусь, а затем предупредительно помог мне придвинуть стул поближе к столу.

Я и вспомнить не могла, когда в последний раз встречала мужчину со столь безукоризненными манерами. Правда, стоит иметь в виду то обстоятельство, что ни одного знакомого англичанина, кроме Алана, у меня нет.

— Рекомендую попробовать хотя бы яблочный пирог. Это своего рода фирменное блюдо здешнего повара. А то я буду чувствовать себя обжорой, глядя на то, как вы цедите пустой кофе. Я ведь уже успел заказать цыпленка.

Может быть, он чувствовал себя обжорой, зато я чувствовала себя голодной, глядя на его загорелую шею, выглядывающую из стильного воротника-поло. Да он же настоящий секс-символ! Да если у меня с ним что-нибудь получится, все мои подружки удавятся на собственных колготках (только вот не надо думать, будто бы я не люблю своих подруг).

Некоторое время ушло на общение с официантом — я все же заказала рекомендованный пирог и еще рыбный сэндвич. Ну и шоколадный маф-фин — так, до кучи. Просто когда я нервничаю, мне непременно надо что-нибудь жевать. Я же не хочу, чтобы во время свидания мой живот нагло напомнил о себе оглушительным урчанием.

Ну а потом мы дружно молчали. Наше молчание было разным. Его — насмешливым (он внимательно меня рассматривал, не упуская ни одну деталь), мое — немного нервозным (я теребила в руках салфетку и чувствовала себя полной идиоткой, явившейся на светский раут в карнавальном костюме).

Ну зачем, зачем, зачем я послушалась Лерку и надела это чертово сари?! Видите ли, в Лондоне все так ходят. Что-то я, кроме себя, таких оригиналов вокруг не наблюдаю. За соседним столиком сидят три девушки в скромных джинсах и разноцветных свитерках с воротниками «поло». За столом у окна скучает женщина в черном платье и леопардовых сапожках. И все они косятся на мое одеяние со смесью любопытства и брезгливости.

— Саша, вы любите Индию? — как назло спросил он. — Вы, видимо, буддистка?

— Скорее пофигистка, — улыбнулась я, — если это не одно и то же. Нет, Алан, если вы хотите знать правду о моем костюме, то мне его впарила подруга. Она почему-то уверена, что в этом сезоне сари — самый писк. А у меня не хватило духа с нею спорить.

— А тебе вообще-то идет, — немного замешкавшись, он продемонстрировал чудеса британского такта, — в любом случае я рад. А то я уж решил, что ты из этих… эзотериков-неадекватов.

— Кого-кого? — я набросилась на яблочный пирог. Надо же, я знакома с ним всего пять минут, а ему уже вздумалось завести со мной теософскую беседу. А мне-то, дуре набитой, всегда казалось, что такие разговорчики относятся к подвиду посткоитальных. Ну, вы понимаете, лежат себе двое в пахнущей свежим потом измятой постельке, их лица еще сохраняют выражение бессмысленного блаженства, однако мозг уже работает трезво. Самое время расслабленно поговорить о вечном.

— Просто я недолюбливаю людей, которые слепо следуют моде, — с улыбкой объяснил этот волшебный мужчина, — вот вошла в моду увлеченность Востоком, и все кинулись медитировать и жечь ароматические палочки. Появилась Кейт Мосс, и все уселись на строжайшую диету. Кстати, у тебя все губы в крошках… А ты сразу показалась мне… живой.