Недоразумение - Маргарет Парджетер

— Габи, ты слишком строга к себе. Но скажи: почему вы с Бреттом не ладите?

— Знаешь, сколько себя помню, я всегда завидовала тому, что ему все всегда удается. Не то что мне. Даже мое замужество оказалось несчастным. Нет, с Эдом все было в порядке, только я быстро потеряла к нему интерес.

— А Клем? — спросила Миранда. — Может быть, попробуешь еще раз, а?

— Не уверена, — ответила Габи. — Мне кажется, он хочет на мне жениться, и потому считает нужным познакомиться с моей семьей. Но меня привело на Льюк не это, а угрызения совести, — призналась Габи. — Бретт не привез тебя обратно в Нью-Йорк, и мне показалось, что я разрушила ваш брак.

— Не говори глупости. — Миранда не стала говорить, что вовсе не зло, причиненное Габи, могло разрушить ее брак, так было предопределено с самого начала. — Мне здесь очень нравится, и, когда Бретт предложил остаться тут подольше, я с радостью согласилась.

— Тем не менее, — сказала Габи, — я должна с ним поговорить. На душе станет легче, если я признаюсь в своих грехах.

Миранда ушла, а Габи все так и сидела на краешке кровати. Она обдумывала то, что только что сказала невестке. Не станет она ничего говорить об Ив и Бретту, обидевшему ее своей реакцией на визит Клема. Признается лишь в том, что спровоцировала Миранду на тот обед с Нортоном, уж и такого ее великодушия предостаточно! В конце концов, Бретт тоже ей очень многого не рассказал. Например, что Миранда — калека. Сейчас с ней, возможно, все в порядке, но ведь так было не всегда. Ив Мартин насобирала много тому доказательств в стремлении разрушить женитьбу Бретта.

Габи не очень-то верила, что сможет добиться чего-нибудь в этом отношении. Она не любила вспоминать, что сама подстрекала Ив к этому. Да и вообще, познакомившись с Клемом, Габи на многое стала смотреть по-другому. И когда Ив звонила ей в последний раз, она была очень осторожна.

После того звонка от Ив ничего слышно не было. Ее молчание Габи нервировало, хотя в глубине души она надеялась, что больше Ив вообще звонить не будет. Теперь, влюбившись в Клема, Габи очень хотела, чтобы все осталось позади. Пусть Миранда и не совсем та невестка, которую она желала бы иметь, но она наверняка лучше, чем многие из тех женщин, с которыми Бретт водил знакомство. К тому же, если Габи выйдет замуж за Клема и поселится в Техасе, видеться они станут очень редко. А с миллионами Клема деньги брата уже не будут иметь для нее никакого значения.

Из головы Миранды не шли слова Габи о ее возможной беременности. Это было бы прекрасно, если бы она была уверена в прочности своего брака. Поначалу Бретт сделал ей предложение, потому что хотел ей помочь справиться с недугом. А увидев, что помощи ей не требуется, он воспользовался другим мотивом: брак как средство наказания за обман. Поскольку Бретт ее не любит, такое объяснение его поступков кажется ей вполне вероятным.

При подобных обстоятельствах иметь ребенка Миранда не хотела. Как же неосторожно она себя вела! Ведь Бретт сказал доктору Митфорду, что обзаводиться детьми они сразу не собираются. Во всяком случае до тех пор, пока здоровье Миранды полностью не восстановится. Какое же она проявила легкомыслие, проигнорировав советы врача! Возможно, успокаивала себя Миранда, никакой беременности вовсе и нет. Может, она съела что-то несвежее — отсюда и тошнота. Завтра все пройдет и она посмеется над своими страхами.

Миранда присоединилась к Габи и Клему. Потом появился Бретт. Он мельком упомянул, что беседовал с сестрой. А о чем они говорили, Миранда узнала только тогда, когда вместе с мужем удалилась в спальню.

— Извини меня, дорогая, — отрывисто сказал он. Миранда сидела перед туалетным столиком, расчесывая волосы. — Похоже, я был не прав в отношении того, что произошло в Нью-Йорке.

— Ты имеешь в виду Эдриана Нортона? Мне казалось, я все объяснила…

Бретт стал снимать рубашку.

— Да я тебе поверил. Ну… — признался он, — почти поверил.

Миранда положила щетку на стол. Пальцы у нее чуть дрожали. Бретт продолжал раздеваться, ничуть ее не стесняясь.

— Но теперь-то ты все знаешь? — спросила она. — После разговора с Габи?

Бретт подошел поближе, надевая халат. Он немного смутился, когда Миранда взглянула на его отражение в зеркале и при этом вспыхнула.

— Она признала, что вела себя недостойно, — ответил он. — Но у меня нет уверенности, что тебя не потянуло к Нортону.

— Боюсь, тебе придется просто мне поверить, — вдруг рассердилась Миранда.

Губы Бретта сжались. Миранда с горечью взглянула на мужа. Да, Бретт презирает женщин, и делать исключение для жены не собирается.

— Сейчас Габи выглядит куда более счастливой. — Миранда попыталась переменить тему. — Я рада, что она приехала извиниться.

На Бретта эти слова не произвели особого впечатления.

— Ты не знаешь мою сестру так, как я, — сказал он. А потом, будто ему, как и жене, хотелось забыть эпизод в Нью-Йорке, он добавил: — Что ты думаешь о Клеме Уокере?

— Мне он кажется милым, симпатичным человеком.

— Тебе все мужчины кажутся милыми.

Миранда пожала плечами.

— Габи со мной говорила перед ужином. Похоже, Клем поможет ей вернуть нормальные жизненные ориентиры.

— Разумнее, конечно, было бы подождать, пока уляжется новизна их отношений. Тогда можно будет поверить в реальность перемен к лучшему, — сухо предупредил Бретт. — Уокер показался мне лучшим из всех, с кем она встречалась в последнее время. Но поживем — увидим.

— Однако Габи действительно кто-то нужен.

— А разве это не нужно нам всем?

Миранда вздрогнула, когда Бретт опустил ей руки на плечи. В его взгляде она увидела бескомпромиссную мужскую решимость. В последнее время Бретт ее часто отвергал, но сегодня, она это знала точно, он останется с нею на ночь.

— Бретт, — прошептала Миранда, положив ладони на руки мужа, — тебе всегда надо вести себя так, будто бы мы ведем друг против друга войну?

Бретт промолчал. Он наклонился к ее груди, одновременно спуская с плеч ночную рубашку. Миранда вздрогнула.

— Я сделал тебе больно?

— Нет, — ответила Миранда. Как объяснить мужу свои чувства? Все было бы по-другому, люби ее Бретт так же, как она его. — Всякий раз, когда ты ко мне прикасаешься, что-то происходит в моей душе… и теле.

— И во мне тоже, — сказал Бретт. И стал ее целовать. А потом подхватил на руки и понес на кровать.

С широко открытыми глазами Миранда лежала рядом со спящим мужем. Щеки пылали. Губы и руки Бретта пробуждали в ней такой огонь, что она оказалась в ловушке. Бретт был любовником очень щедрым, но требовательным. Пассивность партнерши его не устраивала. А Миранда и не была пассивной.