Вероятность выживания - Вячеслав Ануфриев

конструкт «прямого поиска» к листовке. Сработало очень слабо, бумага находилась рядом с объектом недостаточно долго, но по крайней мере, теперь преследователь убедился, что его жертва находится от него на расстоянии более двадцати километров, что ещё больше убедило мага в справедливости своих рассуждений.

Не теряя больше времени, разумник двинул к своей повозке. Подходя к ней, Хеликс заприметил выезжающую на дорогу к Ифинуру повозку с недавним собеседником за рычагами, женщина-ульвийка, очевидно, была внутри. К ним вопросов больше не было, как и ном-полукровка, они были обмануты слишком хитрым подростком. «Хотя, если учесть, кто его отец, его хитрость вполне объяснима» — подумал маг, закрывая за собой дверь повозки и мысленно указывая вознице направление.

Всего какой-то час тряски при езде с предельной скоростью, и вот их повозка уже спускается по серпантину к городу, чуть не устроив несколько столкновений с другими повозками. Вроде бы кто-то даже перевернулся, но Хеликсу было безразлично, пострадал ли кто-то из-за его спешки, всё внимание разумника было приковано к порту.

Пользуясь глазами извозчика для осмотра порта, разумник знакомого названия не заметил. Карета подъехала к зданию, в котором сидело портовое начальство. Хеликс вышел и «убедил» нескольких человек поделиться сведениями о нужном корабле, показывая им листовку. Корабль действительно был в Дагере, пришвартовавшись вчера вечером, сегодня утром он уже направлялся вдоль побережья на запад, отплыв буквально пару часов назад.

Разумник, ругая каждую секунду одного слишком хитрозадого подростка, прикинул дальнейший план действий. Без сомнения, мелкий уродец знал расписание и маршрут корабля, это и объясняет его спешку при отъезде из родового поместья и спешку при отъезде из таверны. Скорее всего, его повозка направлялась на юг на заре, чтобы персонал его не запомнил, как забирающего ключи рано утром, этот хитрохвостый хорёк просто вылез через окно. Не учёл этот кусок бычьего дерьма только тот факт, что выкидывать листовку нужно было не в самом номере, обслуга, считая что номер занят, не сделала уборку. Если бы не это, этой маленькой хитрозубой змее удалось бы обмануть даже такого опытного охотника на людей, как Хеликс.

Догонять корабль по суше бесполезно, как и по морю вдоль побережья. Разумник точно знал, что на борту дежурил один старый опытный маг воды и воздуха, с ним кораблю не грозили ни бури, ни шторма, ни штили, ни даже опасность сесть на мель. Билеты стоили дорого именно потому, поскольку рейс гарантировал безопасность и точное соблюдение маршрута по времени. Единственный вариант — пытаться за те пару недель, что продлится путешествие корабля, добраться до конечной точки, то есть до залива Ледяных Ветров, по суше. Придется всё-таки ехать через Ифинур, все остальные маршруты, даже прямой путь через Номские земли, продлились бы дольше.

Разумник ещё раз выругался, осознав, насколько затянулась охота, которую он сегодня утром планировал завершить за пару часов. Он ещё не знал, что ему придётся просидеть в Дагере сутки, пока починят горную дорогу, которая обвалилась из-за крупнейшей аварии, созданной утром каким-то спешащим лихачом.

Глава 9

Я устало откинулся на уже нагретый утренним Светилом камень. Ближе к полудню силы практически кончились, несмотря на чуть ли не каждодневные тренировки всю весну в беге по лесным холмам на выносливость. С другой стороны, таких нагрузок у меня не было, отмахать около тридцати километров за десять часов по лесной местности с постоянными подъёмами обходами скал, ущелий, болот в поисках безопасных троп. И это с мешком за плечами.

Успокоив дыхание, я огляделся: справа от меня был отвесный скалистый обрыв к узкому и длинному горному озеру, слева пологая вершина холма, прямо передо мной была длинная скалистая гряда, отделяющая меня от "Перекрёстка", её я только что преодолел, с трудом переправившись через коварное болото в низине между грядой и холмом, на котором я расположился. Сзади меня, загороженный камнем, был ближайший перевал через Скалистый хребет, который мне предстояло преодолеть до наступления темноты, почему-то он пользовался дурной славой. Раньше по нему проходила горная тропа, ныне заброшенная, поскольку там начали пропадать люди. Когда нашли растерзанные окровавленные останки одного из пропавших, стали думать, что в пропажах виновны появившиеся в этих местах салоры.

Охотники устроили облаву и пришибли парочку лесных бестий, после чего объявили, что тропы вновь безопасны. Однако пропажи продолжились, и со временем люди стали бояться здесь ходить. Этому ещё и поспособствовало общее обезлюдевание деревень за хребтом, после создания Красного ущелья и Новой Карлатской дороги, старую Карлатскую дорогу, проходящую вдоль предгорий Скалистого хребта и оказавшуюся в два раза длиннее новой, практически забросили все, кто раньше возил по ней грузы. Разбойники, в основном дезертиры со Второй Гуррской, оставшиеся без добычи, начали грабить деревни, что ещё больше привело этот край в запустение. Всё это я узнал, изучая карты и подслушивая разговоры в тавернах.

Мне предстояло, двигаясь на северо-запад, пройти перевал, выйти на старую Карлатскую дорогу и добраться до Крайтона. Этот посёлок по прежнему процветал, в нём жили горняки, в основном люди и номы, добывающие в Скалистом хребте разные руды и минералы. От Крайтона нужно было проехать пару сотен километров по дороге до Карлата, главного центра цивилизации по ту сторону Скалистого хребта и второго по величине города Менопритии после столицы. К северу от Карлата были обширные Номские земли, простирающиеся к востоку аж до северной оконечности Скалистого хребта, а к северу почти до Северного моря, где на побережье кроме номов никто селиться не хотел. Моя окончательная цель лежала западнее Карлата ещё на пару сотен километров.

Развязав заплечный мешок, я приступил к трапезе, периодически прихлопывая мелких летучих кровососов, увидевших во мне пищу, поскольку голод, подстёгиваемый водой из встречных ручьёв и озёр, разгулялся не на шутку. Одновременно с поглощением пищи, я вспоминал, как этой ночью мне пришлось лишь под светом Ночных Спутниц лезть на первый, полностью заросший лесом холм из многих последующих, где почти не было ни тропинок, ни открытых мест. К рассвету я уже начал уставать, хотя первые несколько часов идти было легко и интересно, несмотря на темноту. В книге магии, которую я тащил в мешке, был конструкт «ночного зрения», довольно простенький и вполне мне по силам, но применять магию недалеко от постоялого двора я не хотел, мой преследователь, которого я видел в видениях,