Прекрасная похитительница - Барбара Картленд

Ивона с удивлением поймала себя на том, что, выходя к обеду все в том же единственном своем нарядном платье, мечтает быть одетой так, чтобы он посмотрел на нее с восхищением.

Хотя Джастин помнил, что принц Уэльский назвал ее «самой хорошенькой маркизой де Верьен», он сам никогда не говорил ей, что думает о ее внешности.

«Уверена, ему нравятся блондинки, вроде леди Роз», — огорченно думала Ивона.

Сэр Энтони с едва сдерживаемой страстью целовал ей руку, но маркиз только кланялся в ответ на ее реверанс, и хотя он смотрел ей в лицо, она не могла понять, о чем именно он думает.

Ивона казалась себе Золушкой, чудом оказавшейся на балу, и с трепетом ждала, что часы вот-вот пробьют полночь и ей придется убегать из дворца, скрывая свое старенькое платье.

Она очень боялась поездки в Брайтон, которая неотвратимо надвигалась. До назначенной даты оставалось всего два дня!

А что будет с ней после этого? Ивона хотела обсудить это с маркизом, но с ними везде и всегда был сэр Энтони.

Но сегодняшний день складывался по-другому.

Когда они поскакали к Хертклифу, возвращаясь к ленчу, Энтони неожиданно сказал:

— Я собираюсь поехать на бега сразу же после того, как мы вернемся в замок. Ты поедешь со мной, Джастин?

— Я не могу поехать, — объяснил маркиз. — Было бы ошибкой появиться в публичном месте без Ивоны, а заказанные для нее вещи еще не прибыли из Лондона.

— Да, тебе лучше не ездить, — согласился Энтони, — а я отправлюсь и разузнаю, как обстоят дела и что говорят о вашей тайной свадьбе.

Джастин промолчал, и Ивона с волнением посмотрела на него.

— Думаю, принц будет спрашивать, когда ты привезешь Ивону в гости к миссис Фитцжерберт, — заметил Энтони.

— Скажи ему, что мы нанесем визит в середине следующей недели, — ответил маркиз, — и, если сможешь, попробуй тактично намекнуть, что мы не хотели бы, чтобы на нас глазела огромная толпа идиотов с открытыми ртами, а предпочли бы провести время в обществе его высочества и миссис Фитцжерберт.

— Сомневаюсь, что он прислушается к моим словам, — сказал Энтони, — ты же знаешь, что в королевской резиденции достаточно любого предлога для того, чтобы устроить большой прием.

Ивона напряженно выпрямилась в седле.

— Пожалуйста, уговорите его не приглашать всех друзей, сэр Энтони! Я и так буду смущена, а если…

Она замолчала, так как не могла высказать перед двумя светскими молодыми людьми истинную причину своего испуга: Ивона боялась, что маркиз будет заниматься другими дамами и оставит ее одну среди незнакомых людей.

Ужас так явно отразился на ее лице, что Джастин, склонившись к ней, мягко сказал:

— Я обещаю, это будет совсем не так страшно, как вы полагаете.

Затем он пришпорил коня, и они больше не разговаривали до самого возвращения в замок.

В первый раз за все время пребывания в Хертклифе Ивона оказалась за столом наедине с маркизом. Девушка сказала себе, что не будет надоедать Джастину своими страхами, а постарается развлечь и рассмешить его, как это сделала бы на ее месте какая-нибудь дама из общества, например, леди Роз.

В любом случае невозможно было разговаривать откровенно в присутствии Траверса и двух новых слуг.

Оказалось, что совсем не так трудно не только поддерживать интересный разговор, но и заставить маркиза смеяться.

После ленча Джастин предложил снова покататься верхом, на этот раз по берегу, и Ивона получила огромное удовольствие от скачки на великолепной игривой кобылке и была так возбуждена обществом маркиза, что не хотела портить день своими жалобами и страхами по поводу предстоящего визита.

Когда старая няня застегивала на девушке ее неизменное зеленое платье, послышался стук в дверь. Няня открыла, и в комнату вошли трое слуг, нагруженные множеством коробок.

Среди них были длинные с платьями, как догадалась Ивона, круглые, в которых, очевидно, находились шляпки, и еще много других с загадочным содержимым.

Казалось, коробки заполнили всю комнату. Пока пораженная девушка смотрела на них круглыми от удивления глазами, слуга, повернувшись к няне, сказал:

— Они только что прибыли из Лондона. Кучер извинялся, что опоздал с доставкой, но дороги оказались забиты каретами.

— Это неважно, раз все это уже здесь! — важно ответила няня.

Слуга вышел из комнаты, и к Ивоне вернулась способность говорить:

— Не может быть, чтобы все это было для меня!

— Не думаю, что его светлость будет носить веши от модисток с Бонд-стрит! — возразила няня, прочитав на коробке название улицы, знакомое всем модницам Англии.

Любопытная старушка начала открывать крышки, доставать и раскладывать на кровати нарядные платья, пестрые шали и тончайшие пеньюары, при виде которых у Ивоны замирало сердце от восхищения.

Она даже не думала, что когда-нибудь увидит столько модной изысканной одежды, не говоря уже о том, чтобы иметь ее. Каждое из этих платьев стоило не меньше, чем она тратила за целый год.

Когда кровать покрылась толстым слоем переливающихся, блестящих, роскошных нарядов, няня принялась распаковывать шляпки.

Этого Ивона уже не выдержала — она обвела глазами комнату, заваленную роскошными обновами, и выскочила из спальни.

Девушка ожидала найти маркиза в одной из гостиных, где они обычно пили чай, и, войдя в комнату, сразу увидела у камина накрытый стол, сверкающий серебром чайного сервиза.

Джастин стоял у открытого французского окна, глядя в сад.

Он повернулся на звук шагов. Ивона бросилась к нему со словами:

— Как вы могли! Как вы осмелились заказать для меня все эти дорогие вещи! Вы должны были понимать, что я этого никогда не приму!

Джастин улыбнулся.

— Было бы весьма странно, если бы у моей жены имелось только то платье, которое надето на вас сейчас. Кроме того, мне хотелось посмотреть, как вы будете выглядеть в современных туалетах.

— Я согласна, что должна выглядеть достойной вас в гостях у принца и миссис Фитцжерберт, но того, что вы купили для меня, достаточно для целого…

Она остановилась, и маркиз закончил предложение:

— …для приданого, — сказал он мягко.

Ивона протестующе взмахнула руками.

— Вы говорили, что в Хертклиф могут приехать гости, — она почти обвиняла, — и поэтому я должна быть прилично одета, но за четыре дня к нам никто ни разу не приехал и никому нет дела до того, что я ношу!

— Вы просто недостаточно информированы, — спокойно объяснил маркиз, — за это время многие пытались прорваться в замок, но Траверсу были даны строгие указания никого не принимать.

— Я не знала…

Не было никакой необходимости волновать вас такими сообщениями, — продолжил Джастин. — Поскольку я не имел ни малейшего желания развлекать посетителей, им пришлось вернуться в Брайтон без пищи для сплетен, которую так стремились получить они сами и другие любопытные.