Прекрасная похитительница - Барбара Картленд

По крайней мере, говорила себе Ивона, она смогла оказать маркизу услугу, и теперь он будет милосерднее к Маркхэму и даже, может быть, к ней самой, чем до приезда леди Роз.

«Возможно, эта история окажется для нас спасением», — подумала Ивона, и ее настроение начало подниматься.

В то же время она с огорчением вспомнила, каким жестоким и бессердечным в своих рассуждениях был маркиз.

Стоя перед ним, как перед судьей, она видела, что он разгневан, и хотя он сдерживал свои чувства и говорил ровным ироничным тоном, каждую его фразу она воспринимала как удар хлыста.

«Как я могла решиться на такую глупость, как кража у этого бездушного, эгоистичного человека? Неужели я надеялась найти у этого щеголя понимание и оправдание своим действиям?» — спрашивала она себя, но тут же вспоминала, что у нее не было другого выхода.

Как Ивона и объясняла маркизу, если бы она не продавала табакерки, люди, которых еще можно было спасти, умерли бы без еды и лекарств.

«Мы не позволяли себе ничего лишнего, — мысленно продолжала оправдываться Ивона, — мы экономили на себе. Но больных нужно было кормить, и другие вещи тоже стоили денег».

Она вспомнила о том, как трудно было раздобыть деньги, чтобы оплатить проезд моряков в родные места.

У них был один человек из Нортумберленда, а другой — из Корнуолла, и хотя они путешествовали самым дешевым способом — на запятках почтовых карет, — и тому и другому требовались деньги на дорогу.

Потом ее мысли снова вернулись к событиям, происшедшим недавно в Хертклифе.

Как всякая женщина на ее месте, она не могла не думать о разнице между своим скромным платьем и ослепительным нарядом леди Роз.

Ивоне не нужно было видеть просвечивающее, облегающее кисейное творение лучших модисток, чтобы понять, что ее платье очень старомодно.

А хорошенькая шляпка знатной гостьи с высоко поднятой вуалью, обрамлявшая прекрасное лицо, как дорогая рама картину талантливого художника, была еще красивее и элегантнее тех, которые Ивона видела на дамах в свой прошлый приезд в Брайтон.

Топазы и бриллианты леди Роз, которые сияли и переливались на солнце, заливавшем библиотеку сквозь огромные окна, явно стоили астрономическую сумму.

Ивона не завидовала, она просто осознавала, какой контраст представляла она рядом с этой дамой, олицетворявшей в ее глазах высший свет, в котором вращался маркиз.

«Как кто-нибудь даже на секунду мог поверить, что я его жена?» — с удивлением спрашивала себя Ивона.

Ей было бы любопытно узнать, почему леди Роз сообщила принцу Уэльскому, что маркиз собирается на ней жениться. Не думала же она такое без всяких причин? Какие отношения связывали этих людей на самом деле?

Что он говорил ей? Наверное, он ее целовал? Ивона была уверена, что его поцелуи были так же искусны, как и все остальное, что он делал.

Она обратила внимание и на то, как уверенно он держится в седле, и на то, как искусно правит фаэтоном.

«Он самый красивый мужчина, какого можно себе представить», — прошептала она.

Ивона понимала, почему леди Роз так хотела выйти замуж за маркиза и какой удар она получила, когда узнала, что он уже женат на какой-то провинциалке.

«Может быть, однажды я встречу кого-нибудь такого же красивого, как маркиз, и полюблю его», — мечтала она, в то время как пони медленно плелся, не обращая внимания на вожжи, которыми Ивона пыталась поторопить его.

Она всегда представляла себе мужчину своей мечты, который должен стать ее мужем, похожего на героев романов. Чаще всего он виделся ей во флотском мундире, со светлыми волосами и острым взглядом, который бывает у людей, постоянно смотрящих на море.

Но теперь ее герой предстал перед Ивоной в цилиндре, с темными волосами и в сером костюме для верховой езды или в элегантном вечернем наряде, сидевшем на его атлетических плечах без единой складки.

Подумав о маркизе, она тут же вспомнила гнев в его голосе и жестокое выражение в глазах, и сердце ее болезненно сжалось.

«Он никогда не простит меня ни за то, что я воровала его вещи, ни за то, что заставила его слуг обманывать его», — сказала она себе, и ее настроение испортилось окончательно.

Ивона проехала прямо к конюшне Флагшток-хауза и, поскольку теперь с ней не было Траверса, чтобы помочь, сама распрягла пони, поставила его в стойло и подложила сена в кормушку.

Затем она направилась в дом.

День выдался очень жарким, и Ивона была уверена, что няня, которая вставала с рассветом и начинала ухаживать за ранеными, накормила их обедом и сейчас отдыхает.

Няня очень постарела и стала быстро уставать. Только благодаря тому, что выздоравливающие помогали в доме и в саду, ей удавалось справляться с хозяйством.

Как и предполагал маркиз, за садом ухаживали моряки, которые только так могли выразить свою благодарность за то, что было для них сделано.

Даже инвалиды, сидя на ступеньках, полировали лестницу, чистили бронзу и помогали няне на кухне.

Сейчас у них осталось только пять раненых, и Ивона строго приказала им оставаться в амбаре, пока она или няня не разрешат выйти во двор.

Когда девушка отправлялась в Хертклиф, она еще не знала, что маркиз разоблачил их тайну, и боялась, что он или сэр Энтони могут неожиданно приехать к ней с визитом и увидеть людей, работающих в саду.

Ивона на минуту задержалась в холле, поправляя перед зеркалом прическу. Она подумала, что маркизу, наверное, показалось странным, что она не надела шляпку.

Ивона совсем не собиралась попадаться на глаза хозяину поместья, она поехала в Хертклиф, надеясь, что они с сэром Энтони на верховой прогулке. Со всеми предосторожностями девушка подошла к задней двери и спросила Траверса.

Один из лакеев вызвал его. По выражению лица старого слуги адмирала она сразу поняла — что-то случилось.

— В чем дело? — спросила Ивона.

— Его светлость взял в конторе расходную книгу, мисс Ивона, отнес ее в библиотеку и послал за Маркхэмом!

Ивона побледнела: она слишком хорошо понимала, что может последовать за этим.

— Я думаю, окна в библиотеке открыты. Я пройду по террасе и попробую выяснить, что там происходит.

«Я правильно сделала, — подумала она, — иначе маркиз мучил бы бедного Марки и довел бы его до сердечного приступа!»

Эта мысль рассердила ее, Ивона резко распахнула дверь в кабинет и вошла. Дойдя до середины комнаты, она испуганно вскрикнула: дверь закрылась, и она увидела, что за ней прятался мужчина!

Одного взгляда на его истрепанную форменную одежду хватило, чтобы понять: это был один из списанных на берег моряков.

Ивона общалась со многими из числа этих несчастных, и, кажется, ничто не могло ее удивить, однако кое-что в этом человеке ей не понравилось с первого взгляда.