5-я книга. В подземельях Бидрупа. - Карр Алекс

– Минуточку внимания, парни, сейчас я покажу вам, как действует "гравитационный каток". Сейчас, планетоид у нас пока еще круглый, но я сделаю его квадратным.

Ударив по поверхности Голубого планетоида гравитационными излучателями, Кайор действительно заставил этот идеальный по форме шар сплющиться с одной стороны. Если бы он проделал это с настоящей планетой, внутри которой находилось горячее ядро, а не сложная ячеистая структура, то эту планету постиг бы ужасный вулканический катаклизм, уничтоживший все живое. Голубой же планетоид выстоял и хотя он стал похож на неправильный овоид, не раскололся на части и продолжал оставаться целостным объектом.

Кайор продолжал рихтовать планетоид гравитационными полями чудовищной силы и, в конце концов, так его изуродовал, что он стал похож на какую-то несуразную геометрическую фигуру, больше всего похожую на кукиш. Папаша Рендлю, сидящий в кресле главного канонира, во время одного из заходов Кайора на цель, взял один из выступов планетоида в перекрестие прицела батареи счетверенных, тяжелых энергопульсаторов и ударил по нему серией коротких импульсов. Стрельба велась с минимальной дистанции, всего лишь с каких-то в полутора десятка тысяч километров и потому её эффект был особенно сокрушительным. Дюжина энергетических разрядов мощностью в несколько тысяч гигаэрг каждый, произвели на планетоиде эффект взрыва мощной горячей бомбы. Придись этот удар на какой-нибудь тяжелый крейсер и от него осталось бы только облачко, раскаленной до звездных температур, плазмы. Удивленно покрутив головой, папаша Рендлю недовольно обронил после выстрела:

– Нэкс, мне кажется, что ты немного перестарался с мощностью этих штуковин. Как бы их не причислили к горячему оружию.

– А это и есть горячее оружие, только оно действует в управляемом режиме, Рен. – Спокойным тоном отреагировал на замечание главного канонира "Молнии", её главный бортинженер – Ты можешь увеличить мощность разряда втрое или, если пожелаешь, уменьшить его до минимума. Видишь, у тебя на пульте, слева, находится счетчик расхода энергии? Ты даже не вышел на оптимальный режим. Вместо обычных конвертеров я установил на "Молнии" импульсный термоядерный реактор и теперь энергетическая мощность нашего корабля равна стационарному реактору планетарного типа. Так что можешь палить столько, сколько тебе вздумается, но если ты собираешься сжечь Голубой планетоид, то лучше перейди на антиматы. Так будет быстрее, только дай Кайору возможность отлететь подальше.

Рендлю Калвиш так и сделал. Усевшись в своем кресле поудобнее и приведя в боевую готовность все три антимата "Молнии Варкена", он негромко скомандовал:

– Кай, голубчик, оттащи-ка нашу старушку подальше.

На то, чтобы сжечь дотла большую часть Голубого планетоида у папаши Рендлю ушло почти четверть часа, да и то, лишь потому, что Нэкс попросил его сохранить в целости его начинку. После того, как было уничтожено примерно девяносто процентов его массы, Кайор подождал когда плазма остынет и немного рассеется в пространстве и подошел к тому, что осталось от космического монстра. Сделав по полурасплавленному, ало светящемуся комку, имеющему в поперечнике не более шестидесяти километров, несколько гравитационных ударов, Кайор расколол его на части и извлек силовыми захватами двадцатиметровый шар, изготовленный из какого-то странного, синевато-зеленого металла.

Не смотря на то, что шар находился внутри раскаленного, полурасплавленного комка графита, он имел температуру ноль градусов по стандартной температурной шкале. Похоже, что этот странный металл обладал уникальными свойствами и уже одно это вызвало у Нэкса бешенный восторг. Рассматривать, что же это они нашли, было некогда и потому шар был быстренько помешен в огромный стасис-сейф, расположенный в центральном отсеке трюма, оснащенного массой детекторов, сканеров и манипуляторов, чтобы Нэкс мог впоследствии не спеша его изучить.

Как только с этим было покончено, Кайор резко бросил "Молнию" в сторону, подальше от остатков Голубого планетоида и папаша Рендлю довершил начатое. Уничтожив планетоид, друзьям уже нечего было делать в этом, столь отдаленном от дома, районе космоса и потому Кайор, даже не дожидаясь просьбы или приказа, постоянно увеличивая скорость, полетел к Хельхору.

Настроение у всех было веселое, хотя изредка, то папаша Рендлю, то старина Рав или кто-нибудь другой, на мгновение замолкали. Пожалуй только Веридор был немного мрачен, но и он охотно откликался на шутки, да, и сам временами забавлял друзей витиеватыми фигурами речи. Спустя несколько часов, когда "Молния Варкена" уже шла на огромной скорости и звезды вокруг нее пришли в движение, Кайор с насмешкой поинтересовался у своих спутников:

– А что ребята, не хотите ли вы прокатиться с ветерком?

Бэкси немедленно взвизгнула:

– Кай, балбес ты эдакий, немедленно выкинь эту дурацкую мысль из своей жестяной башки!

Веридор Мерк, который в этот момент показывал друзьям, как с помощью двух деревяшек и куска веревки можно сделать отличную охотничью снасть, с полуоткрытым ртом повернулся к Кайору и спросил:

– Кай, а разве мы по-твоему летим слишком медленно? У меня и так дух захватывает, когда я смотрю по сторонам. Звезды так и мелькают.

– Ну, что ты, Верди, разве это скорость? – Недовольным голосом загнусавил Кайор – Вот когда я пилотировал боевую машину, вот тогда полет действительно был скоростным. За нами сами черти не могли угнаться, так ведь, Орки, Ви?

Нэкс неуверенным голосом ответил:

– Так то оно так, Кай, но тебе не кажется, что для наших друзей это будет не совсем приятно? Все-таки у них не та скорость обработки информации, что у нас с тобой.

– Да, ладно, тебе, подумаешь проблема. – Огрызнулся Кайор – Ну, что, Верди, прокатить вас с ветерком на звездных движителях? Вот увидишь, это будет незабываемое ощущение, да и дома мы будем уже через несколько часов. Только вам придется одеть боескафандры, сесть в кресла, ребята, и включить гравикомпенсаторы на полную мощность.

С замирающим, от непонятного предчувствия, сердцем, Веридор Мерк кивнул головой и, забравшись в боескафандр, занял свое командирское кресло. Равалтан Макс, который до этого изображал из себя зверя, попавшего в хитроумные варкенские силки, снял со своих ног веревку и так же, втиснувшись в свою бронеодежонку, сел в кресло. Папаша Рендлю, быстро сообразивший, что для полного наслаждения полетом, будет лучше сесть поближе к носовой части кокпита, шустро перебрался в кресло второго пилота. Когда все были готовы, Кайор ворчливо потребовал у Нэкса, которого он предпочитал называть другим именем, нежели все остальные: