"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Барон Алексей Владимирович

– Думаешь, будь у меня уйма денег, я бы пришел в твою таверенку? Впрочем, это к делу не относится… Это твой долг, Перл, я всего лишь поручился за тебя.

Тавернщик побелел.

– Сколько мне будет стоить ваше поручительство, милорд? – голос его дрожал от волнения.

– Чего ты боишься? Ты ведь сказал, что сможешь поднять предприятие.

– Да, но… Сумма велика, здесь центр, а конкурентов вокруг пруд пруди.

– Посмотрим.

– Так сколько? Сколько стоит ваше слово?

– Ты итак мой должник, Перл. Какая разница?

Он опустил голову и молча кивнул. Продавец предал бумаги на владение таверной, скрепленные нашими подписями и с этого дня Перл стал хозяином «Перекрестка», как называлась таверна. Что ж, свое дело Перл знал. Нанял отличных поваров и прислугу, договорился с торговцами на рынке поставлять ему лучшую снедь. Я поселился на верхнем этаже. Пару дней, пока Перл крутился как белка в колесе, я бездельничал, лежа на постели и глядя в потолок, и размышлял о своей жизни, странных и неожиданных поворотах судьбы и о том, чем заняться дальше. Дня через два Перл доложил мне, что все давным-давно готово, что уже явились первые посетители, которые остались весьма довольны. Но их слишком мало. А не менее чем через пять домов от нас находится первоклассная гостиница, через улицу вторая. И еще одна таверна в самом начале улицы, выходящая фасадом на площадь, славится чуть ли не лучшими в Мидле поварами.

– Мне никогда не отдать долг, – заявил он в самом конце.

– Что-нибудь придумаю, – пообещал я.

– Что тут можно придумать, милорд, – Перл со вздохом оставил меня.

Все началось с того, что в первой гостинице вместо вина оказался уксус, и даже лучшие вина отдавали кислятиной. Потом в номерах завелись клопы, перекинувшиеся на гостиницу через улицу. В довершение всего в таверне на площади повара вдруг словно разучились готовить, и всех воротило от их блюд. Все это узнал Перл от бывших завсегдатаев этих заведений. Он взволнованно слушал новости, замечая, что количество народа в зале весьма прибавилось, и машинально протирая безукоризненно чистые бокалы белоснежным полотенцем. Мне же пришла в голову одна любопытная идея, и пару дней я потратил на ее осуществление. Открывал два портала подряд – в следующий мир и обратно в наш, а потом начинал перемещать последний – так я мог следить за жизнью в городе, не покидая своей комнаты. В итоге я нарисовал карту Мидла – тот самый план, который видел Гаст, и который я впоследствии сжег в огне. Но в этот вариант я добавил магию. Когда Перл, пробудившийся как всегда одним из первых, спустился вниз, дошел до стойки, то обомлел.

Карта висела на стене, рядом со стойкой, круглая, как городская стена, кольцом окружающая город, около трех футов в поперечнике. Искусно прорисованные детали, плюс немного магии, и карта перестала быть просто картой. Возникало ощущение, что смотришь на город с высоты птичьего полета. Шевелилась листва деревьев в садах, блестела вода в каналах, перелетали с крыши на крышу голуби, менялась стража на крепостной стене, в ворота заезжал воз купца, а свет с тенями такой, словно над городом поднимался рассвет, как и в действительности. Внизу, словно застывшая над землей, стояла моя подпись, сделанная серебристыми чернилами и бросающая черную тень на зеленый луг за крепостной стеной.

– Нравится? – поинтересовался я за спиной Перла.

Тавернщик подскочил от неожиданности и обернулся ко мне.

– Ничего более прекрасного и удивительного в жизни не видел! – искренне восхитился он. – А «Перекресток»?

Я показал ему место нашего расположения на карте, и он долго любовался видом таверны. Скоро за его спиной ахала уже вся прислуга. Я про себя улыбнулся.

Весь день у карты происходило столпотворение, а на следующий день зал набился битком – все, кто наблюдал карту, не преминули рассказать о ней своим знакомым. Моя идея прибавила Перлу работы. Дни проходили, но зал не пустел, и никому не надоедало созерцать уменьшенную копию Мидла. Некоторые приходили по несколько раз в день, чтобы увидеть его в утреннем свете, в полдень с короткими тенями, вечерний и ночной, когда уже ничего не видно, кроме зажегшихся огоньков в домах, уличных фонарей, огней сторожевых башен, да мигающих звезд в воде каналов. Все наши конкуренты, на которых сетовал в самом начале Перл, разорились и закрылись в течение трех недель. На следующий день после этого знаменательного события таверну посетил уже знакомый нам маг воды.

– Я Тибелус, представитель городского совета, – сообщил он, не узнав в опрятном и хорошо одетом Перле виденного им у пожарища злополучной таверны оборванца, перемазанного в саже.

Перл представился в ответ и осведомился, чем может быть полезен высокому посетителю.

– До нас дошли слухи, что ты заплатил одному темному колдуну за то, чтобы он навел порчу на твоих конкурентов.

– Порчу? – изумленно произнес Перл.

– Да. Одним твоим соседям подпортили вино, превратив его в уксус, на других обрушились полчища клопов, у третьих невесть что творилось с провиантом. Не хочешь ли ты поведать об этом?

Перл застыл, не зная, что и отвечать. Несомненно, он подозревал в соседских неудачах меня, но мы никогда не беседовали на эту тему. Пришлось помочь выпутаться из очередной скверной ситуации. Я незаметно подошел к магу.

– Будь на моем месте обычный темный колдун, дражайший Тибелус, он бы не оскорбился твоим словам, – я хмуро поглядел на обернувшегося ко мне мага.

– Милорд? – он содрогнулся, но не забыл о приличиях и поклонился мне.

– Неужели ты готов допустить, что подобный мне мог бы опуститься до каких-то отвратительных насекомых или до превращения вина в уксус – заклятия, которое без труда исполнит самый бесталанный ученик?

Тибелус, разумеется, мог допустить что угодно, но признаваться в этом, само собой, не стал. Я весьма фамильярно положил руку ему на плечо и развернул мага воды к карте.

– Вот одна моя забавная вещица, из-за которой у Перла столь удачно идут дела.

Маг уставился на карту, как и любой другой посетитель «Перекрестка».

– Это…

– Всего лишь визуальная магия, – подсказал я.

– Прошу прощенья, милорд. Я вовсе не хотел…

– Ладно, можешь не извиняться, – смилостивился я и увлек его за собой. – Пойдем лучше выпьем неплохого вина. Перл!

Пока Перл нес нам вино, я еще кое о чем поведал неловко себя чувствующему магу.

– Знаешь, что я подумал, после нашей той встречи, – продолжил я в том же духе. – Помнишь, ты говорил тогда, что трактирщик потерпевший? Я подумал и пришел к выводу, что, проклятье, ты прав! Что мне могла сделать эта шайка воров? Ничего. А бедняга действительно лишился всего. Я и решил немного помочь ему.

– О?! – только и произнес Тибелус, вытаращившись на Перла, принесшего вино и ловко его разлившего по бокалам.

Я скромно помолчал, дождавшись, пока Перл уйдет.

– Да, совсем немного помог, – повторил я. – А то те любезные стражники, сопровождавшие тебя в тот раз…

Тибелус едва не подавился, услышав от меня историю о стражниках, и сделался таким же пунцовым, как вино в наших бокалах.

– Милорд, – наконец вымолвил он, переборов охватившее его волнение. – Я сдержал свое обещание, и никто не узнал о том происшествии, и что вы находились там. Теперь я прошу вас о том же – никому не рассказывайте эту гнусную историю о стражниках!

– Разумеется! – я расплылся в улыбке и понимающе кивнул, отчего у мага случился второй приступ непомерного стыда. – Есть еще какие претензии к Перлу насчет клопов и остального?

– Нет, конечно, нет! – маг отдышался, сделал большой глоток вина и, поспешив подняться, откланялся. – Всего хорошего, милорд.

Внутри я покатывался со смеху, глядя ему вслед.

– Что вы ему сказали, милорд? – спросил подошедший Перл.

– Ничего особенно. Но он вряд ли еще сюда сунется, хотя и по другой причине.

– Почему же? Мне показалось… он опасается вас. Тогда у пожарища этого не было…

– Похоже, Тибелус прознал, почему меня выгнали из обители.