"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин

– Я не боюсь! – Я громко фыркнула, если честно, не слишком поверив в запугивания храмовника. – Шерьян, я хочу научиться. И мне все равно, каким образом это будет сделано. В конце концов, цель оправдывает средства. Я не желаю, чтобы в следующий раз меня кто-нибудь покалечил или убил!

Храмовник какое-то время молчал, вертя в руках обнаженный клинок и любуясь солнечными зайчиками, которое отбрасывало отполированное лезвие. Затем подобрал с земли ножны и резко вогнал в них меч, будто не заметив того, как я вздрогнула от неприятного металлического звона.

– Будь по-твоему, – негромко произнес Шерьян. – Но только, чур, Гворию потом не плакаться на мою жестокость.

– Достал ты меня с этим Гворием! – громогласно возмутилась я. – Что за дурная привычка при каждом удобном случае его вспоминать? Я видеть его больше не желаю! Никогда и ни при каких обстоятельствах!

Наверное, мне показалось, но в глазах храмовника мелькнула тень радости после моих слов. Шерьян на удивление ласково улыбнулся и мягко произнес:

– В таком случае начнем через три дня. Если, конечно, все эти дни ты проведешь на ногах и при этом ни разу не упадешь в обморок. Иначе все время до отъезда к эльфам будешь лежать в постели и печально вздыхать по поводу моего самоуправства.

– Даже не подумаю! – самоуверенно заявила я. – И вообще, кажется, я ясно сказала, что к эльфам не поеду. Забыл, что ли?

– Разве такой разговор можно забыть, – промурлыкал Шерьян, несколько плотоядно посмотрев на меня. – Особенно то, чем он едва не закончился. Хочешь повторить его?

Я смущенно засопела и нервно дернула за шнуровку рубахи, затягивая ее туже. Ничего не понимаю. Чем объяснить поведение приятеля? То убегает из комнаты в самый интересный момент, то намекает, что не прочь повторить. Точно издевается надо мной.

– О твоем желании уехать к гномам мы поговорим позже. – Шерьян никак не отреагировал на мое громкое демонстративное фырканье. Вместо этого он небрежно перекинул через руку рубашку, которая лежала на ближайшем чурбаке. Потом повернулся и мягко повторил: – Обязательно поговорим, Тефна, и очень серьезно. Но не сейчас. А теперь извини, но я намерен искупаться.

Стыдно признаться, но я поплелась вслед за храмовником на берег озера, оправдывая себя тем, что мне скучно оставаться в одиночестве. Но на самом деле меня грызло недостойное желание увидеть, как Шерьян будет плавать. Интересно, он при этом разденется полностью? Не все же мне обнаженной перед ним щеголять.

Впрочем, он нисколько не протестовал против моего присутствия. И стесняться меня тоже не был намерен, как оказалось. Я и глазом не успела моргнуть, как Шерьян скинул с себя последнюю одежду, неспешно взошел на деревянные мостки и рыбкой нырнул в сонную гладь озера.

– Эм-м-м, – протянула я, не ожидая подобного развития ситуации. Покраснела, огляделась по сторонам, убеждаясь, что, кроме меня, никто свидетелем этой сцены не стал. И быстренько рванула к дому, да так, что только босые пятки засверкали. На всякий случай.

Если Шерьян и удивился моему стремительному исчезновению, то ничем это не показал. По крайней мере, за обедом и ужином он был все так же безукоризненно вежлив, лишь изредка бросая на меня внимательные косые взгляды. Видимо, надеясь, что я все-таки потеряю сознание и тем самым избавлю его от необходимости учить меня обращаться с оружием. Однако вопреки всем ожиданиям мое самочувствие было просто великолепным. Я уплетала за обе щеки жаркое с грибами, запивала все это горячим травяным отваром и улыбалась во весь рот. Если ты думаешь, Шерьян, что я отступлюсь от своего намерения, то глубоко ошибаешься! Хочешь или нет, но тебе придется заняться моим образованием.

Мое настроение было столь чудесным, что его не испортила даже ежевечерняя перевязка. На этот раз Шерьян долго медлил, перед тем как приступить к экзекуции.

– Что? – наконец раздраженно спросила я, несколько устав держать поднятой рубаху. – Шерьян, ты заснул, что ли?

– Нет. – Храмовник криво усмехнулся и легонько провел мазью по длинному ярко-алому шраму. – Просто думаю, что тугую повязку можно уже не накладывать.

– Счастье какое! – сдавленно произнесла я, когда получила возможность вновь дышать после раскаленного прикосновения Шерьяна. – Надоели эти бинты хуже беззубого вурдалака.

– Но мазью шрам все равно надо обрабатывать каждый день, – бессердечно добавил храмовник.

– Конечно-конечно, – мрачно отозвалась я.

Вот так всегда – только обрадуешься чему-нибудь, как тебя тут же спешат вернуть с небес на землю.

Шерьян долго не решался встать с моей кровати, явно желая что-то сказать. Он то и дело открывал рот, но тут же закрывал его обратно.

– Что? – Я рискнула поторопить приятеля, изрядно устав от его красноречивых гримас. – Ты мне хочешь еще что-нибудь сказать?

Какое-то время храмовник колебался. Я прямо видела, как у него в голове идет непонятная, но весьма ожесточенная борьба.

– Тефна. – Голос Шерьяна был настолько тих, что мне пришлось напрячь весь свой слух, когда он осмелился задать мне вопрос – Тефна, ты сильно ненавидишь того храмовника, который держал тебя в плену?

– Почему тебя это интересует? – невежливо ответила я вопросом на вопрос.

– Просто, – неопределенно протянул Шерьян. – Просто интересно.

– Да, я ненавижу его, – отчеканила я, глядя поверх головы храмовника. – Ненавижу за то, что по его приказу несколько месяцев не видела солнца, сидя в сыром подвале. Ненавижу за то, что только по его прихоти мне пришлось питаться крысами, пытаясь выжить. Я могу еще долго перечислять, но только зачем? По-моему, и так все понятно. Я ответила на твой вопрос, Шерьян?

– Да, – кивнул он и наконец-то встал с кровати. – Ответила.

И уже около самой двери, приготовившись выйти, Шерьян небрежно обронил через плечо:

– Завтра подъем на рассвете.

– Почему так рано? – взвыла я, несколько обескураженная подобным заявлением.

– Как почему? – нарочито удивился храмовник. – Мы вроде условились, что я начну обучать тебя некоторым приемам владения мечом. Естественно, полную нагрузку сразу я давать не буду. Но от легкой разминки и пробежки завтра и послезавтра тебе не удастся отвертеться. Под моим присмотром, конечно. Чтобы сами занятия начались без неприятностей.

– Мы так не договаривались, – пробурчала я, сворачиваясь в клубочек и широко зевая. – Про тренировки надо было заранее предупреждать.

Шерьян равнодушно пожал плечами, словно говоря – извини, не мои проблемы. А я тяжело вздохнула и подумала про себя, что с такими темпами первоначальная замечательная идея рискует обернуться настоящим кошмаром.

Как Шерьян и обещал, на следующее утро он поднял меня ни свет ни заря. В комнате было еще темно, когда кто-то настойчиво потряс меня за плечо.

– Чего надо? – сонно пробормотала я, не торопясь выбираться из приятной сладкой дремы.

– Вставай! – потребовал до омерзения бодрый Шерьян, безжалостно отбирая у меня подушку. – Уже утро!

– Какое утро? – возмутилась я, с трудом разлепляя один глаз. – Еще даже солнце не встало!

– Вот пока оденешься, умоешься, и рассветет, – глубокомысленно заметил храмовник, делая попытку стащить с меня и одеяло. Я тихо ахнула и звучно шлепнула приятеля по слишком смелым ручкам. Совсем уже стыд потерял!

– Если передумала – так и скажи, – обиженно произнес Шерьян. – Драться-то зачем? В конце концов, это была твоя идея.

– Да встаю я, встаю. – Я моментально проснулась, испугавшись, что храмовник откажется от своего обещания.

– Я жду тебя во дворе, – предупредил Шерьян. – Если не выйдешь через пять минут, то решу, что ты струсила. Ясно?

– Угу, – буркнула я. Дождалась, когда он покинет комнату, плотно прикрыв за собой дверь, и быстро оделась. С кряхтением нагнулась, зашнуровывая ботинки, которые сиротливо жались к ножке кровати, и, не удержавшись, зевнула во весь рот. Спрашивается, и чего мне спокойно не живется? Лежала бы сейчас, десятый сон бы видела. Нет, захотелось великой воительницей стать.