'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

— Ужасно. — морщится Читосе. Ее вся эта ситуация цепляет за струнки души, если найдем этого Менгеле, то ее от него оттаскивать придется. Она как Юки в случае с Аланом — даже на холодильный ларь «Молот Правосудия» обрушит. Немезида Сейтеки.

— С объектом можно делать что угодно. Мне кажется, что именно это и было эмоциональным посылом человека, которого мы ищем. Неважно для чего ему было это нужно — для удовлетворения своих сексуальных фантазий, для продажи таких вот кукол богатым клиентам, или для совершения каких-то магических обрядов, но цель всех манипуляций с девушкой нам ясна. Это превращение человека в объект. Объект для секса, потрахал, оставил, покормил через трубочку, протер салфеткой и убрал в шкаф. Или объект для продажи — ведь как-то она оказалась в чемодане. Чемодан подразумевает мобильность. Для Менгеле любые передвижения — это лишний риск. Любая авария, досмотр полицией, случайность, вроде расстегнувшегося замка — все это повышает риск быть обнаруженным. Такое вот передвижение оправдано только если «употребление» жертвы на месте невозможно или неудобно… например по его внутренним, этическим причинам.

— Этическим! — фыркает Читосе, ее взглядом можно убивать крупных насекомых и даже мелких млекопитающих.

— Бывают такие вот затыки. Вот не может он совершать сексуальные действия на работе, так сказать. В лаборатории совершает операции, а потом перевозит их домой, например. Ну или, как я и говорил — доставляет заказчику. — продолжаю я. — Но во всех этих действиях до настоящего момента не было личного. Мы могли с равной степенью уверенности предположить, что это может быть маньяк-одиночка, просто очень аккуратный и педантичный, и в то же время нельзя было исключать возможность наличия некой организации. Потому что ничего личного в этом не прослеживалось. Операция по удалению конечностей была проведена чисто, профессионально, человек, который делал ее — специалист своего дела. Удаление голосовых связок, чемодан, пленка в которую она была завернута, цифра, написанная маркером — ничего из этого не приближало нас к цели. Но вот это… — я забираю символ из рук Акиры. Мягкая, полупрозрачная резина, или пластик, не обнаруживаемый на снимках. Плотный материал, который не найти при просвечивании тела рентгеном или ультразвуком.

— Это — уже личное. Знак не найти никаким способом, в нашем случае он просто причинял неприятности самой Кикуми, так его и нашла Мария-сан. Смысла в имплантации этого знака в тело девушки нет. Знать о том, что внутри тела его жертвы находится вот этот символ — может только сам Менгеле. Это — его знак.

— Но что он означает? И это вообще Зет или Эн? — хмурится Читосе, забирая у меня полупрозрачную литеру.

— Пока я не скажу, но мне кажется, что нам здесь нужно прекратить играть в профессионалов и попросить помощи у того, кто лучше нас подготовлен, имеет доступ к базе данных и аналитикам, кто мотивирован и скорее чем мы сможет найти все, что связанно с этим… символом. — забираю символ у Читосе.

— Ты предлагаешь поставить в курс дела Горо-сана? — спрашивает она.

— Да. Он мотивирован. При том, что Сумераги-тайчо и ее команда — антагонисты СКПУ, он нашел в себе силы обратиться к нам, а значит, его эта история тоже гложет изнутри. И потом, он действительно заслуживает знать, что произошло. Может ему теперь спать полегче станет.

— Мне — не станет, — мотает головой Читосе, — спасибо, что ты вылечил эту несчастную Кикуми, Син, и я… обязательно выражу свою благодарность всеми приемлемыми способами, но спать я спокойно не буду, пока эта тварь еще где-то ходит по земле и воздухом дышит. Пока он еще может кого-то обидеть — я спать спокойно не буду. Пока у него череп еще целый, без дырок — так и буду ворочаться.

— Так, — вступает Акира, прекращая бардак, — хватит тут вендетты и линчевания. Син прав, надо будет передать данные старшему инспектору. Он тебя знает, это — твоя ответственность. Сегодня и передай все. Если он чего накопает и вдруг не сможет сам справиться — пусть обращается. Мы тут с себя ответственность не снимаем и продолжаем поиски в свою очередь, но у него доступ к архивам, у него возможности и связи СКПУ. Пусть отрабатывает зарплату, в конце концов.

— Да я не против, — пожимает плечами Читосе, — если это поможет. Сегодня и встречусь.

— Хорошо. С этим все. — кивает Акира. — У нас новости, Син, Майко. Вчера пришли документы по первому состязанию. Наши противники — «Ангелы Аоки».

— Ангелы? — поднимает брови Майко. — Символично.

— Как иначе. Это же шоу. — Акира кладет на стол бумажную папку. — Тут данные о них, все что удалось узнать из открытых источников. Я запросила и закрытые данные от своих информаторов и… попросила помощи у гокудо.

— Опять к своему старикану ходила? — ворчит Майко. — Что он тебе снова наплел?

— Я сотрудничаю с гокудо в рамках заключенного соглашения, не более. — сверкает очками Акира. В свою очередь замечаю, что раньше Акира всегда говорила «Джиро-сама», а сейчас — «гокудо». Обезличено.

— Хватит. — говорю я. Не хватало, чтобы эти две опять поцапались на почве взаимоотношений Акиры и Джиро. Несмотря ни на что, я считаю, что у нас с гокудо где-то есть общие цели, союзнические отношения выше эмоций, хотя и мне пару раз хотелось его прибить и ему, я думаю, приходила такая мысль на ум. У нас даже последствия таких вот раздумий Джиро-сама на складу у Читосе лежат. Целых четырнадцать кило. Это ж и заморочиться надо и специалиста вызвать, потому как такое убежище четырнадцатью килограммами завалить непросто — уметь надо. Размещать заряды в слабых местах конструкции, просчитывать обвалы… и то не уверен, что все бы получилось. Но попытка засчитана, да.

— Так вот. Первым этапом у нас будет гонка. Или бег с препятствиями. Что-то вроде полосы препятствий с чек-пойнтами. Вот. — Акира расстилает на столе схему полосы препятствий. Мы склоняемся над ней.

— Чтобы в голову себе не брали, сразу поясню, эта схема — не актуальная. Это — полоса препятствий с прошлых Игр, какая она будет в этот раз — нет информации. То есть, информация-то, конечно, есть. Только она секретная и нам недоступная.

— Аа… вот это на схеме, обозначено — это и правда