Сборник 'ИЗБРАННОЕ' - Теодор Гамильтон Старджон

Элрона внезапно осенило. Вот в чем главный секрет этого существа, называемого женщиной. Она не могла его любить, пока он вел себя совершенно рационально. Она не могла его любить, пока он был таким, кого она считала идеальным. Но когда он совершил что-то "звериное" - слово-синоним "неинтеллигентное", - она полюбила его. Он посмотрел на ее красивые губы, красивые черные глаза, засмеялся, поцеловал и осторожно опустил на пол.

- Вернусь через пару дней, дорогая, - сказал он и вышел, не обращая внимания на ее крики.

Теперь он знал, что делать. Он был благодарен ей за то, что она некоторое время забавляла его и научила его нечто новому. Но продолжать встречаться с ней - значит расстроиться, а этого он не мог позволить. Чтобы она была счастлива, ему придется время от времени вести себя неинтеллигентно, именно этого он не мог вынести. Он ушел. Он сел в свой огромный автомобиль и поехал вниз по шоссе.

"Жаль, что я не человек, - размышлял он, ведя машину. - Я бы хотел им быть, но... Нет, я не могу беспокоить себя и постоянно следить за таким сложным явлением, как Ариадна!"

Он остановился на окраине городка и нашел свою лабораторию. Забравшись внутрь, он лег на стол, открыл череп и вышел наружу. Подойдя к машине, стоявшей в углу, он что-то добавил, что-то убрал, сменил и подправил вокруг неподвижного тела появилось сияние. Что-то происходило внутри черепа. Что-то образовывалось внутри, и, когда процесс закончился, череп медленно закрылся. Через три часа человек Элрон слез со стола и встал, глядя на него. Золотое яйцо подлетело к нему и устроилось на плече.

- Спасибо тебе за это... это сознание, - сказал Элрон.

- О, не стоит благодарности, - телепатически ответило яйцо. - Оно было у тебя уже несколько месяцев. Я дал тебе только то, что тебе нужно для полноты счастья.

- Что я должен делать? - спросил человек.

- Возвращайся к Ариадне. Начни с того, на чем я остановился. Ты можешь - ты человек, обладающий совершенством каждой клетки, железы, ткани.

- Спасибо тебе за это. Я хотел быть с ней, но на это не было указания.

- Не обращай внимания. Женись на ней и сделай ее счастливой. Никогда не рассказывай ей обо мне - теперь ты будешь жить самостоятельно, для этого у тебя хватит и времени, и ума, ты будешь делать то, что делал. Ари хорошо относилась ко мне; я ей многим обязан.

- Что-нибудь еще?

- Да. Только одно, но запиши это в своей памяти огненными буквами: если мужчина не бывает частично болваном, тогда женщина вряд ли будет его любить. Будь всегда немного глупым и изредка очень глупым. Но не будь идеальным!

- Хорошо. Пока.

- Будь счастлив... э-э... сынок...

Элрон-человек вышел из лаборатории навстречу солнечному свету. Золотой пришелец устроился на полу и лежал там около часа. Раз он засмеялся про себя и сказал: "Слишком идеальный!"

И почувствовал себя ужасно, ужасно одиноким.

Искусники планеты Ксанаду

И вот Солнце обернулось сверхновой звездой, а человечество раздробилось на части и рассеялось по всему космосу; и так хорошо люди знали себя, что понимали: надо сохранить не только самую жизнь, но и свое прошлое, иначе они утратят человеческую сущность; и так гордились они собой, что свои традиции превратили в строгие обряды и нерушимые правила.

Великая мечта воодушевляла человечество: куда бы ни занесло его осколки и частицы, сколь разной ни оказалась бы их судьба, им не придется начинать сначала, они продолжат извечный путь человечества; и по всей вселенной, во все времена люди останутся людьми, будут говорить как люди и мыслить как люди, стремиться к новым целям и достигать их; и когда бы ни повстречал человек человека, сколь бы разны и далеки друг от друга они ни были, они встретятся мирно, признают друг в друге родню и заговорят на одном языке.

Но такова уж человеческая природа...

Брил вынырнул из глубин космоса неподалеку от розовой звезды, поморщился от ее розового сияния и отыскал четвертую планету. Она повисла в пространстве, дожидаясь его, словно некий экзотический плод. (Зрелый ли это плод? И удастся ли заставить его дозреть? И не таит ли он яда?) Он оставил свой аппарат на орбите и в даровой капсуле опустился на планету. У водопада, наблюдая за спуском, ждал юный дикарь.

- Земля была мне матерью, - произнес Брил, не выходя из шара. Это было традиционное приветствие человечества, и говорил он на Древнем языке.

- И мне отцом, - докончил дикарь, выговор у него был ужасный.

Брил осторожно вылез из капсулы, но не отошел от шара ни на шаг. Оставалось довершить свою часть обряда.

- Я чту различие в наших желаниях, ибо каждый из нас личность, и приветствую тебя.

- Я чту равенство наших прав, ибо все мы люди, и приветствую тебя, отозвался юнец. - Я Уонайн, сын Тэнайна, сенатора, и жены его Нины. А это место называется округ Ксанаду на Ксанаду, четвертой планете.

- Я Брил с Кит Карсона, второй планеты в системе Самнер, сочлен Наивысшей Власти, - сказал гость и добавил: - Я прибыл с миром.

Он подождал, не отбросит ли туземец, согласно старинному дипломатическому этикету, какое-либо оружие. Уонайн ничего такого не сделал - оружия при нем явно не было. Единственная его одежда - легкая туника, перехваченная широким поясом из каких-то плоских черных, до блеска отполированных камней, под таким одеянием не спрячешь и стрелу. Брил, однако, выждал еще минуту, присматриваясь к безмятежному лицу юного дикаря: не подозревает ли Уонайн, что в тугом черном мундире, в сверкающих ботфортах, в металлических перчатках с крагами скрыт целый арсенал?

Но Уонайн сказал только:

- Так добро пожаловать, приди с миром! - и улыбнулся. - Войди в дом Тэнайна и мой и отдохни.

- Ты сказал, что Тэнайн, твой отец, - сенатор? Может он помочь мне попасть в ваш правительственный центр?

Подросток помедлил, чуть шевеля губами, будто переводил про себя слова мертвого языка на знакомое наречие. Потом сказал:

- Да, конечно.

Брил слегка стукнул пальцами