Танец с драконами - Джордж Мартин

— Обвинения против моей дочери — грязная ложь. Я опять спрашиваю: почему мы должны участвовать в этом балагане? Пусть король Томмен объявит мою дочь невиновной, сир, и положим конец нелепости здесь и сейчас.

Сделаешь так, и слухи будут преследовать Маргери до конца жизни.

— Никто не сомневается в невиновности вашей дочери, милорд, — солгал сир Киван, — но Его Святейшество настаивает на суде.

Лорд Рендилл фыркнул:

— Во что же мы превратились, если королям и знатным лордам приходится плясать под чириканье воробьев.

— У нас повсюду враги, лорд Тарли, — напомнил сир Киван. — Станнис на севере, железные люди на западе, наемники на юге. Бросьте вызов верховному септону — и по сточным канавам Королевской Гавани тоже потечет кровь. Если верующие посчитают, что мы идем против богов, это толкнет их в объятия того или другого потенциального узурпатора.

Мейс Тирелл остался непреклонен:

— Как только Пакстер Редвин очистит моря от железных людей, мои сыновья захватят Щиты. Станниса прикончат снегопады или Болтон. Что касается Коннингтона…

— Если это действительно он, — вставил лорд Рендилл.

— …что касается Коннингтона, — повторил Тирелл, — какими победами он вообще известен, что мы должны его бояться? Он мог бы покончить с восстанием Роберта у Каменной Септы — но потерпел неудачу. Так же, как постоянно терпят неудачи Золотые Мечи. Да, некоторые, возможно, поспешат присоединиться к ним. Для королевства будет только лучше, если оно избавится от таких глупцов.

Хотелось бы сиру Кивану разделять его уверенность. Он немного знал Джона Коннингтона — горделивый юноша, самый упрямый из стаи молодых лордов, окружавших принца Рейегара Таргариена и соперничавших за его благосклонность. Высокомерный, но способный и энергичный. Именно за это и за военное мастерство Безумный Король Эйерис назначил его десницей. Бездействие старого лорда Мерривезера позволило восстанию пустить корни и разрастись, и Эйерис искал кого-то молодого и решительного, способного противостоять молодости и решительности Роберта. «Слишком рано, — объявил лорд Тайвин, когда новость о выборе короля достигла Утеса Кастерли. — Коннингтон слишком молод, слишком дерзок, слишком жаждет славы».

Колокольная Битва подтвердила справедливость его слов. Сир Киван ожидал, что после нее у Эйериса не останется другого выбора, кроме как снова призвать Тайвина… но Безумный Король обратился к лордам Челстеду и Россарту, за что поплатился и жизнью, и короной. Но все произошло так давно. Если это и впрямь Джон Коннингтон, то он уже другой человек. Старше, жестче, опытнее… опаснее.

— Возможно, у Коннингтона есть не только Золотые Мечи. Говорят, с ним претендент на трон, из Таргариенов.

— Мальчишка-самозванец, вот кто у него есть, — ответил Рендилл Тарли.

— Может быть. А может, и нет. — Киван Ланнистер был здесь, в этом самом зале, когда Тайвин положил к подножию Железного Трона тела детей принца Рейегара, завернутые в алые плащи. В девочке легко узнавалась принцесса Рейенис, но вот мальчик… вместо лица — кошмарное месиво из костей, мозга и запекшейся крови, да несколько прядей светлых волос. Никто из нас не всматривался. Тайвин сказал, что это принц Эйегон, и мы поверили ему на слово. — До нас также дошли слухи с востока. Еще Таргариен, и тут происхождение не вызывает ни у кого вопросов. Дейенерис Бурерожденная.

— Такая же безумная, как ее отец, — заявил лорд Мейс Тирелл.

Тот самый отец, которого Хайгарден и дом Тиреллов поддерживали до его печального конца, и даже после.

— Может, она и безумна, — возразил сир Киван, — но когда на запад приносит так много дыма, очевидно, что где-то на востоке пожар.

Великий мейстер Пицель кивнул головой:

— Драконы. Эти же слухи дошли и до Староместа. Их так много, что не считаться с ними уже нельзя. Королева с серебристыми волосами и тремя драконами.

— На краю света, — добавил Мейс Тирелл. — Королева Залива Работорговцев, да. Ну и пусть забирает его.

— Здесь я с вами согласен, — сказал сир Киван, — но в жилах девчонки течет кровь Эйегона Завоевателя, и я не думаю, что она довольствуется вечным пребыванием в Миэрине. И если она доберется до наших берегов и объединит силы с лордом Коннингтоном и его принцем, настоящим или нет… Мы должны уничтожить Коннингтона и его претендента на трон сейчас , пока Дейенерис Бурерожденная еще не пришла на запад.

Мейс Тирелл скрестил руки:

— Именно этим я и собираюсь заняться, сир. После суда.

— Наемники сражаются за деньги, — объявил великий мейстер Пицель. — Имея достаточно денег, мы могли бы убедить Золотых Мечей выдать нам лорда Коннингтона и самозванца.

— О да, будь у нас золото, — согласился сир Харис Свифт. — Увы, милорды, в наших хранилищах в достатке лишь крыс да тараканов. Я снова написал мирийским банкирам. Если они согласятся возместить долг короны браавосцам и, помимо этого, дадут нам новый заем, может, нам не придется поднимать налоги. В противном случае…

— Как известно, магистры Пентоса тоже дают ссуды, — заметил сир Киван. — Попробуйте и такой вариант. — Вероятность получить помощь от пентошийцев была еще меньше, чем от мирийских менял, но попытаться все равно стоило. Если не удастся найти новый источник денег или убедить Железный Банк повторно выдать ссуду, то у него не останется другого выхода — только выплачивать долги короны золотом Ланнистеров. Он не осмелится прибегнуть к новым налогам, не сейчас, когда Семь Королевств бурлят от восстаний. Половина лордов королевства не отличит взимание налога от тирании, и в мгновение ока переметнется к ближайшему узурпатору, чтобы сберечь пару медяков. — Если и это не удастся, то, скорее всего, вам придется отправиться в Браавос, чтобы самому вести переговоры с Железным Банком.

Сир Харис пришел в ужас:

— Мне?

— Вы же мастер над монетой, — резко ответил лорд Рендилл.

— Верно, — седой пушок на кончике подбородка Свифта задрожал от ярости. — Но надо ли мне напоминать милорду, что не я создал эту проблему? И не все из нас имели возможность пополнить казну трофеями из Девичьего Пруда или Драконьего Камня.

— Я возмущен вашим намеком, Свифт, — ощетинился Мейс Тирелл. — На Драконьем Камне не было найдено ничего ценного, уверяю вас. Люди моего сына обыскали каждый дюйм этого сырого мрачного острова и не нашли ни драгоценных камней, ни хоть крупицы золота. Как и никаких следов легендарного тайника с драконьими яйцами.

Киван Ланнистер собственными глазами видел Драконий Камень. Он сильно сомневался, что Лорас Тирелл обыскал каждый дюйм древней твердыни. Ее все-таки возвели валирийцы, а от всего, что они делали, разило магией. Сир Лорас был молод и склонен к скоропалительным выводам юности, и к тому же серьезно ранен при штурме замка. Но не стоило говорить Тиреллу, что его любимый сын мог ошибаться.