Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Янтарь. — Мы должны разрушить жестокую тюрьму, уничтожить элиту, которая с каждым проходящим годом становится только более жадной и испорченной.

Она понизила голос и произнесла слова, которые я так часто от неё слышал:

— Мы должны стать камнем на дороге, который заставит повозку свернуть на новый путь.

Нельзя было вообразить себе более странную сцену. Альтия опиралась на фальшборт корабля. Корабль, мой более молодой профиль, смотрел в сторону реки. Янтарь сидела в его сплетенных руках. Её ладони лежали на его больших пальцах, изящно обутыми ногами она махала над пустотой, где внизу текла холодная кислотная река. Её вязаный платок позволял коротким волосам обрамлять её лицо. Пудра и румяна скрыли шрамы и чешуйки, появившиеся от драконьей крови. В образе Янтарь Шут был очень привлекательной женщиной.

Альтия говорила подавленно:

— Я никогда раньше не слышала, чтобы ты говорила с такой страстью, даже когда мы вместе были на грани смерти.

Лицо Янтарь исказила ненависть:

— Они забрали нашего ребёнка и уничтожили её.

Мне было обидно слышать, как Янтарь подобным образом предъявляет права на Пчелку, ведь я знал, что подумают Альтия с Брэшеном. Шут может верить, что это так, но услышать, как он говорит об этом с незнакомцами, было мучительно для меня. Молли, яростно подумал я. Она и никто другой была матерью Пчелки. Я не хотел, чтобы эти люди думали, будто мою Пчелку выносила Янтарь. Нет, это Молли была беременна и многое переживала в одиночестве; и Молли защищала и лелеяла ребёнка, которому остальные были бы рады позволить исчезнуть. Янтарь была неправа, вычеркивая её. Обида охватила меня, и я вдруг осознал, что у неё был ещё один источник.

— Моего мальчика тоже нет! — прогремел Совершенный.

Я почувствовал, как волна эмоции прокатилась по всему кораблю. Его чувство негодования и потери разжигало огонь обиды и во мне. Трелл спокойно заговорил:

— Бойо в порядке, Совершенный. Проказница никогда бы не позволила, чтобы с ним что-то случилось. Его нет временно, ты же знаешь, что он вернется.

— Вернется? — грубо спросил Совершенный. — Его не было два года! И он когда-нибудь вернется? Или его заберет Проказница? Он родился здесь, на моей палубе! Он мой! Я что, единственный живой корабль без семьи? Единственный живой корабль без наследника своего капитана? Брат Альтии требует моего мальчика к себе на палубу, но держит меня от того, кто тоже должен быть моим! От сына Кеннита!

— Королева Этта, а не Уинтроу удерживает от тебя Парагона Кеннитсона, — строго отметила Альтия.

Я понял, что ей не впервые пришлось произносить эти слова кораблю. Я увидел, как Брэшен распрямил плечи и сделал шаг вперед, готовый взять на себя роль миротворца.

— Совершенный, — мягко сказала Янтарь. — Мой друг, я чувствую твою тоску. Её слишком много, чтобы мне это вынести. Пожалуйста, — и, задыхаясь: — Ты слишком сжимаешь меня. Пожалуйста, верни меня на палубу.

Я бессильно смотрел. У меня было два небольших спрятанных ножа, бессмысленное оружие против такого огромного противника. Если бы я напал на него, он бы бросил Янтарь в реку? Я посмотрел на Брэшена, его лицо побледнело. Альтия склонилась над поручнями. Она заговорила негромко и рассудительно:

— Если ты раздавишь свою подругу, это не вернет тебе сына Кеннита. Корабль, успокойся.

Какую потребность в воздухе может испытывать корабль, пусть и созданный из драконьего кокона? Однако грудь Совершенного то и дело поднималась и опускалась, будто он был мальчишкой, охваченный сильными эмоциями. Его глаза были плотно сомкнуты, а большие руки, державшие Янтарь, дрожали. Пустой взгляд Янтарь неподвижно смотрел вдаль. Её лицо покраснело от нехватки воздуха. Совершенный поднял руки ближе к груди. Он наклонился над ней, и я испугался, что он откусит ей голову, но он повернулся и выпустил её на палубу столь резко, что она споткнулась и упала. Альтия встала на колено рядом, взяла её за плечи и оттащила назад.

— Не нужно убирать её туда, где я не достану! — хрипло пожаловался Совершенный. — Я бы не причинил ей вреда.

— Я знаю, — вдохнула Янтарь.

Альтия была невысокой, но, закинув руку Янтарь себе на плечо, она помогла ей подняться.

— Я забираю Янтарь в нашу каюту, — спокойно объявила она.

Прежде, чем я смог возразить, Брэшен взял Янтарь за другую руку, и они пошли в сторону кормы. Я решил пойти следом, но корабль внезапно заговорил:

— Ты, с моим лицом. Стой.

Я замер. Брэшен остановился и оглянулся на меня с широко раскрытыми глазами. Он предупреждающе чуть-чуть покачал головой. Взгляд Ланта перебегал с меня на Янтарь. Я наклонил голову в её сторону, указывая, чтобы он шёл за ней, и он быстро занял место Брэшена. Капитан скрестил руки и встал, глядя на фигуру.

— Ты, Баккиец. Я хочу говорить с тобой. Подойди сюда.

Корабль не смотрел на меня. Его взгляд был устремлен вдаль через широкую Реку Дождевых Чащоб. Далекий берег казался зеленой полосой на горизонте.

— Я здесь, — ответил я, пытаясь, чтобы это не прозвучало как вызов.

Корабль никак не показал, что услышал меня. Я стоял и ждал, слушая как в движении вода ударяется о борт. Отдаленные крики речного города на расстоянии звучали как птичья песня.

— Баккиец?

Я подошел ближе и повысил тон:

— Я здесь, корабль.

— НЕТ!

Брэшен опоздал с предупреждением. Фигура вывернулась, дотянулась до палубы и схватила меня. Я было отшатнулся, но он поймал меня за левое плечо и вцепился в руку. Я зажал один из его пальцев другой рукой и попытался отцепить и скрутить его. Бестолку. Он поднял меня в воздух и прижал к фальшборту вниз головой.

— Совершенный, отпусти его! — проревел Брэшен.

Покачивание корабля привлекло команду. Подбежавший Клеф замер на полпути, уставившись на меня и придерживая за локоть бледного Пера. Ещё двое, Корд и Хафф, поспешили к нам, но тоже остановились. Замерла Альтия, все ещё поддерживающая Янтарь. Я не слышал, что она сказала, но Янтарь слепо повернулась обратно в нашу сторону.

Совершенный спокойно заговорил, и его слова отдались эхом внутри меня.

— Это не касается никого из вас. Возвращайтесь к своим делам.

— Совершенный, — попросила Альтия.

Совершенный усилил хватку и поднял меня выше. Его пальцы пережимали мою грудь слева. Я не сопротивлялся — когда победить невозможно, лучше не злить противника и не давать ему повод снова применить силу.

— Все в порядке, — выдохнул я, хватаясь за его пальцы и стараясь ослабить давление.

— Займитесь делами, — любезно предложил Совершенный, и я склонил голову в одобрении.

Альтия повела за собой Янтарь. Она шла неохотно, то и дело оглядываясь, но я