Реальность фантастики №01-02 (65-66) 2009 - Ираклий Вахтангишвили

– А слышал ли ты о Рукотворном Рае?

Нет.

– Согласно технотеизму, Апокалипсис тоже совершался руками лю-дей, и именно люди строили Царство Божие на Земле. Кто сказал, что ботов не существует – быть может, это настоящие люди, все те сто двад-цать миллиардов человек, что жили на Земле с тех пор, как возник род человеческий.

– Мы живем после Конца Света?

Мы живем в Царстве Божием на Земле. И правда только одна: ты жи-вешь неправильно. Ты должен быть счастлив. В твоих страданиях виноват лишь ты сам. Ты не должен ни бороться с Системой, ни боготворить ис-пользоваться ей. Ты можешь это понять?

Да. Но Незнакомец, как же тогда…

– Все услышал? – раздался за спиной вкрадчивый голос. Вскочив и обернувшись, я увидел на скале, прямо передо мной, маленького-маленько-го человека с желтыми волосами. Кожа его была мягче женской, но это яв-но был мужчина. Ребенок!

– Вы и есть Незнакомец?!

– Ну, я, – он шагнул ко мне, а я понял, что говорил не с самим Незна-комцем. Голос с неба это был макрос, искусственно заданная команда.

– Я хотел спросить…

– Ты все спросил, что можно было. Больше нельзя, – Незнакомец подо-шел ко мне вплотную, и толкнул крошечной рукой, оказавшейся сильной, как паровозный поршень.

Я не удержался на краю скалы и полетел вниз, а когда достиг поверхнос-ти океана, успел увидеть под пленкой воды свои белые кости.

Отключившись, я направился в главную комнату, шатаясь и спотыкаясь. Добрался до кровати, и упал на нее со всего роста, хлопнув нечаянно ла-донью о стену. Приподнялся, и приложил к стене ухо. Крепко задумался…

Я не помню своего бессмертия.

Бороться бессмысленно. Система непобедима.

Я – один во всей Вселенной. А может, напротив, Сеть реальна. Боты су-ществуют, а Бог стал добрее, и позволил людям творить чудеса.

Царство Божие на Земле и Рукотворный Рай.

Мир, который сотворил Человек, став в этом мире одиноким Богом.

Санчес, Незнакомец, кто угодно – есть ли они? И кто они?

Что здесь правда? Чему здесь верить?

Все равно я никогда не узнаю. И никогда не получится у меня пробить эту стену, и вырваться в Настоящий Самарканд или Настоящую Прагу.

А что там, что там, за этой стеной? Да и есть ли там что-то? Да и есть ли что-то здесь, перед стеной?

Я не знал. Я просто не знал.

За слоем бетона и узким коридором была другая квартира. За ней еще, и еще, и еще. Сверху и снизу. Миллиарды таких же квартир, в одной из кото-рых, на девятьсот пятом этаже двести семьдесят девятого блока двенадца-того города, сидела у края кровати и плакала уверовавашая в возможность смерти женщина, когда-то давно называвшая себя Когашима, позже Скпыпник, а в последние сорок лет – Санчес.

И не передать словами, сколько тут было этих квартир, уходивших на пять километров вниз, вглубь Земли, к урчащему в толще базальтов термоядерному реактору, и на полкилометра вверх, почти к самой поверхности, за которой…

За которой лежала Земля, бескрайняя, девственная и зеленая. За кото-рой колыхались океаны, и с грохотом налетали на берег тяжелые волны, об-тачивая уже не первый миллион лет вечные скалы. Наверху гудел ветер в горных долинах, и шелестела листва миллиардов древесных крон. Там, на преображенной Земле, не осталось ничего привычного человеку, когда-то покинувшему этот мир.

Египетские пирамиды сделались горным хребтом посреди непроходимых джунглей Сахары, а между шпилей Кельнского собора укоренились березы. Трубы металлургических комбинатов сверху донизу покрыл разноцветный лишайник, а угольные шахты кишели слепыми рачками. В небоскребах компьютерных синдикатов копошились муравьиные кучи, а в остывших то-камаках пели цикады, и даже воронки от атомных бомб давно уже стали озе-рами, полными рыбы. Активы Всемирного банка превратились в осиные гнезда, и Земля уже и помнить забыла о том, кто такой Человек.

Москва Март 2006

Никита Красников / ТРОЙНОЙ ОБМЕН

ЕРЖИ, НОВОРОЖДЕННЫЙ! ДЖИММИ ПЕРЕДАЛ ЖИР-ный дымящийся конус.

Косяк был мягкий, с подпалинами. С днсм рождения, подумал

Валера, до отказа всасывая дым. Задержка дыхания раз, два…

Фых! Трава отдавала мылом и драла горло, как наждак.

Они сидели на холодных ступенях, перед входом в трехэтаж-ный brownstonc, плотно притертый к соседним домам жилыс кварталы нижнего Манхэттена набраны из таких блоков, как тюремные бирюльки из кусочков цветного оргстекла.

Фредди принял косяк у Валеры, провел серию залихватских затяжек; на последнем такте застыл, усваивая дурь. В сго глазах зажглись золотые звез-ды, уличный свет утяжелил черты лица, превратил схваченные гелем воло-сы в монолитную шапку – для полного сходства с Тони Монтаной не хва-тало только шрама и автомата.

Вон машина стоит, праздно сообщил Джимми, через дорогу, без фар, не смотри. Это копы. Они нас пасут.

– Э, пасут! – фыркнул Фредди. – Кому ты нужен'?

Точно говорю. Подъехали, фары погасили, стоят и нс выходят. Копы, это факт. Выкидывай, ца хрен!

– Может, жильцы стукнули? Валера оглянулся на темные окна.

Травяная химия работала: по гудящим в спине струнам побежали цепкие жучки, расплетая Узелки, ослабляя натяжениЕ.', процессу не хотелось ме-шать. Подозрительная машина ничем не отличалась от прочих: навозного цвета «олдсмобиль» с отвислым задом. У Джимми паранойя, вряд ли это копы. А было бы смешно.

Дверцы «олдсмобиля» хлопнули. Двое долговязых двинулись через до-рогу шорты, сандалии, белые футболки, по расхлябанной походке, по нарочито-затрапезному виду все сразу стало ясно. Валера вздохнул, жуки разбежались, под ложечкой заметался веселый зверек. Страха не было: приключение, веселый переплет.

Фредди шулерским щелчком запустил косяк через плечо. Повернулся к Джимми:

Как, говоришь, звали того актера?

Джимми не отвечал, блестел очками. Двое подошли, стали вплотную, су-зив значимый мир до двухметрового пятачка.

Привет, парни. Как дела?

Жилистый блондин, прямая ирландская физиономия. В руке черный фонарь, не вяжущийся с легкомысленным нарядом. И правда полиция.

Его напарник, блеклый крепыш, выпростал бляху из-под футболки:

– Эн-Уай-Пи-Ди. Ручки показали.

Ха, пожалуйста! Фредди с энтузиазмом подставил ладони под све-товую струю. Остальные скопировали движение.

– А в чем дело, офицер? – шершавым голосом спросил Джимми. – Мы просто сидим, отдыхаем…

Так, раздвинулись. Блондин сунул луч фонаря между Фредди и Валерой.

На крыльце, в ярком эллипсе, с хулиганским нахальством дымил жир-ный косяк.

– Это что?

– Где? Не знаю! – Фредди повернул голову. – А что там?