Узор счастья - Людмила Синицына

Без пяти минут шесть машина остановилась возле галереи.

До того тихая улочка сейчас бурлила. Автомобили прибывали, дверцы хлопали, владельцы неторопливо направлялись к стеклянным дверям, возле которых их встречали одетые в форму служители. Светлана с трудом узнала в них двух помощников, с которыми они с Даней занимались подготовкой к выставке. Теперь они преобразились и стояли с невозмутимым видом будто фигуры из музея мадам Тюссо. Правда, при виде Светланы они округлили глаза в немом изумлении, но тотчас же почтительно склонили головы, открывая перед ней дверь. Она с грацией королевы кивнула им. «Маскарад так маскарад. Игра так игра. И я буду получать от этого праздника максимум удовольствия», — решила Светлана, и глаза ее сверкнули озорным блеском.

Ей с трудом удалось узнать не только стоявших в дверях помощников. Даня, по которому она сначала скользнула взглядом, тоже выглядел как принц Уэлльский в строгом смокинге и бабочке. Он сначала не заметил ее. Потом в глазах его блеснул интерес, восхищение. И только после этого... узнавание. И удивление. Брови Дани поползли вверх. Светлана, продолжая играть в маскарад, сделала строгое лицо: дескать, что вы себе позволяете, молодой человек!? — а потом улыбнулась. Даня, очнувшись, машинально кивнул ей в ответ. Но так, словно был не совсем уверен, имеет ли он на то основания. Во всяком случае, несмотря на ее предложение сыграть заданные им роли, Даня отчего-то не решился подойти к ней. Только сделал какое-то движение в ее сторону, но, казалось, оробел и остался стоять на месте.

«А может, он просто выбрал роль очумевшего от восхищения придворного? — промелькнуло в голове у Светланы. — В любом случае, я должна вести свою линию», — решила она. Озорство не покидало ее и внушало чувство уверенности в себе. Что теперь полагается делать ей «по протоколу»?

Долго ломать голову не пришлось. Моника предупреждающе указала подбородком на какого-то человека. Он вдруг взял Светлану за руку и повел в ту сторону, где рядом с владельцем галереи стоял Макс. Подвели туда и Даню. Наверное, Светлана все же растеряла бы свою храбрость, если бы не увидела, что тот тоже чувствует себя не в своей тарелке. Господи, неужели у нее такой же вид? Нет уж! Не зря она столько времени провела на репетициях спектаклей, которые ставила Елена Васильевна! И ей вспомнились бабушкины наставления.

Итак, упражнение первое. Светлана посмотрела в даль, позволяя мышцам расслабиться. Ни в коем случае не думать о себе, сосредоточить внимание на других. Улыбка! Теперь глаза. Они должны сиять так, словно у нее сегодня день рождения. Самый радостный день в жизни. Если платье оголяет бедро, то двигаться надо так, чтобы туника то открывала, то закрывала ногу...

Ну вот, половина задачи выполнена. Светлана заняла положенное место возле Макса. Только на секунду ей показалось, что она утратила вновь обретенное равновесие — когда встретилась с ним глазами. И опять произошло то же самое, что и в аудитории, когда она сидела перед ним совершенно нагая. Ей показалось, что его взгляд оставил ожоги на коже. Особенно заныла грудь. Никакого белья Моника не позволила надеть. «Как можно! — воскликнула она. — С такой фигурой! И не думай!» И теперь ее соски, по которым он скользнул взглядом, напряглись. А от них по всему телу, словно растопленный воск, потек жар. Светлане стало страшно не на шутку. «Что это? Что со мной творится?» — подумала она.

Но в эту минуту Максим отвел глаза и поздоровался с кем-то, кто вошел в вестибюль. Оказавшись в этой стране, он словно преобразился. Стал совершенно другим человеком — более мягким, свободным, раскованным. Улыбка чаще появлялась на его лице. Наверное, и утрата близкого человека здесь, в этой стране, с ее обычаями, воспринимается иначе — всего лишь как переход в иной мир, какой-нибудь мир духов. Их можно вызвать, с ними можно общаться. Это не прощание навеки, а просто иная форма существования, размышляла Светлана, когда прошел шок. Она пыталась отвлечься, не думать о себе. И это ей удавалось вполне.

Макс сейчас даже выглядел намного моложе, хотя и до приезда сюда — особенно в тот вечер, когда они всей группой в первый раз пришли к нему в мастерскую, — он казался ей временами настоящим мальчишкой. В эти моменты в его глазах вдруг появлялся веселый блеск и чувствовалось, что он способен на какой-то совершенно непредсказуемый поступок. Но потом это ощущение исчезало, и Светлана снова видела сдержанного мужчину с непроницаемой маской холодности на лице. Здесь, в Драгомее, Максим, казалось, напрочь забыл о необходимости скрывать истинные чувства. Только легкая морщинка, которую Светлана заметила в больнице, залегла меж бровей. Но сейчас и она почти разгладилась.

После того как он отвернулся от нее, Светлана смогла перевести дыхание. Но дрожь в пальцах не проходила. Хорошо, что в руках была эта, на первый взгляд показавшаяся ей ненужной, дамская сумочка. Светлана покрепче сжала ее, чтобы успокоиться окончательно.

Почему ей иногда так трудно находиться в присутствии Макса? В чем причина? Отчего в голове возникает сумбур, и все напрочь выветривается из нее. Откуда приходят смятение и тревога? Нет, надо как можно скорее отогнать эти мысли прочь и думать о чем-то другом. Например, о Монике и Матиасе, которые заняли место в числе почетных гостей.

Светлана не могла видеть, как нахлынувшие на нее чувства заставили щеки порозоветь. Глаза ее вспыхнули. От нее исходила такая волна сдерживаемых эмоций, что взгляды большинства гостей устремились не на владельца галереи, который начал свою торжественную речь, и даже не на известного художника, за картинами которого охотились коллекционеры, а на эту незнакомую молодую девушку, улыбавшуюся всем и никому.

И вот наступила торжественная минута — мэру городка протянули ножницы, чтобы он разрезал ленточку. Но торжественную тишину, сразу воцарившуюся в залах, нарушило цоканье каблуков...

Все невольно оглянулись на дверь. Молодая женщина, вошедшая в зал, нисколько не смутилась от такого внимания. Напротив, оно словно придало ей больше уверенности в себе. Она была в темно-красном благородного оттенка платье, с красивым колье на шее, в котором посверкивали драгоценные камни. Ее темные волосы водопадом падали на плечи, слегка завиваясь на концах. Платье ее было открытым настолько, насколько это позволяли приличия, и облегало тонкую талию и красивую линию бедер... Женщина не торопилась. Неспешным шагом она двигалась, глядя прямо на Максима своими большими темными глазами, но, тем не менее, успела заметить всех, кто стоял рядом. На какой-то миг взгляд ее задержался на Светлане, брови ее дрогнули. Что-то на секунду вывело ее из равновесия, но потом она снова обернулась к Максиму и смотрела уже только на него, словно ее больше не интересовало ничто на свете.