Паутина судеб - Елена Козак

   А оставишь здесь... Если убийства прекратятся, да и не так много их и было, может, вообще, все это совпадение, скажут за гостями теперь хорошо следят, или монстры насытились. Если преступления продолжаться, скажут, плохо следят, или хорошо, но у монстров есть сообщник.

   Выдумать можно много чего, особенно, если изнутри подогревает ненависть к чужакам с Востока. А она была у многих. Дорин и сам относился к элронцам с подозрительностью. Не считал, конечно, что всю двенадцатую провинцию следует вырезать под корень, но и доверять им считал излишним.

   Что делать, маг не представлял. Нет, в голове крутились десятки разных планов. Но они все казались ненадежными и очень рискованными.

   Ристер медленно подходил к своему кабинету, почти решившись на один из планов - привезти к Дириани одну лишь Селестин, а тех двоих еще на время оставить в трактире. Проследить за ними день-другой, но только тайно, будто бы предоставляя им свободу действий.

   Маг уже открывал кабинет, когда его окликнули. Магистр обернулся и заметил Вердану, что приближалась к нему с видом довольной кошки, только что объевшейся сметаны.

   - Мне нужно с вами поговорить, - протянула целительница своим мелодичным голосом.

   Дорин открыл двери и сделал приглашающий жест, мельком заметив насколько сильно отличается сейчас голос Верданы, да и весь ее вид от того, что он видел ночью несколько недель назад.

   Тогда-то Вердана казалась почти сумасшедшей. Сейчас это едва ли могло прийти в голову.

   - Я внимательно вас слушаю.

   Вердана несколько секунд молчала, затем подошла к столику в середине комнаты и поставила на него небольшой желтый флакончик и снова отошла в сторону, будто все уже сказала.

   Глаза у Дорина округлились. Маг понял, что поторопился с выводом, будто с целительницей все в порядке.

   Ничего было не в порядке!

   - Что это? - решил начать разговор Дорин, кивнув на флакончик.

   - Неужели не помните? - в глазах у Верданы промелькнула насмешка. - Вы же сами дали мне его пару неделей назад. Вы, вероятно, думали, что я воспользуюсь им сразу, но я решила подождать.

   - Ах, да! - Дорин хлопнул себя по лбу. - Благодарю, что вернули мне зелье. Хотя я, признаться, уже совсем позабыл о нем, - маг подошел к столу, взял флакон и закинул его в один из карманов своей мантии.

   - Хватит играть Дорин! - внезапно сказала Вердана. - Я видела то, что вы хотели мне показать. Не знаю, ваше ли зелье разбудило дар, не знаю, как это вышло. Но теперь я точно осознала, что среди нас предатель, человек, который уже долгое время находится в сговоре с элронцами. Осталось отправить его на плаху. Я помогу вам сделать это!

   Пока Вердана говорила, Дорин пытался понять, как она узнала о Ристере? Неужели некромант не выполнил его указаний, явился в Университет, поведал все целительнице. Но зачем?

   "Хотя нет - сам себя прервал магистр. - Она что-то сказала о видении. Она видела его встречу с Ристера, слышала разговор, возможно, видела элронцев..."

   - Вам не кажется, что вы слегка преувеличиваете? - начал маг. - Выдаете желаемое за действительное...

   - О чем вы? Я никогда не желала ему неприятностей. Знаю, как это опасно. Но сейчас он переступил границу. Точнее, он сделал это давно. Просто я только сейчас об этом узнала.

   "Неужели она знает про Джулин? - пронеслось в мыслях у Дорина. - Все это плохо, очень плохо..."

   - Я не думаю, что это то, что вам кажется. Может же быть сотни объяснений, а не только предательство.

   - Каких? Не смешите! Да и для вас все складывается удачно. Может, его место займете.

   - О чем вы говорите? - Дорин едва не покрутил пальцем у виска, но вовремя сдержался, опасаясь обидеть Вердану. У него никогда не было способностей к некромантии, да и на что она ему? Жизнь всегда влекла магистра, а не Смерть. - У меня силы не те.

   - Хватит притворяться, Дорин! Это ваш шанс подняться.

   "За счет Ристера, которому я обещал помочь? За счет элронцев, которых некромант привес в город в угоду моим желаниям? Не совсем в угоду, но выполняя одно из..."

   - Вердана, я не с вами, - только и сказал Дорин, а затем быстро вышел из кабинета, опасаясь, что целительна будет настойчивей и сможет его переубедить. Становиться предателем Дорин не желал. Но и терять всего, чего он добился, было безумно жаль.

   - Давай, мы почти пришли.

   - Думаешь, здесь получится лучше? - Джулин с сомнением оглядела, открывшуюся перед нами, поляну.

   - Конечно! Здесь ты никакой книги не спалишь. Как тебя только в комнате угораздило?

   - Это была некромантия, - сказала Джулин таким тоном, будто это все объясняет.

   - Все равно магам возвращать, - не согласилась я. - А они не любят испорченные вещи. Даже если им двух минут хватит, чтобы вернуть книге первозданный вид. Это же не древние фолианты, на которые не действует магия.

   - Элен, - Джулин с насмешкой покачала головой. - Ты все время забываешь, что я -Риани. Это самое важное. Я хотела бы отомстить Ристеру за все то, что он говорил. За всю ту ложь... - у нее на глазах выступили слезы. - Но я не могу. Он гораздо сильнее меня. Не выйдет отыграться на нем. Жаль... Так пусть хоть его книга пострадает! А маги не будут мстить. Слишком большой будет цена, если они поддадутся чувствам. Они знают об этом, вот и не рискнут.

   - Ты так уверена?

   Джулин улыбнулась. Только ее глаза остались холодными.

   Да, она была уверена! Джулин было лет семь, когда ее отец схватился с Дириани. Но она помнила тот день, будто он был вчера...

   - Алиас, где моя лошадь, - маленькая девочка быстро сбежала вниз по лестнице и достигла конюшни. - Давай же! Вчера у меня почти получилось допрыгнуть. Сегодня точно получится! Папа будет гордиться мной.

   Конюх отложил, скрученную из листьев ливандра папироску и поднялся. Подошел к одному из коней - Вереску, и взял того за поводья, довел до хозяйской дочери и помог той сесть верхом. Легонько хлопнул Вереска по крупу. Джулин взвизгнула, когда лошадь пошла вскачь. Конюх на мгновение подобрался, но, заметив хитрый взгляд девчонки, сплюнул в сторону.

   Молодая графиня уже сейчас была прекрасной наездницей, но порой любила попугать своих учителей, хотела привлечь внимание. Правда, ее в основном волновали не конюхи, да остальные слуги, а собственный отец. Но он по большей части не обращал на нее внимания и предоставлял дочери полную свободу. Те же скачки. Порой даже конюхам приходило в голову, что девочка может погибнуть (но Джулин всегда везло), а ее собственному отцу, казалось, было все равно.

   Он разрешал ей почти все, давал едва ли не абсолютную свободу. Либо любил так сильно - порой украдкой шептались слуги - либо дело тут не чисто!