Эльфийская лихорадка - Карен Монинг

— Какую?

— Найди для меня Книгу, а я верну тебе сестру.

На мгновение мое сердце перестало биться. Я отняла трубку от уха и уставилась на телефон, как будто я могла найти там какое-то вдохновение, возможно ответ, или просто набраться храбрости, чтобы повесить трубку.

Я верну тебе сестру. Слова повисли в воздухе.

Независимо от того, чего я ожидала от этого телефона, но я ничего не дождалась. Я снова поднесла телефонную трубку к своему уху.

— Книга может воскресить Алину?

Моя голова была полна предрассудков, взращенных детскими баснями: воскрешение мертвых всегда сопровождалось ужасными предупреждениями и еще более ужасающими результатами. Безусловно, такое Зло никогда не смогло бы воскресить кого-то столь доброго.

— Да.

Я не хотела спрашивать. Не хотела, но спросила:

— И она будет такой же, как и прежде? Она не превратиться в ужасного зомби?

— Да.

— Зачем тебе это? Ведь это ты убил её.

— Я не убивал ее.

— Возможно ты собственноручно и не убивал её, но ты подослал к ней убийц!

— Мы с ней не закончили одно дело. — он колебался. — И в мои планы не входила её смерть даже после завершения этого дела.

— Вздор. Она вывела тебя на чистую воду. Однажды она проследовала за тобой в Темную Зону, ведь так? Она отказалась в дальнейшем помогать тебе. И ты убил её за это.

Я была уверена в этом. Месяцами я каждую ночь перед сном думала об этом. Это было единственное разумное заключение, которое я могла сделать, прослушав сообщение голосовой почты, которое она отправила за несколько часов до своей смерти. "Он идет", — сказала она. «Но я не думаю, что он позволит мне покинуть страну».

— Ты на себе почувствовала мощь моей силы. Да, она могла отказаться добровольно сотрудничать со мной, но мне это никогда не было нужно.

В его голосе сквозило надменное высокомерие, когда он напомнил мне о том, как легко я попала под его влияние. Нет, ему не совсем требовалось ее добровольного согласия. Этим ужасным, лишающим воли Гласом, он мог заставить ее сделать все, что ему нужно. Абсолютно все. Мой сотовый телефон опять зазвонил.

— Ответь на звонок. Берронс ненавидит ждать. И подумай над моим предложением.

— Откуда ты знаешь Берронса? — требовательно спросила я, но он уже повесил трубку.

— С тобой все хорошо? — прорычал голос Берронса, когда я ответила.

— Да. Все хорошо.

— Это был он?

— Великий Г? — сухо сказала я, — Да.

— Что он предложил тебе?

— Вернуть мою сестру.

Берронс долго молчал, потом спросил:

— И?

Я молчала еще дольше:

— Сказала, что подумаю.

Повисло молчание. Странно, но никто из нас не вешал трубку. Интересно где он сейчас? Что делает? Я стала вслушиваться, но не расслышала никаких фоновых звуков. Либо у его телефона была очень мощная функция шумоизоляции, либо он находился в очень тихом месте. У меня в голове возник образ: Берронс, мощный, темный, обнаженный лежит на белоснежных шелковых простынях. Его руки сложены за головой, а телефон прижат к уху. Багровые и черные татуировки пересекают грудь, спускаясь на мускулистый живот. Ноги переплетаются с ногами какой-нибудь женщины.

Хотя, нет. Он никогда не позволит женщине остаться на ночь. Независимо от того, насколько хорош был секс.

— Берронс, — наконец сказала я.

— Да, Мисс Лейн.

— Ты должен научить меня сопротивляться Гласу. — Я просила его и до этого, но каждый раз он уклонялся от ответа.

Последовала очередная длинная пауза, а затем:

— Чтобы попытаться научить вас — уверяю, что дальше попытки дело не зайдет, сомневаюсь, что вы преуспеете даже в этом — мне придется применять Глас на вас. Вы готовы к этому?

Я вздрогнула.

— Мы установим основные правила.

— Вы очень любите правила, не так ли? Незадача, ведь теперь ты в моем мире и здесь нет никаких основных правил. Обучение будет проходить так, как скажу я, или вообще никак.

— Ты мерзавец.

Он засмеялся и я снова вздрогнула.

— Мы можем начать сегодня вечером? — Сегодня я была защищена от Гроссмейстера, потому что мы разговаривали по телефону. Но что будет, если он не воспользуется телефоном, а подойдет ко мне на улице и прикажет молчать. И я не смогу даже открыть рот, чтобы освободить имя В’лейна.

Я нахмурилась.

Почему же он и в самом деле не подошел? Почему не прислал свою армию? Поразмыслив, я поняла, что оба раза, когда он пытался схватить меня, я практически сама ему себя доставила. Он был уверен, что я одна. Грех упускать такую возможность. Действительно ли Гроссмейстер не спешил схватить меня? Он боялся моего копья после того, как увидел, что оно сделало с Меллисом? Лично я очень сильно боялась, когда поела Невидимого. Я не хотела, чтобы оно даже близко находилось от меня. Но он мог воздействовать на меня Гласом и забрать его. Но он хотел, чтобы Алина добровольно ему помогала, а теперь, кажется, хочет того же и от меня. Почему? Только ли потому, что это облегчало задачу, если мне самой этого хотелось, или все было намного сложнее? А может быть, Глас мог влиять только до определенной степени, и ему было нужно от меня то, чего он не может добиться магией? Или — при мысли об этом по мне прошел неприятный холодок дурного предчувствия — я была лишь маленькой частичкой его грандиозных планов, все необходимые меры в отношении меня уже приняты, просто пока нужное время не наступило. Может, он уже сооружает вокруг меня невидимую клетку, и однажды я проснусь и войду прямо в нее? Однажды меня уже обманул Меллис. Я до последнего момента верила в ту иллюзию о его смерти.

Я прогнала эти страшные мысли, чтобы не дать им умножиться. Я знаю, что хочу подобраться к нему. Я хочу убить его. И его мерзкий трюк с Гласом — это всего лишь препятствие, который я собираюсь научиться преодолевать.

— Итак, — напомнила я. — Когда начнем? — Я не доверяла Берронсу, но у него было немало возможностей применить Глас ко мне, но он ни разу ими не воспользовался. Полагаю, что он не станет применять его и теперь, чтобы навредить мне. Ну, по крайней мере, не сильно. А потенциальный выигрыш стоил того риска.

— Я буду в десять. — И он повесил трубку.

Было пятнадцать минут десятого, когда я закончила свое изобретение, до прихода Берронса оставалось сорок пять минут.

Я включила его, внимательно рассматривала пару минут и одобрительно кивнула.

Выглядел он хорошо. Ладно, в действительности не совсем так. Он выглядел…странно, как будто он был взят из какого-то научно-фантастического фильма. Но он работал, и только это имело для меня значение. Я так устала от собственной уязвимости перед тьмой. Устала то того, что мои фонарики могут выпасть и укатиться во тьму. Этот не укатится. И если я правильно рассчитала его возможности, то в нем я смогу пройти прямо сквозь стену из Тени.