Трудности перевода с драконьего - Марина Ефиминюк

во дворец с визитами. Вряд ли эту мазню можно продать обратно в Родолесс. Отправила бы штук пять в Хайдес кейриму Эсхарду, но у него уже есть сам Подлунный. Поди не знает теперь, куда развешивать высокое искусство.

Под моим чутким руководством жутковатые художества украсили сначала покои мужа, а потом и рабочий кабинет. Слуги разместили два полотна рядышком, как раз напротив рабочего стола Зорна. Сядет в кресло и сразу начнет наслаждаться художественными фантазиями господина Подлунного.

Я попросила слугу выровнять скособоченный уголок картины и, отряхивая руки, словно сама занималась украшательством, заключила:

— Чудесно.

— Кейрим вернется во дворец и будет в восторге, — с наигранным воодушевлением восхитился Эрьян, позволивший мне похозяйничать на территории владыки.

— Вы так думаете? — покосилась я на помощника мужа.

— Нет, — чистосердечно признался он и печально покачал головой. — Уверен, он будет в гневе. Картины ужасны.

— Конечно, картины жутковаты, но кейрим ведь не зря их приобрел. Он должен любоваться тем, на что потратился. Смотрите, как прекрасно гармонирует с обстановкой, — подбодрила я и обвела рукой элегантный в своей строгости кабинет с массивным столом, книжными шкафами и макетом Авиона на полу. А теперь еще и с двумя монстрами кисти Янгеля Подлунного.

— Одного не пойму: почему на картине справа у бестии шесть лап, а не четыре? — задумчиво нахмурился он.

Мы синхронно склонили головы набок, разглядывая монстра на картине.

— Видимо, художественное допущение, — предположила я и с чувством выполненного долга собралась вернуться в библиотеку, но Эрьян меня остановил.   

Заговорщицким шепотом он сказал, что ему прислали новую книгу из клуба чтения академии Блоквера, в который он входил до службы личным помощником кейрима. Полгода ждал, когда подойдет очередь и шедевр пришлют во дворец! Самое время собраться нашему маленькому клубу романтики, пока мой уважаемый всеми подданными муж бороздит просторы Авиона.

— А когда кейрим обещал появиться? — воспользовалась я удачной возможностью узнать о планах владыки.

Оказалось, что Зорн планировал вернуться во дворец послезавтра, как раз к званому ужину в посольском доме. Помощник уже отправил официальное подтверждение, что кейрим с супругой окажут честь своим присутствием.

— В таком случае вечером встретимся в библиотеке и насладимся чудесной историей! — решила я. — Мне крайне интересно, что за роман вам прислали.

Новость о ночных чтениях донесли до всех участников маленького клуба. Наконец день закончился, дворец погрузился в тишину, коридоры опустели, а на небе повисла большая круглая луна, нахальная подглядывающая за библиотечным залом сквозь окна. Ренисса по моей просьбе принесла чай и подбросила в жаровню обогревающих камней.

Вскоре все собрались: появился Тиль и Эрьян, принесший полированную шкатулку. Осталось дождаться Эмрис, но она не шла.

— Давайте начинать, — предложил взявший на себя роль главного чтеца помощник кейрима. — Я почти полгода ждал, когда дойдет наша очередь читать этот шедевр любовной прозы. Уверен, вы оцените, друзья мои… и вейрони Риард.

Супругу кейрима он к друзьям причислять побоялся. Понимаю: иерархия, подчинение и прочие сложные взаимоотношения между драконами.

Эрьян пристроил шкатулку на стол и торжественно поднял крышку. Невольно подавшись вперед, с придыханием мы заглянули внутрь. Книга была завернута в бархат, и помощник кейрима трепетно раскрыл ткань. Томик выглядел заметно потрепанным, между страниц торчали разноцветные бумажные закладки, вероятно, оставленные предыдущими читателями. На обложке было выдавлено золотом «Избранница дракона».

— Какое оригинальное название! — восхитился Тиль, прижав руку к груди. — Доставай же прикоснемся к прекрасному, Эрьян! Не томи.

Едва тот поднял томик в руки, как в тишине неприятно скрипнули дверные петли. Мы резко оглянулись, словно ночью уничтожали запасы властительского бренди, а не планировали уйти в читательский запой. В библиотеку тихонечко проскользнула Эмрис.

— Ужин затянулся, только-только удалось вырваться, — пояснила она, поправив на плечах шаль, но вид при этом имела крайне довольный.

Наконец мы расселись, и Эрьян раскрыл книгу. Форзац оказался густо исписанным комментариями от клубов читателей, пересылавших этот томик. Даже нашлась памятная надпись на талусском из моей родной языковедческой академии.

До этого вечера я понятия не имела, как волнительно узнавать сюжет нового любовного романа в компании единомышленников. Мы по очереди декламировали отрывки, помеченные закладками и комментариями на полях.

Ренниса с выражением зачитывала эпизод, в котором трепетная дева с именем… Тамара, как ни странно, таяла в объятиях мускулистого дракона-отшельника. Подозреваю, что «Тамара» являлось кодовым именем, которым в рамейне помечали раскованных иноземок, охочих для всяких приятных безобразий.

В общем, мужику повезло, что к нему в пещеру забралась Тамара. Пусть она переворошила скудную сокровищницу, три раза едва не свалилась с обрыва, дважды упала в обморок, но дракон влюбился в ее большие голубые глаза. Один раз и на всю жизнь.

— Жаль, что у меня не голубые глаза, — со вздохом пробормотала Ренисса, передавая книгу Тилю. — Голубоглазым женщинам везет в любви.

— Спорное утверждение, — не удержавшись, пробормотала я, единственная из присутствующих женщин обладательница голубых глаз, которую бросил жених через шесть лет помолвки, и владыка драконов сначала предложил поработать фиктивной женой, а потом захотел отпереть дверь между спальнями. Такая себе счастливая карьера из несостоявшейся супруги — в поддельную с неопределенным статусом.

— А здесь говорят, что надо читать по ролям, — произнес Тиль и продемонстрировал нам специальный знак на полях, сделанный чернильной ручкой.

По этому случаю из угла была вытащена подставка для книг на длинной ножке. Тиль разложил томик, как музыкальные ноты, аккуратно скрепив страницы специальными прищепками, и объявил, что все готово.

Эрьян и Эмрис, видимо, всегда выступавшие в дуэте, встали рядышком, не касаясь друг друга даже рукавом, и принялись с выражением зачитывать.

— Мой господин! — низким грудным голосом, очевидно, изображая счастливицу Тамару, проговорила Эмрис. — Я горю!

— Потушим же твой пожар, моя любовь, — с придыханием, исключительно артистично, прочел помощник владыки.

И так у них ладно выходило, что заслушаешься. Реплики переплетались, вытекали одна из другой, сцена становилась острее с каждым произнесенным словом. Тиль прижал к груди ладонь, словно у него неровно билось сердце. Ренисса зарделась, но, может, так падал свет. Я удивлялась, какие таланты живут во дворце владыки огромного Авиона, а с первого взгляда и не догадаешься.

— Позволь поцеловать твои сочные уста, — войдя в роль, прорычал Эрьян.

Мы затаили дыхание, но он пробормотал:

— Дальше написаны звуки обжигающей страсти. Думаю, их можно пропустить.

— Согласна, — прошептала я, — не будем