В поисках оружия - Владимир Фёдоров

Я произвел пробную стрельбу, стреляли офицеры и солдаты. Потом показал сборку и разборку автоматической винтовки, объяснил ее устройство, рассказал о результатах полигонных испытаний. Меня, конечно, спрашивали, все ли у нас предоставляется в распоряжение изобретателя, каковы у него условия работы, как относится к автоматическому оружию высшее начальство, что делается в этой области за границей...

- Если бы у нас были такие винтовки! Почему так медленно идет разработка?

Окружавшие меня люди проявляли особый интерес к оружию. Ведь они своей жизнью и кровью расплачивались за недостаток технических средств войны в царской армии!

Каждый день пребывания на фронте убеждал, что нельзя было прекращать наши опытные работы, а, наоборот, следовало возможно шире развивать их. Немцы также не имели еще автоматических винтовок, но успели внести в оружие массу самых разнообразных и полезных усовершенствований. У них уже были оптические прицелы, которые позволяли обнаруживать цели на большом расстоянии и облегчали прицеливание. Для повышения скорострельности они создали к винтовкам Маузера магазины на 25 патронов. Это позволяло стрелкам при отражении атак не терять время на заряжание из обоймы после каждых пяти выстрелов. Немцы приспособили к винтовкам специальные мортирки в виде круглого станка, из которых можно было выбрасывать по крутой траектории маленькие гранатки. Такое приспособление было очень удобным при обстреле окопов с расстояния до двухсот метров. Германские войска располагали достаточным количеством перископов для наблюдения из-за укрытий, а также различными осветительными средствами, начиная от осветительных пистолетов и кончая мощными прожекторами.

Как часто мне приходилось наблюдать то резкое различие, которое существовало в этом отношении между русской и германской армиями!

С негодованием указывали мне офицеры разных полков на нашу бедность военной техникой. Помню, как седой командир полка, которого я сопровождал во время обычного обхода окопов, обратил мое внимание на лучи германских прожекторов, быстро скользившие по нашим укрепленным линиям.

- А у нас что? - с горечью спросил он и тут же добавил: - У нас одна только божья луна!

Русским бойцам велели строго-настрого беречь патроны. А противник постоянно устраивал ночью ложные тревоги. Не имея осветительных средств, русские открывали бешеную пальбу, выпуская попусту, на радость неприятелю, громадное количество патронов.

- О чем думало военное министерство? - спрашивали меня. - Неужели оно не могло заготовить даже таких пустяков, как осветительные пистолеты!

Между прочим, на фронте мне удалось разрешить один загадочный вопрос, который долгое время весьма беспокоил нас, работников Оружейного отдела. Во время своей заграничной командировки в 1913 году я встретился с осведомителем, который рассказал о чрезвычайно важном секретном изобретении. Он уверял, будто в Германии изобретена пуля типа "СС", обладающая совершенно необычайными баллистическими качествами. Она была значительно тяжелее других пуль, но имела одинаковую с ними начальную скорость при том же давлении пороховых газов. Это означало, что немцы изобрели пулю с гораздо лучшей баллистикой без всякого увеличения порохового заряда в патронах. Понятно, какой острый интерес должно было вызвать это сообщение среди оружейников. Я обещал осведомителю солидное вознаграждение, если он достанет хотя бы два-три патрона с такой пулей. Но получить их не удалось. Единственно, что он мог сообщить точно, это форму новой пули. Она была биоживальной, то есть имела, помимо остроконечной головной части, и закругленный задок.

Я повсюду охотился за этой пулей. Приехав на фронт, подбирал, где только можно, германские ружейные патроны - и брошенные на поле сражения и оставшиеся в трофейных винтовках. Вначале загадочная пуля "СС" была неуловима. Но однажды солдаты доставили в окоп захваченный германский пулемет. В нем торчал кусок еще не расстрелянной ленты. Я вытащил один патрон, вынул пулю из гильзы. О радость! Передо мной была новая пуля марки "СС"!

Сотню таких пуль мы послали в Оружейный отдел для исследований. И что же оказалось? Начальная скорость новой пули была значительно меньше, чем у более легких. Ничего особенного она собой не представляла. Обнаружилась обычная вещь: выигрыш в весе - потеря в скорости.

Может быть, вся эта история произошла только по ошибке осведомителя, а может быть, сами немцы нарочно распространяли ложные слухи, чтобы напугать будущего противника. Но в Германии было достаточное количество не только мнимых, а и действительных усовершенствований и нововведений. Немцы придали своим полевым войскам тяжелую артиллерию, которая в первые месяцы войны морально подавляла наши части, особенно необстрелянные. Летом 1915 года германцы применили новое средство истребления - удушающие газы. Развитие позиционной войны выдвинуло целый ряд новых типов оружия для поражения противника, сидящего за укрытиями, и главным образом для разрушения этих укрытий. Это были минометы и бомбометы. Первые немецкие минометы бросали разрывные снаряды весом в 50 килограммов на расстояние до 200-300 метров. Вскоре появились тяжелые минометы с дальностью стрельбы до 400 метров и весом снарядов уже до 100 килограммов. Минометы имели вид небольшой мортирки, заряжавшейся с дула и стрелявшей, под большими углами возвышения. Это незаменимое оружие окопной войны непрерывно совершенствовалось и применялось во все возрастающих масштабах. А русские войска получили его, как и другие технические средства, с большим запозданием.

Германская индустрия широко отвечала на запросы и требования войны. Исследовательские институты и проектные бюро с подготовленными кадрами конструкторов и изобретателей оказывали громадную помощь своей армии.

Война открыла всю нищету и убожество царской России в отношении техники. Война обнаружила катастрофический провал почти во всех отраслях снабжения войск, начиная от тяжелых осадных и крепостных орудий и кончая простейшими протирками к винтовкам. Земледельческой России не по плечу оказалась борьба с промышленной Германией. В мирное время для русского обывателя все это не было заметно, лишь война на многое открыла ему глаза... Почему у нас нет того, чем располагает германская армия? Почему наша промышленность не дает фронту всего необходимого? В чем причина нашей чудовищной отсталости? Такие вопросы возникали у каждого русского человека. Люди начали понимать, что война - это экзамен не только для военного министерства, но и для всего общественного строя. Этого экзамена царское правительство не выдержало. Сколько раз мне приходилось теперь слышать: так жить больше нельзя!