Обман - Алеата Ромиг

Я объяснил, что у нее будет больше времени на другие дела. Она могла гулять с друзьями, ходить по магазинам или проводить время в городе.

— Я хочу проводить время с тобой и Ленноксом, — это был ее ответ на все. Иногда я готов был поклясться, что слышал, как она шептала его во сне.

Она выросла в мире Костелло, но все же не понимала, как много времени требовала от меня ее семья. Мой путь и движение по обоим мирам были эквивалентны двум постоянным рабочим местам.

Дом был построен для нее, спроектирован с учетом роскоши и безопасности, но у единственного удобства, которое она хотела — меня — не было времени присутствовать. Мне нужно было создать имя и доказать свою репутацию.

— Перед смертью ее отца, — сказал Кармайн, — я обещал брату, что буду заботиться о ней. Если я когда-нибудь подумаю, что она несчастлива, мне придется сказать свое слово.

Я не волновался, что он скажет свое слово. Я беспокоился о том, что будет после словесной порки.

— Дядя, — сказала Анджелина, становясь между дядей и мной. — Вы ведь говорите не о делах, не так ли? Кажется, я припоминаю правило "никаких дел на семейных мероприятиях".

— Сокровище мое, ты знаешь, что я тот, кто придумал это правило, а мы не нарушаем правил, не так ли, Орен?

— Нет, сэр, не нарушаем.

Так что это была не моя возможность для презентации. Я бы не стал говорить с Кармайном Костелло о ювелирных магазинах сегодня.

Я сделал еще глоток пива и поморщился. Жидкость нагрелась в летнем зное и тепле моих рук.

— Сэр, свежее пиво? — спросила молодая девушка, которая дала мне первую бутылку.

— Да, — кивнул я и протянул ей теплую коричневую бутылку.

— Спасибо, — крикнула Анджелина вслед девушке, которая поспешила принести мне еще выпить.

— Разве это не здорово? — прошептал я ей на ухо и притянул к себе, когда Кармайн ушел,

— Что именно?

— Чтобы кто-то приносил тебе выпивку?

Ее мягкие голубые глаза задумчиво посмотрели вдаль.

— Кто-то, кто находится у тебя на побегушках и делает то, что ты говоришь, не получая благодарности?

Моя шея выпрямилась.

Какого черта?

Здесь не место начинать спор.

— О чем ты говоришь?

— Сейчас ты даже не сказал спасибо.

— Ей? Этой девушке? Это ее работа. Думаешь, люди благодарят меня за мою работу?

— Нет, — сказала она решительно.

— Ты права, они этого не делают, — подтвердил я.

Анджелина оглядела комнату с прекрасным выражением лица, широкой и счастливой улыбкой. Именно ее глаза говорили мне, что она злилась. Больше не мягкость, огонь горел позади цвета, затемняя его в расплавленную лужу темно-синей лавы.

— Не тот вопрос, на который я ответила, — объяснила она. — Мое «нет» было связано с твоим предыдущим вопросом: «Нет, я не думаю, что это было бы хорошо». Нет смысла подвергать кого-либо еще тому, что я терплю ежедневно.

Что же она терпит?

— Это вряд ли… — начал я, понизив голос.

Ее улыбка была все еще слишком широкой, когда она поцеловала меня в щеку.

— Конечно, нет. Я вижу тебя только тогда, когда мы не можем поговорить. Прости, сокровище мое, я должна помочь Белле.

Я боролся с желанием потянуть ее за руку и объяснить, что той не нужна помощь. Вот почему они привели сюда эту молодую девушку. Для нее это тоже могло быть так, но я не потянулся к ее руке. Через несколько секунд она ушла, а девушка вернулась с пивом.

— Вот, пожалуйста, сэр.

Я кивнул, но, прежде чем она ушла, вспомнил выговор жены.

— Спасибо.

Лицо девушки просияло, как будто мои слова произвели на нее впечатление.

— Всегда пожалуйста.

Глава 12

Неделю назад

Аделаида

— Ральф, я хочу видеть завещание моего отца.

— Аделаида, это неожиданно. У меня не было запланировано…

— Я не отниму у тебя много времени. Я уверена, что Монтегю держит тебя и фирму достаточно занятыми, чтобы гарантировать мне несколько минут наедине с документом.

Он провел ручкой сквозь пальцы, медленно поворачивая ее, пока та не прошла курс над одной цифрой, к другой. Скорее всего, он даже не осознавал, что делает. Моя мать ненавидела нервные привычки. Она отмечала, что это признаки слабости. Что-то такое простое, как покачивание колена, показывало уязвимость.

Я сидела, как статуя, на краешке красного кожаного кресла Ральфа Портера, поджав колени и выпрямив спину. Если кто-то думал, что сможет запугать меня после двадцати лет с Алтоном Фицджеральдом, то он серьезно