Серый волк - Мэри Черри

шел здесь через лес, были дачи, шоссе точно никакого не наблюдалось», – оправдывал его писклявый голос.

«Да, наверное, просто дачи и лес с противоположной стороны, – согласился Сергей. – Я ведь даже смотрел на этот лес, почему не свернул?».

«Все повернули сюда, и ты повернул. К тому же дачи, наверняка, обитаемы только летом, и сейчас там непролазная грязь», – в этот раз голосок точно был на его стороне.

Неужели наконец-то он живет в гармонии с собой, и внутренний голос не толкает его на ужасные вещи, не унижает и не втаптывает в грязь за каждую провинность, а дает дельные полезные советы, успокаивает и забоится о своем обладателе. Наверное, это из-за иконы. Гармония с Богом.

Сергей вышел с пустыря на небольшую асфальтированную дорогу, вдоль которой сплошь стояли припаркованные машины. Он прошел мимо строящегося здания и повернул к ближайшей жилой многоэтажке. На первом этаже сверкал вывеской мини-маркет.

Сергей остановился, посмотрел на магазин, огляделся, – улица, несмотря на обилие припаркованных автомобилей, казалась пустынной. Видно было, что все уже вернулись с работы, поставили машины, зашли в магазин за пивком и хлебом на утро, поднялись в квартиры и теперь наслаждаются отдыхом. И никакая сила не могла оторвать их от экранов, к которым они припали. Если сейчас подъедет какой-нибудь запоздавший трудоголик, ему придётся долго колесить по району, выискивая свободное парковочное место.

Стройка по соседству, видимо, тоже замерла до утра. Единственным признаком жизни были прожекторы, которые освещали не столько само здание, сколько пустырь вокруг.

Из мини-маркета вышла женщина в кроссовках и большой мужской куртке. В руке у нее болтался пакет-маечка.

Она встала возле урны, поставила, звякнув стеклом, пакет на землю, достала из кармана пачку сигарет, и, отворачиваясь от ветра, прикурила. Лица ее не было видно из-за капюшона. Сергей стоял в тени строящегося здания и смотрел на густые из-за холодного влажного воздуха облака дыма, которые она выпускала.

Быстрыми шагами он подошел к ней.

– Девушка, прошу прощения, помогите мне, пожалуйста, я ключи потерял на объекте, а без очков ничего не вижу – в машине оставил, – он кивнул в сторону двух припаркованных мерседесов.

Дружелюбно ей улыбнулся.

Она смотрела на него с подозрением.

– Вы хотите, чтобы я с вами на стройку эту пошла? – уточнила она.

– Господи, да нет, конечно. Там при входе сразу. Я вам дам фонарик, вы мне посветите, а я поищу, – успокоил он ее.

Он достал из кармана айфон, включил фонарик и протянул ей.

Она медленно переложила сигарету в пальцы левой руки и протянула правую за телефоном. Сергей качнул телефоном, приглашая ее не бояться и взять предложенное.

Сложно устоять, когда вам протягивают айфон последней модели, особенно, если перед этим вы держали в руке самые дешевые тонкие сигареты, размышляя, наскребете ли на платеж по кредиту в этом месяце.

Девушка взяла айфон, подняла свою авоську, и, светя фонариком, пошла за Сергеем на стройку. Они вошли в проем подъездной двери, где самой двери еще не было. Он повернулся к ней и резко ударил ребром ладони в основание капюшона. Она охнула и присела. Пакет звякнул о пол. Сергей скинул с неё капюшон, схватил за горло, развернув к себе, и надавил большими пальцами в надгрудную выемку.

Девушка захрипела, выпучила глаза, попыталась оторвать его руки от своей шеи. Он понял, что это та самая мамаша, которая ехала с ним в электричке. Она оказалась здесь раньше, чем он, потому что сократила путь на маршрутке. Завела ребенка домой, передав отчиму. А Сергей знал, чем может захотеть заняться отчим, оставшись с маленьким мальчиком наедине. Скинула сапоги, натершие ноги, надела кроссовки, и в мужниной куртке пошла за пивом. И тут фортуна – мужчина на мерседесе, с айфоном, просит о помощи.

Наконец, она затихла, глаза ее закатились, а розовый с белым налетом язык вывалился наружу. Возникало ощущение, что она грубо дразнит Сергея. Она резко потяжелела, и он положил ее на пол, заметив, что она сломала несколько ногтей, царапая его. Он оглядел свои руки. Царапины отчетливо были видны на кистях и запястьях. В нескольких местах из ссадин выступила кровь.

– Идиотка, – прошипел он.

Он поднял отброшенный в угол айфон – по диагонали через стекло шла трещина.

Глава 26. Признание

Домой Сергей вернулся не слишком поздно, на часах еще не было одиннадцати. Он достал из кармана нетронутую пачку «Кэмела» и положил ее на кухонный стол.

«Ну, вот. Голова прошла, я же говорил, воздух Подмосковья поможет. И курить не пришлось», – обрадовался он за себя.

В кармане завибрировал тот самый айфон.

– О-о, Светочка. Самое время, – прошептал он, посмотрев на экран.

Он взял трубку и сказал в нее не своим, пошлым и неприятным голосом:

– Светуля, в столь поздний час, неожиданно. Соскучилась по мне?

– Дим, это ты что ли? – раздался удивленный голос Светы.

Сергей разозлился.

– Никакого Димы тут нет. Ты звонишь Сергею. Запуталась в номерах?

– Ой, Сереж, извини. У тебя просто такой странный голос. Я тебя не узнала.

Он усмехнулся, как муж, который знает, что жена его обманывает, и собирается ее наказать.

– И чего звонишь? – поинтересовался он.

– Слушай, прости, что так поздно, но мне надо с тобой поговорить, – голос ее слегка дрожал. – Если ты не занят. А то мне кажется. Мне кажется, я даже уснуть не смогу. Я… может, встретимся? Я могу в кафе какое-нибудь подъехать.

– Ну, зачем же так все усложнять? Я сам к тебе приеду, – последнюю фразу он сказал низким приглушенным голосом, от которого у Светы побежали мурашки по спине, и она не вполне отдавала себе отчет, это были мурашки удовольствия или страха.

Вдруг он резко рассмеялся.

– Я ведь ни разу не был у тебя после полуночи, – давясь от смеха, он продолжил. – Докажу тебе, что я не оборотень.

Теперь бегущие мурашки однозначно указывали на страх, но Света не придала этому значения. Она знала, что у Сергея иногда бывают несколько необычные настроения. Ей очень хотелось поговорить с ним и наконец все выяснить.

Сергей положил трубку, не попрощавшись, и сразу заказал такси. Хотя время было уже позднее, и час пик давно миновал, видимо, из-за начавшегося сильного дождя, на проспектах стояли глухие пробки. Когда он выходил из машины у подъезда Светиного дома, было уже без трех минут полночь.

Света сидела в комнате на диване. Горела только настольная лампа. Она смотрела в стену, прокручивая в голове их будущий разговор. Он поцелует ее, когда она признается? А вдруг он будет недоволен,