Завещание Единого бога (СИ) - Смородинский Георгий Георгиевич

Мир от удара перевернулся… Звезды в далеком небе закрутились в огромную спираль, уши заложило, рот наполнился кровью…

Безвольно взмахнув руками, Алес сделал по инерции два шага назад и рухнул спиной в снег, противно лязгнув при этом зубами. Впрочем, сознание он не потерял, спасибо Печати. Тело слушалось, а значит, пока ещё жив…

Понимая, что князь сейчас прибежит его добивать, парень поднял правую руку и… мысленно выругался с досады. Все боевые заклинания были в откате. Всего три-четыре удара сердца, но ему уже не успеть…

Одновременно с этими мыслями во двор забежал разъяренный Райдас. Заметив лежащего в снегу Алеса, ублюдок оскалился и рванулся вперёд, занося меч для добивающего удара.

Время словно бы замерло, и сущность среагировала на угрозу. Все-таки он всю жизнь был Отмеченным Льдом, и у него есть заклинание! Одно… Слабое, но ничего больше у него не осталось…

В тот момент, когда князь был в паре шагов, с ладони парня сорвался Ледяной Шар, а дальше произошло странное. Шар и впрямь вышел ледяным! Заклинание без труда пробило защиту, и с сухим треском разбилось о грудь нападающего. Брызнули во все стороны осколки, вспыхнули на броне защитные руны, и князь словно бы налетел на прозрачную стену. Покачнувшись и выронив меч, он сделал два шага вперед и замертво завалился на Алеса.

Не понимая, что происходит, и находясь уже где-то возле Черты, парень протянул руку и, схватив урода за шею, потянул из него жизнь.

Успел! Затухающее уже сознание прояснилось, кровь перестала течь изо рта, круги перед глазами исчезли, и звезды снова вернулись на небо. Жизнь начала возвращаться, и сразу пришло понимание. Силу ведь нельзя разделить. Смерть потянула за собой Лед, усилив тем самым его единственное заклинание.

Впрочем, об этом он подумает позже… Сейчас нужно добить урода и выжить… Стиснув зубы от боли, Алес вырвал из груди обломок стрелы, и в этот момент во двор прибежал один из телохранителей князя.

Оглядевшись и, похоже, сразу не сообразив, что происходит, он на мгновение замешкался и в этот миг во двор с яростным ревом влетело чудовище.

Внешне Мора почти не изменилась. Морда немного увеличилась в размерах, грудь стала чуть шире, и глаза засветились багровым. При этом кровь с шерсти исчезла, поглощенная сущностью откликнувшейся Темной души, и голема издали можно было легко спутать с собакой. Если не смотреть в глаза…

Яростно рыча и не сбавляя скорости бега, чудовище сбило воина с ног и разорвало на части.

Алес даже не пошевелился. Он все так же лежал на снегу, тянул остатки жизни из парализованного врага и спокойно смотрел на не-живую собаку. Бежать или защититься все равно сейчас бы не смог. Оставалось только смотреть и надеяться.

Крики и грохот на улице усилились. Те три десятка лигейцев атаковали остатки его отряда, но они уже опоздали! Семнадцать не-живых по-прежнему продолжают сражаться, и даже если голем его убьёт, князя никто уже не спасёт! Этой мрази осталось недолго.

Словно услышав его мысли, не-живая собака бросила растерзанный труп, приблизилась и… опустившись на снег, положила голову рядом.

— Мора… — Алес улыбнулся окровавленными губами и, коснувшись ладонью лобастой головы, принял собаку в отряд.

В этот момент тело князя конвульсивно дернулось и затихло. Ублюдок подох, не приходя в сознание, и Алес только сейчас осознал, насколько благосклонна к нему Хозяйка Удачи.

Это же как с завязанными глазами перебежать через пропасть по тонкой верёвке. Три дырки в груди, каждая из которых должна была быть смертельной, но он выжил и отомстил! Осталось спасти пленников…

Стиснув зубы от боли, парень принял сидячее положение и, столкнув с себя труп, медленно встал на ноги. Голова раскалывалась и кружилась, колени тряслись, но нужно спешить! Отдыхать он будет потом.

Морщась от криков и стараясь дышать через раз, Алес прикрылся Щитом, подошёл к воротному столбу, посмотрел на дерущихся и выругался.

Его отряд потерял ещё пятерых бойцов. Оставшиеся двенадцать без особого успеха наскакивали на щитовой строй врагов, и долго оно так не продлится.

Выучка всегда бьет толпу. Без ведущего не-живые превращаются в кровожадную стаю. Впрочем, они продержались, и это самое главное!

Лигейцы сумели организовать строй и, не особо рискуя, бьют нападающих копьями. Наверное, считают, что уже победили?

Криво усмехнувшись, Алес в три приема призвал все ближайшие трупы и, досчитав до пятидесяти, отправил Мору на командира лигейцев, который стоял позади строя и оттуда раздавал указания.

Это было красиво и страшно. Яростно рычащее чудовище за пару ударов сердца пробежало тридцать шагов и атаковало десятника. Понимая, что защититься нельзя, воин попытался отпрыгнуть, но ему не хватило реакции. Налетев, собака грудью сбила десятника с ног и, вцепившись в плечо, крепко сжала свои ужасные челюсти. Противно скрежетнули по металлу огромные зубы, хрустнули кости, и командир отряда подох, не успев даже раскрыть рта. Бросив его труп, Мора прыгнула на заднюю шеренгу и, проломив строй, убила ещё одного бойца. Лигейцы испуганно заорали и подались в разные стороны.

Наблюдая за сражением, Алес потянулся к сове и направил ее к общинному дому. Захватчиков в посёлке осталось немного, и если эти уроды решат убить пленных, все его страдания будут напрасны. Хватит уже смертей… Скольких он уже потерял? Орм, Сол, Эд, Харис… Больше всего Алес боялся остаться один.

Нет ничего важнее племени и семьи. Каждый норт знает эту истину с детства. Катаклизм разлучил его с родными, а свою семью он пока не завёл. Почти все оставшиеся здесь соплеменники убиты лигейцами. Те пленницы — это последние, кто остался. Он должен спасти их, иначе зачем тогда жить?

Возвращающаяся сова сделала круг над общинным домом, и Алес успел разглядеть десять лигейцев. Они стояли возле ворот и вглядывались в темноту улицы. Ещё пятеро сидели на снегу во дворе. В самом доме горел свет. Там, очевидно, находятся раненые. Что с пленными — непонятно, но вряд ли кто-то тронет их до появления князя. Они же не знают ещё, что ублюдок подох.

Разорвав связь с совой, Алес кинул Порчу в смешавшийся строй врага, и в этот момент мертвые начали подниматься. К его одиннадцати бойцам добавилось три десятка и исход боя был предрешён. Впрочем, хватило бы и собаки.

Мора сломала противникам строй и убила пятерых, спокойно выдержав десяток копейных ударов. Стольких же забрало заклинание Алеса, а на остальных набросились поднявшиеся не-живые.

Все закончилось меньше, чем за десять минут. Под конец четверо лигейцев попытались сбежать, но Алес им этого не позволил. Быстро прочитав заклинания и не дожидаясь, когда новые бойцы поднимутся, парень повёл свой отряд к общинному дому и издали скомандовал атаку. За соплеменников не переживал. Отрядом по-прежнему командовал Дил, и никто его знакомых не тронет.

При этом самого десятника патруля было уже не узнать. При жизни Дил был одного роста с Алесом, а то чудовище, в которое превратился сейчас его труп, было выше как минимум на две головы. Убивая, не-живые получают дополнительный приток Силы, и их сущность меняется.

Все эти знания появились у него в момент инициации. Сейчас они ему не нужны, но размышляя на отвлеченные темы легче переносить боль.

Грудь парня горела как раскалённая печка, левая рука висела плетью, лицо нещадно чесалось, кровь стучала в висках. Он сейчас мало отличался от не-живых. Шёл за своим отрядом, покачиваясь на ходу и выпадая из понятной реальности. Одержимый одной только мыслью: «дойти и спасти!».

Очень помогала Гуша. Вернувшаяся сова шумно уселась на плечо и озабоченно заухала. Очевидно чувствует его состояние и переживает. Не хочет, чтобы он уходил за Черту…

Любому разумному очень важно знать, что он не один, что кто-то ждёт его дома. Даже сова или собака… Его Гуша самая лучшая, и ещё Мора… Он всю жизнь мечтал о белой собаке, и вот эта мечта исполнилась. Не так, как он себе представлял, но, да и что? Конечно его голем не Мора, но он все равно сохранит это имя. Голем вообще не очень хорошее слово. «Собака» звучит теплее. Большая, красивая и преданная… И не все ли равно, какого цвета у нее душа?