Девять жизней - Фрэнк Лин

– Дейв, некоторые документы здесь стоят целого состояния! За них наверняка заплатят!

– Мы не можем к ним прикасаться. Если станет известно, как мы ими завладели, будут большие проблемы. Поэтому говорю тебе: листай как можно живее, ищи бумаги Вуд! Ты связывалась с Гордоном?

– Ты шутишь! – фыркнула она. – Я говорила с секретаршей его секретарши. Если он соизволит с нами общаться, она мне перезвонит.

Я объяснил ей, что собираюсь провести остаток дня в поисках дешевого временного жилья, пока она пытается принести еще какую-то пользу фирме. Спать ближайший месяц на полу в конторе было выше моих сил.

Когда я наконец добрался до коттеджа родителей, Джей и Либерти уже ждали меня. Либерти раскачивался на притолоке кухонной двери.

– Что случилось? – спросил я по возможности мягко. – Я думаю, тебе уже можно возвращаться в Манчестер, Джей. Ты тут одичаешь.

– Естественно, я должен ехать и вернуть этого сорванца его матери. – От обычной самоуверенности Джея не осталось и следа. Я не мог понять, является ли это результатом общения с моим батюшкой, который, безусловно, способен сбить спесь с кого угодно, или внезапного появления в Пеннинах его сводного братца.

– Так что же все-таки произошло? – продолжил я, видя, что он жаждет сбросить с себя груз этой новости.

– Только мне начало здесь нравиться, как вот, полюбуйтесь! Не показывался дома два дня. Жил, придурок несчастный, в шалаше в Хьюме! – Джей был рассержен. «Несчастный придурок» прехитро осклабился и выписал в воздухе еще один пируэт. На нем был тот же наряд, в котором я видел его в первый раз, но изрядно затасканный.

– Перестань, Джей! Ты не хуже меня знаешь, что в Хьюме нет ни леса, ни шалашей.

Либерти спрыгнул и приземлился возле меня.

– У меня есть шалаш! Возле Парквэй! – пропищал он.

– А ты знаешь, какая была температура воздуха этой ночью? Ниже нуля, – недоверчиво парировал я.

– Я правду говорю, правду! – Голос глухого мальчишки звенел невыносимо пронзительно. В надежде, что в более замкнутом пространстве он, может быть, немножко убавит громкость, я отвел их в машину. На холмах выпал снег, я невольно вздрогнул. Мне надо было возвращаться в Манчестер. Открытое пространство и холодный воздух не шли мне на пользу.

Джей запихнул пацана на заднее сиденье и повернул зеркало заднего обзора вверх, чтобы Либерти не мог видеть наших ртов.

– Мы отвезем его к матери, а потом ты начнешь помогать Делиз. Занятие как раз по тебе: она вся клокочет от злости, – сказал я Джею.

– Не так-то просто будет от него избавиться, – ответил он, прикрыв рот рукой. – Его мать наркоманка, а ее дружок выставил его из дома.

– Прелестно! Именно этого нам и не хватало! Тебе придется как-то решить эту проблему, Джей.

– Ну, шеф, я решу. Но я говорил вам, что Социальная служба не хочет вмешиваться. Он действительно просидел две ночи в шалаше. Я там был. Это конура из досок, покрытая пластиковыми щитами. У него там свечка, фонарик и матрас. Но это еще не все. Он начал работать… Курьером…

Я посмотрел на Джея, не понимая. Он порылся в кармане и достал маленький бумажный пакетик. Я думал, он хочет угостить меня леденцом, но в пакете оказались два белых шарика: крэк, кристаллический героин. Я чуть не съехал в кювет, а потом понял, что напрасно удивляюсь. То столкновение Джея с бандой из Мосс-сайда, свидетелем которого я стал, скорее всего, имело особые причины, о которых он не счел нужным мне рассказать. Может быть, он пытался защитить Либерти.

– Выброси это в окно, сейчас же! – потребовал я и к чести Джея должен сказать, что он не колебался ни секунды. Пакет улетел на поле. Я подумал о том, какое действие он окажет на барана, который его прожует; но, скорее всего, героин просто размоет дождем.

– Это весь товар?

Джей кивнул, и я ему поверил.

– Большинство дилеров, работающих с крэком, зашли так далеко, что им приходится нанимать курьерами малышню, – объяснил он. – Например, для доставки потребителям.

Я обдумывал, чем все это могло для нас обернуться, когда зазвонил телефон.

– Дейв, бросай все дела, где бы ты ни находился! – затараторила Делиз. – Через десять минут тебе будет звонить Гордон.

После этого сенсационного сообщения последовала пауза. Я понимал, что оно должно было произвести на меня громадное впечатление, но думал только о том, что сегодня определенно выдался день неожиданных новостей. Сначала Барни, потом Джей, а теперь Гордон.

– Он собирается сделать тебе какое-то предложение, – продолжила Делиз очень серьезным тоном. – Он хочет с тобой поговорить. Я чувствую, что это что-то хорошее, Дейв! Он так любезно со мной беседовал! Извинился за грубость. Дейв, обещай, что ты хотя бы выслушаешь его, а? Это же может изменить всю нашу жизнь!

– О, Делиз, я так польщен! Джейк Гордон, нефтяной король, готов уделить мне целых пять минут! Ты полагаешь, он собирается выкупить «Пимпернел инвестигейшнз»?

– Хотя бы выслушай, что он хочет тебе сказать, – угрожающе проговорила она и бросила трубку.

Уже познакомившись с гордоновским методом ведения дел, я был настроен гораздо менее благодушно, чем столкнувшаяся с его телефонным хамством Делиз, однако действительно – отчего бы не выслушать его? Я съехал на обочину дороги и объяснил Джею и Либерти, что жду важного звонка. Остановились мы, по-видимому, в мусульманском квартале Болтона: почти все прохожие были одеты по-восточному. В конце улицы виднелся «Макдональдс», куда можно было запустить молодежь, но я решил оставаться на месте. Либерти с жадным любопытством глядел на улицу, поэтому телефонный звонок прозвучал в тишине.

– Это вы, Кьюнан? – спросил Гордон. – Мне нужно всего несколько минут вашего времени. Поверьте, вы о них не пожалеете. Ваша помощница сказала мне, что вы сейчас в Болтоне. Это необыкновенно удачно! Я нахожусь в маленькой гостинице «Ласт Дроп Инн». Вы знаете, где это?

– Да, но есть некоторая сложность, мистер Гордон. Сейчас со мной мой сотрудник и его малолетний брат. Я везу их в Манчестер.

– Ну и отлично. Я как раз собираюсь рвануть туда на вертолете. Отдайте машину своему человеку, а я подброшу вас. Через час у меня встреча с Лансом Тревозом на «Альгамбре-ТВ», но прежде я был бы счастлив побеседовать с вами.

– Понятно… – промямлил я.

– Жду вас через двадцать минут, – безапелляционно закончил он, в трубке щелкнуло, и послышались короткие гудки.

– Лучше вам поехать, босс. Я отгоню машину в Манчестер и встречу вас у «Альгамбры». – Джей говорил так, словно полет на вертолете был делом самым обыкновенным.

Что ж, подумал я, раз все решения за меня уже приняты…

Через несколько минут мы подъехали к «Ласт Дроп Инн» – большому гостиничному комплексу с двумя автостоянками. При виде ресторана гостиницы я почувствовал обильное слюноотделение. На меньшей из стоянок стоял вертолет, по бокам от него – два серых «мерседеса». Пока мы приближались, из серых машин начали появляться фигуры в серых же пиджаках.

Потом я заметил Гордона. Его круглая улыбающаяся физиономия смотрела прямо на меня. Он был гораздо выше, крепче и стройнее, чем мне показалось в кабинете Тревоза. Создавалось впечатление, что он один заполняет собой всю стоянку. Трое его помощников сновали вокруг него, как мелкие рыбешки вокруг большой белой акулы.

Я остановился в стороне от них. В своем темном костюме я совершенно не вписывался в эту компанию деловитых людей в сером; они напоминали собрание епископов-мормонов или представителей крупной парфюмерной корпорации. Выделялся только Гордон, одетый в желтый шерстяной свитер, коричневую кожаную куртку и брюки в яркую клетку.

– Этот пижон совсем не умеет одеваться, – шепнул мне Джей.

– Он говорит тому высокому со стрижкой ежиком, что пистолет доставать не надо, – добавил Либерти. – Что вы не опасный.

– Вы уверены, что вам туда надо, босс? Вы только взгляните на этого, с кейсом! – Джей говорил о том же верзиле, которого имел в виду Либерти.

Гордон уже нетерпеливо махал мне рукой.

Мы вышли и встали около «ниссана» лицом к лицу с группой мужчин вокруг вертолета.

– Дядька в кожаной куртке говорит другим, чтобы они были вежливы и чтобы улыбались, – прошептал Либерти. Необычные способности назойливого сорванца приходились сейчас как нельзя кстати.

Я отдал Джею ключи от машины, велел ему смотреть за Либерти и быстро зашагал к вертолету.

– Это ваш сын? – спросил Гордон, показывая на Либерти. – Возьмите его с собой, ему понравится. Я всегда жалел, что у меня нет детей. – Я поспешно объяснил, что никакого родства между нами нет, но было поздно: маленький злодей уже торопился к нам.

– Отлично, пап! – нахально объявил он. – Мама не будет возражать, если я покатаюсь на вертолете. – Шея моего новоявленного сыночка имела темно-серый оттенок, и о дезодорантах он также еще не имел представления. Чтобы привести его в порядок, надо было отмачивать его в горячей ванне не меньше часа.