Багдадские встречи - Агата Кристи

— Позавчера она заходила ко мне, — сказал Дейкин.

— Не могли бы вы дать мне ее адрес?

— Насколько мне известно, она остановилась в «Тио».

— Ее вещи в отеле, но ее самой там нет. Дейкин нахмурился.

— Мисс Джонс, — объяснил свое любопытство Ричард, — работала с нами на раскопках в Телль Асуаде.

— Понимаю… К сожалению, ничем помочь вам не могу, потому что и сам ничего не знаю… Полагаю, что она у кого-нибудь из ее багдадских друзей, но я недостаточно близко знаком с нею, чтобы сказать кто они.

— В «Оливковой ветви» ее не может быть?

— Не думаю. Впрочем, вы можете позвонить туда…

Ричард встал.

— В любом случае, скажу вам одно: я не уеду из Багдада, пока не найду ее!

Окинув Дейкина последним, откровенно недружелюбным взглядом, Ричард с достоинством вышел из комнаты. Возвратившись в «Тио», он сразу же наткнулся на Марка. Широкая улыбка на лице хозяина отеля пробудила надежду в сердце Ричарда.

— Вернулась? — спросил он.

— Нет, но только что мне сообщили о приезде миссис Понсфут Джонс. Она уже на аэродроме. А ведь по словам доктора она должна была прибыть только на следующей неделе!

— Доктор вечно путает все даты.., кроме исторических, разумеется!.. О Виктории Джонс ничего нового?

Лицо Марка посерьезнело.

— Ничего.., и это меня основательно беспокоит! Такая милая девушка!.. Веселая, симпатичная, красивая…

Ричард негромко вздохнул.

— Надо, пожалуй, — проговорил он, — дождаться миссис Понсфут Джонс, чтобы засвидетельствовать ей свое почтение.

Мысли его, однако, были заняты одной Викторией.

— Это вы!

Разъяренный тон, которым были произнесены эти слова, полностью отражал чувства Виктории, обнаружившей, что в номере «Вавилона» ее дожидается Катрин.

— Да я! — тем же тоном ответила Катрин. — Ложитесь в постель! Сейчас придет врач.

Судя по всему, одетая сиделкой Катрин была намерена предельно строго относиться к своим обязанностям и ни на миг не покидать Викторию.

Виктория легла в постель.

— Ах, если бы здесь был Эдвард, — пробормотала она, если бы он только был здесь!

Катрин рассмеялась.

— Эдвард! Жалкая английская дурочка!.. Да Эдварду наплевать на тебя!.. Он меня любит! Меня, понимаешь?

Наклонившись над кроватью, она добавила.

— Я тебя с первого дня возненавидела… Я ненавижу тебя! Понимаешь? Ненавижу!

Виктория, стараясь подыскать реплику, способную задеть противницу сильнее всего, мягко проговорила:

— Возможно!.. Только, в отличие от вас, я незаменима! Вашу роль сиделки может сыграть кто угодно, тогда как мою… Да, Катрин, все зависит теперь от меня!

Катрин пожала плечами.

— Незаменимых людей не бывает. Вам бы следовало об этом знать!

— И тем не менее, как раз я незаменима! И пока что я хочу как следует перекусить! Секретарши американских банкиров не экономят на питании.

— Ладно! — бросила Катрин. — Перекусите, пока еще можете…

Виктория не обратила внимания на угрозу, содержавшуюся в этих словах.

— Мисс Харден у себя? — спросил капитан Кросби. Дежурный, сидевший за окошком регистратуры «Вавилона», вежливо ответил:

— Да, сэр. Только что прибыла из Англии.

— Это подруга моей сестры. Не передадите ли вы ей мою визитную карточку?

Кросби нацарапал на карточке несколько слов и сунул ее в конверт. Через пару минут посыльный вернулся.

— К сожалению, мисс Харден не может принять вас, сэр. У нее сильно болит горло. Она в постели и ждет врача. За ней ухаживает сиделка.

Выйдя из «Вавилона», Кросби направился в «Тио». Там к нему сразу же подошел Марк.

— Давайте выпьем по рюмочке, дорогой мой! Отель переполнен… Все из-за конференции, разумеется. Ни единого свободного номера.., мне даже миссис Понсфут Джонс еле удалось устроить… Она, кстати, была сильно расстроена… О своем приезде она сообщила заранее и была уверена, что муж встретит ее.., а его нет как нет! Прекрасный, но очень рассеянный человек… В конечном счете, чтобы устроить миссис Понсфут Джонс, мне пришлось выставить с бесконечными извинениями, одного важного чиновника из ООН…

— Иногда кажется, что Багдад прямо — таки обезумел!

— Это верно! Говорят, будто раскрыт заговор против президента Соединенных Штатов.., полиция будто бы арестовала шестьдесят пять студентов… Видели уже русских полицейских? Великолепные парни… Не доверяют, судя по всему, никому на свете… На торговлю, однако, все это влияет как нельзя лучше… Как нельзя лучше… Еще по рюмочке?

Зазвенел телефон, и атташе поднял трубку.

— Посольство Соединенных Штатов.

— Вам звонят из отеля «Вавилон». По поручению мисс Анны Шееле.

— Мисс Анны Шееле? Не могла бы она подойти к аппарату?

— Мисс Шееле лежит в постели с острым ларингитом. Я — доктор Смолбрук, ее лечащий врач. Мисс Шееле привезла с собой некоторые документы, которые она хотела бы передать уполномоченному представителю посольства. Она хотела бы, чтобы к ней приехали… Прямо сейчас? Прекрасно. Мы ждем вас.

Виктория, надев отлично скроенное платье, любовалась своим отражением в зеркале. Даже платиновые волосы, аккуратно причесанные, выглядели вполне терпимо. Виктория немного нервничала, но в общем была довольна собой. Вдруг она резко обернулась. Сзади на нее блестящими от радости глазами смотрела Катрин.

— Чему это вы так радуетесь? — спросила удивленная и немного обеспокоенная Виктория.

— Скоро узнаете!

Полным презрения голосом Катрин добавила:

— Ах, какой она себя считает важной! Все, видите ли, от нее зависит!.. Откуда только берутся такие дуры?

Подбежав к Катрин, Виктория схватила ее за плечи, впившись ногтями в кожу.

— А ну-ка, милая, объясни, что ты этим хочешь сказать!

— Ох! Вы делаете мне больно! Отпустите!

— Говори!

В дверь постучали. Два коротких удара и после небольшой паузы — третий.

— Сейчас вам все объяснят! — проговорила Катрин.

Дверь отворилась и в комнату вошел высокий мужчина в полицейской форме. Заперев дверь, он сунул ключ в карман.

— А теперь поживее! — обратился он к Катрин. Через две минуты Катрин, как ни в чем не бывало продолжавшая улыбаться, была крепко привязана к стулу тонкой, но прочной веревкой. Затем мужчина завязал ей рот шарфом и, отступив на пару шагов, чтобы лучше оценить эффект, проговорил:

— Безупречно! Работа — высший класс!

Теперь он повернулся к Виктории, с ужасом увидевшей в его руке толстую дубинку. В одно мгновенье ей все стало ясно. О том, чтобы она сыграла роль Анны Шееле на самой конференции, не могло быть и речи! Слишком многие в Багдаде знали Викторию, слишком велик был риск. Гораздо проще поступить иначе. В последний момент Анна Шееле будет зверски убита. Ее лицо будет обезображено до неузнаваемости… В комнате Анны Шееле не найдут ничего, кроме трупа и документов, будто бы привезенных ею, а в действительности сфабрикованных подручными Эдварда…

С жесткой ухмылкой на губах мужчина шагнул к Виктории. Громко закричав, девушка бросилась к окну.

Послышался звон разбитого стекла, сильный толчок опрокинул Викторию, на мгновение она увидела небо, усыпанное бесчисленными звездами, и тут же потеряла сознание.

Начав приходить в себя, Виктория услышала голос, произнесший:

— Вам лучше?

Виктория пробормотала в ответ несколько слов.

— Что она сказала? — спросил другой голос.

— Не вполне уверен, но, по-моему, что-то вроде «Лучше служить в Раю, чем быть владыкой Ада».

— Цитата из Мильтона, если не ошибаюсь, только она все перепутала в ней.

— И вовсе не перепутала! — выдохнула Виктория, вновь теряя сознание.

Дейкин поднял трубку телефона.

— Слушаю.

— Операция «Виктория» завершена. Полный успех.

— Прекрасно.

— Катрин Серакис и этот их лекарь взяты на месте. Их сообщник выпрыгнул в окно, но далеко ему не уйти.

— Малышка не ранена?

— Упала в обморок, но в остальном все в порядке.

— О настоящей А. Ш, ничего нового?

— Пока ничего.

Дейкин опустил трубку на рычаг.

Виктория в безопасности. Уже что-то. Что касается Анны Шееле, ее, вероятно, нет в живых. Она настояла на том, чтобы действовать самостоятельно, гарантировав, что девятнадцатого будет в Багдаде. Девятнадцатое наступило, но Анны Шееле нет. Дейкин готов был признать, что она поступила, быть может, не так уж глупо, отказавшись от помощи официальных органов, далеко не всегда умеющих сохранять тайну, но, кто знает, не погубила ли ее излишняя самоуверенность…

А без Анны Шееле эффект будет далеко не тот…

Мальчишка — рассыльный вошел в кабинет и подал Дейкину листок, на котором были написаны два имени: мистер Ричард Бейкер и миссис Понсфут Джонс.

— Сейчас я не могу никого принять, — сказал Дейкин. — Пусть перед ними извинятся и объяснят, что я очень занят.

Через пару минут рассыльный вернулся. На этот раз он принес конверт, в который была вложена короткая записка.