Багдадские встречи - Агата Кристи

Станет ли риск меньшим в Дамаске? Сомнительно… Как знать, не заготовлена ли уже у сестры Терезы справка, подтверждающая психическое расстройство, которым страдает сестра Мария.

Лучше доиграть игру до конца, побыть Анной Шееле до возвращения в Багдад и бесстрашно оставаться ею до самой последней секунды. Неизбежно наступит момент, когда Эдвард не в силах будет контролировать ее действия. Когда, получив документы, она отправится на конференцию, ничто не помешает ей крикнуть: «Я не Анна Шееле, а все эти документы — фальшивка»!

Странно, что Эдвард решился пойти на такой риск. Однако тщеславие ослепляет, а обойтись без Анны Шееле Эдвард и его единомышленники не могут. Им необходима своя Анна Шееле, а никто из них не способен заменить Викторию в этой роли. Эти «супермены» нуждаются в Виктории Джонс, простой машинистке…

Их пленница? Несомненно…

Однако пленница, у которой, в конечном счете, остались еще на руках кое-какие козыри.

Глава двадцать третья

Огромный «Скаймастер», сделав круг над аэродромом, приземлился, как выражаются пилоты, «на три точки» и подрулил к зданию аэровокзала. Вышедшие из самолета пассажиры разделились на две группы: продолжающие рейс до Басры и делающие пересадку на самолет, летящий в Багдад.

Во второй группе, направившейся к контрольному пункту, чтобы пройти необходимые формальности, было всего четыре пассажира: араб — крупный коммерсант, судя по виду, молодой врач — англичанин и две женщины.

Первая была шатенкой с чуть осунувшимся лицом. Шелковая лента с грехом пополам удерживала ее причесанные кое-как волосы.

— Миссис Понсфут Джонс? — взяв ее паспорт, спросил таможенник. — Англичанка?.. Едете к своему мужу? Отлично. Где намерены остановиться в Багдаде?.. Спасибо. Какую имеете валюту?

Вторая женщина — хрупкая блондинка, одетая вполне прилично, хотя и не изысканно.

— Мисс Грета Харден?.. Датчанка. Летите из Лондона… Массажистка… Где намерены остановиться в Багдаде?.. Спасибо… Какую имеете валюту?

Всем четверым сообщили, что самолет на Багдад вылетает во второй половине дня и что пока их отвезут в гостиницу, где они смогут позавтракать и немного отдохнуть.

Грета Харден лежала в своем номере, когда в дверь постучали. Отворив, она увидела стюардессу, одетую в форму авиакомпании.

— Прошу прощения, мисс Харден. Небольшое недоразумение с вашим билетом. Ничего, впрочем, серьезного… Не пройдете ли вы со мной в бюро… Это здесь же в гостинице, в конце коридора…

Едва Грета Харден вошла в комнату, табличка на дверях которой должна была уже через минуту исчезнуть, как ее рот был заткнут кляпом, а на голову наброшен капюшон. Пока двое мужчин держали ее, третий, молодой врач, отвернув рукав платья, вонзил ей в кожу иглу шприца. Через тридцать секунд Грета Харден перестала осознавать происходящее вокруг.

— Шесть часов с гарантией! — добродушно проговорил медик. — Теперь ваша очередь, сестры!

Его слова были обращены к двум монахиням, сидевшим у окна. Мужчины вышли, и старшая из монахинь поднялась с места. Пока она раздевала Грету Харден, вторая, помоложе, нервно вздрагивая, сбросила с себя костюм монахини. Через пару минут на Виктории был костюм Греты Харден, а датчанка, уже одетая монахиней, лежала в постели.

Время от времени поглядывая на фотографию, «сестра Тереза» начала придавать Виктории сходство с Анной Шееле. Когда она закончила зачесывать волосы в узел на затылке, в комнату вернулись мужчины. Лица у них сияли.

— Никаких сомнений, — проговорил врач. — Грета Харден — это и есть Анна Шееле. Документы были в чемоданчике, засунуты в пачку журналов. — Отвесив Виктории церемонный поклон, он добавил:

— А теперь, мисс Харден, если вы окажете честь позавтракать вместе со мной…

Виктория вышла с ним. В холле не было никого, кроме дамы, облокотившейся на стойку почтового бюро.

— Нет, нет, — говорила она, — текст телеграммы вы записали верно… «Сегодня вечером прибываю отель

«Тио». Крепко целую». Не совсем так пишется подпись… Понсфут Джонс… П… Н… С… Понсфут…

Виктория с любопытством взглянула на даму. Стало быть, это и есть миссис Понсфут Джонс! Приехала на неделю раньше, но это Викторию ничуть не удивило. Доктор Понсфут Джонс потерял письмо, в котором его жена сообщала дату своего приезда, и вполне мог что-то напутать. Ах! Если бы удалось передать через нее записку Ричарду Бейкеру.

Словно читая мысли Виктории, спутник подтолкнул ее вперед. В ресторане она вновь увидела миссис Понсфут Джонс, но поговорить с ней возможности не было так же, как не представилась такая возможность и в самолете, когда они обе летели в Багдад.

— Знаете, — проговорил Ричард Бейкер, — я что-то тревожусь за малышку!

— Какую малышку? — поинтересовался доктор Понсфут Джонс.

— Викторию.

— Викторию? — Доктор нахмурился, но тут же воскликнул:

— Ах, да! Ты же вчера вернулся без нее!

— А я уже начал подозревать, что вы этого так и не заметили.

— Я бы заметил, конечно, но у меня голова была занята этим странным отчетом о раскопках в Телль Бамдаре… Вне всяких сомнений, они что-то там путают… Она что — не сумела найти наш грузовик?

— Правду говоря, — ответил Ричард, — она и не собиралась возвращаться. Она ведь не Вероника Сейнвил…

— Да? Забавно!.. Впрочем, ты ведь говорил мне уже, что ее зовут Викторией…

— Зовут-то ее, действительно, Викторией, но только она никогда не занималась антропологией, никогда не встречалась с Эмерсоном, и вообще.., произошло недоразумение.

— Неприятно!.. Чертовски неприятно… Я все-таки непростительно рассеян. Не слушаю, что мне говорят, теряю письма, а потом сам не знаю, что там было написано… Вот так и рождаются недоразумения!

Бейкер вновь вернулся к мучившей его мысли.

— Ничего не понимаю, — проговорил он. — Насколько мне удалось выяснить, она уехала с каким-то молодым человеком и больше ее не видели. Ее чемоданы в отеле, и она даже не открывала их, что, само по себе, достаточно странно, ведь после недели, проведенной в глуши, ей наверняка хотелось немного принарядиться. Более того, мы договорились пообедать вместе… Нет, я ничего не понимаю.., и надеюсь только, что с ней ничего не случилось…

— По-моему, ты тревожишься совершенно зря, — попытался успокоить его доктор. — Завтра начнем раскопки в траншее Е. По нашим прикидкам, шансы наткнуться там на интересную находку максимальны.

Лицо Ричарда осталось по-прежнему озабоченным.

— Один раз ее уже похитили и вполне могли повторить попытку!

— Совершенно нереально, мой мальчик! В стране царит спокойствие, и ты это знаешь не хуже меня.

— Если бы мне удалось хотя бы вспомнить, как зовут того типа, о котором упоминала Виктория, того, который работает в нефтяной компании!.. Дикон. Дейкин?.. Что-то в этом роде…

— Мне это имя ничего не говорит… Мустафу и его бригаду я, пожалуй, переведу на траншею Д. Это позволит нам…

— Вы будете очень возражать, доктор, если я завтра съезжу в Багдад?

Изумленный доктор решил, что пора наконец обратить внимание на слова Ричарда.

— Завтра? — переспросил он. — Да ты же только вчера был там!

— Это верно, но я беспокоюсь. Очень беспокоюсь.

— Не надо было скрывать от меня, Ричард!

— Что скрывать?

— Я не знал, что эта юная особа стала так дорога тебе!.. Вот из-за этого, понимаешь, и возникают всякие сложности, когда в экспедиции есть женщины… И уж тем более, если они красивы!.. Два года назад, когда с нами была Сидилла Мурфилд, я думал, что все обойдется. Как — никак, безобразна она была, как семь смертных грехов. Сам знаешь, чем все это закончилось… Хотя поосторожнее мне и тогда следовало быть. Клод еще в Лондоне обратил мое внимание на то, что у нее точеные ножки, а у французов на такие вещи глаз наметанный… С Викторией — Вероникой дело другое… Она и красива и очень симпатична… Очень — очень милая девушка, и я от души поздравляю тебя, Ричард. У тебя отличный вкус! Кстати, на моей памяти это первая женщина, заинтересовавшая тебя.

Ричард покраснел.

— Я ничуть не влюблен в нее, но.., я начинаю тревожиться. Мне необходимо поехать в Багдад.

— Ладно, — ответил доктор, — завтра поедешь. Заодно захватишь кирки и лопаты, которые наш шофер забыл получить вчера…

Выехав на рассвете, Ричард к полудню был уже в Багдаде и направился прямо в «Тио». Виктория там не появлялась.

— Согласитесь, что это очень странно! — сказал Ричарду Марк. — Мы собирались вместе поужинать, мой шеф — повар подготовил совершенно сногсшибательное меню…

— Вы дали знать полиции?

— Нет. Мисс Джонс, мне кажется, это было бы не по душе.., да и мне тоже!

Дейкина Ричарду удалось разыскать без особого труда. Зайдя к нему в кабинет, Ричард убедился, что смутное впечатление, сохранившееся у него от прежних мимолетных встреч, не было обманчивым. Усталый, сгорбленный, с дрожащими руками, Дейкин был, несомненно, человеком конченным, на которого нельзя было положиться. Извинившись за беспокойство, Ричард спросил: не видел ли он мисс Викторию Джонс.