Киллер – черные слезы мира - Сергей Шишкин

Нападавшего обхожу справа, он похоже левша, обхватываю его руку своей и резко выворачиваю. Он ещё ничего не понял, слишком времени мало прошло, а я уже пробиваю коленкой у главаря печень. Всё, остался только один, тот самый здоровяк, который так пытался мне понравится. Опускаю колено, разворот и шаг вперед, за ним быстрый удар ногой, по его драгоценным яйцам. Теперь можно выходить из ускоренного режима, на всё ушло секунды три, из которых половину потратила на самокопание. Только вышла в реал, как вокруг стали падать тела, двое были без сознания. Судя по неестественно изогнутой руке и проступившей на пиджаке крови, у конечности открытый перелом, не удивительно что хозяин в нирване. Второй «ушедший», это здоровяк, не выдержал несчастный чудовищной боли. От его яиц вряд ли что осталось, разве что слизь, которая из под брюк медленно вытекала. Главарю пришлось добавила ногой, он в позе эмбриона тихо скулил, что меня ужасно раздражало. Пока на дороге никого, закинула в Волжанку тела, на ней завернула в лес, благо стояли у проселочной. Метров через двести остановилась, пора бежать за Мустангом, он же у меня открыт, да и нечего светится на обочине. Припарковалась у «Волги» Подгорного, вышла из машины и сладко потянулась, впереди целых три жертвы. Судя по эфиру, в окрестностях нет никого, да и какой дурак будет ползать по осеннему лесу. Сейчас же нет грибов, ни ягод, да вообще ничего, разве что какой нибудь охотник.

Тела, которые до сих пор были без сознания, подтащила к толстой сосне, там начала приводить в сознание. Первым очнулся главарь, я ему чуть не открутила уши, хотя вру, одно на одной коже болталось. Надеюсь он меня услышит, ответит на все мои вопросы, да и куда он нахрен денется.

— Ну что дятел, пора начинать стучать, кто вас послал и что вы со мной собирались делать? — спросила главаря.

На первый ответил сразу, а со вторым начал юлить, пока ему не начала дробить пальцы.

— Приказано устроить тебе групповуху, оприходовать везде, снимая на фотоаппарат и кинокамеру, — кривясь от боли выдохнул главарь.

— А дальше что, говори падаль? — окончательно отрывая ему ухо, спросила обделавшегося от боли парня.

— Стала бы нам таскать сведения и деньги, ну и удовлетворять когда захочем, Борька любит в задницу, а я в рот… — начал исповедоваться главарь, но тут меня накрыло.

Сознание от ненависти просто отключилось, управление телом принял на себя мозг, а он как известно сантиментами не страдает. Он вообще не знает таких понятий (или не хочет знать), у него всегда только голый расчёт, тем более после слияния с нейросетью. Так что неудивительно, когда я очнулась, все вокруг были мертвы, вернее от них ничего не осталось. Прах я вытряхнула из одежды, а её сунула под дерн, хорошо нашлась в Волжанке небольшая лопата. Затем выехала на ней на трассу, проехала метров пятьсот, затем по лесу за своим Мустангом. По дороге на дачу пыталась проанализировать произошедшее, почему же у меня помутилось сознание. Похоже мужское и женское сошлись в одном ключе, оба не могли представить над собой насилие. С мозгом тоже всё понятно, он просчитал варианты, поэтому убрал тела, как озабоченного в Израильском посольстве. Теперь осталась мелочь, шепнуть Степану чтобы он избавился от автомобиля, пусть люди Князя разберут его на запчасти. С Подгорным решу завтра, оставлять в живых эту мразь, да за кого вы меня принимаете. Уберу его чисто, чтобы не осталось никаких следов, эфир мне в этом поможет. Сейчас что касается тех трех идиотов, могла ли я оставить их в живых, передав в руки милиции? Конечно же нет, убийце не свойственно милосердие, тем более к своим врагам, конечно за редким исключением. Думаете я не догадывалась что меня ждёт, да тоже самое что у сбежавших уголовников. Блин, до чего же противно, а если бы на моем месте была простая девчонка?

В первый раз мать Белкина, Варвара Никифорова, была приглашена на небольшие семейные посиделки, которые устраивали на даче Лёд. Девочку знала с самого детства, как никак жили в одной коммуналке, а потом ещё гибель её родителей. Ольга тяжело перенесла это горе, стала настоящей затворницей. После школы хотела пойти на геологический, но видимо передумала, решила посвятить жизнь милиции. Её тетка, Анастасия Федоровна Львова, была женщина с тяжелым характером, прослужившей не один год в уголовном розыске. Запомнился один примечательный случай: к её племяннице начал приставать неизвестный хулиган, так она подняла всех участковых на районе. Парня быстро вычислили, после чего неделю продержали в КПЗ, а затем ещё месяц в следственном. Не удивительно, что вся местная шпана стала обходить Ольгу стороной, сидевший в СИЗО понарассказывал всяких ужасов. Это только вначале его приняли по хулиганке, потом прокурор переквалифицировал как домогательство к несовершеннолетней. Парню сильно повезло, что его посадили к проворовавшейся интеллигенции, а не к уголовникам, иначе всё могло закончится плачевно.

Так вот, каково же было её удивление, когда она увидела Ольгу выходящей из иностранной машины. Как рассказал сынок, Лёд написала фантастическую книгу, которую выпустили по всему миру. Дальше всё покатилось как снежный ком, у Коли появилась дорогая фирменная одежда. Письменный стол был заставлен импортными магнитофонами, на которые украдкой просили посмотреть соседи. Да черт бы с этим, ну дали кассеты переписать, так у сына появились огромные деньги! Самое большое потрясение, и этот ещё мягко сказано, Варвара Никифорова испытала когда Коля начал заниматься женской одеждой. Представляете, парою восемнадцать лет, а он рисует юбки и платья. Она даже хотела всыпать ему ремнем, но вовремя одумалась. Да и как не передумать, если он устроился в Дом моды и у него появился импортный мотоцикл, а самое главное красивая девушка. В плане финансов тоже порядок, да и невеста оказалась вполне состоятельной, с квартирой и новеньким автомобилем. Когда пришла к ней в гости, то испытала полнейший шок, такого богатства она никогда не видела. Югославская мебель, стиралка и пылесос, а самое главное — импортный телевизор! Кухня поразила своим гарнитуром, привезенным из ГДР, с газовой плитой «Wromet». Финский холодильник «Rosenlew», о котором она слышала в Кавказской пленнице, был полностью забит дефицитными продуктами. Она наверное в первый раз попробовала буженину и импортный сыр, а над чёрной икрой даже всплакнула. Её сыну повезло, Нина оказалась хозяйственной девушкой, без всякого зазнайства и прочего. Коля целыми днями пропадал