Depraved - Брайан Смит

Но она была уже так близко.

- Открой глаза.

Хоук не хотел, но ослушаться этого громоподобного голоса было не возможно.

Он убрал руки с лица и, подняв голову, увидел по другую сторону от ворот темный контур стройной мужской фигуры.

Гарнер.

Хоук с трудом сглотнул, с его вялого члена капала моча.

Он шмыгнул носом. - Почему я?

Фигура хмыкнула. - Нужное тело в нужном месте.

Из глаз Хоука брызнули слезы. - А что если я найду тебе кого-то получше? Могу достать тебе кого-нибудь, связанного с музыкальной индустрией. Человека при деньгах. Хоук лихорадочно перебирал в уме варианты. Он знал нескольких таких людей. Влиятельных людей. Это были скорее знакомые, чем настоящие друзья, но он был уверен, что сможет организовать им частную аудиенцию с Гарнером. При возможности он продал бы любого. Даже собственную мать. Любого, кто бы заменил его в гарнерском замысле. - Брось, братец. Подумай, что бы ты стал делать здесь с деньгами.

Мягкий выдох, похожий на смех. - Мне не нужны деньги. Нет, ты будешь моим "сосудом". Времени мало. Слишком мало, чтобы раздобыть приемлемую замену.

Хоук вытер соплю с носа и стряхнул ее с руки. - Черт!

Он услышал металлический щелчок открываемого замка. Потом ворота распахнулись, и в стойло вошел Гарнер. В левой руке он держал лампу Коулмана, ярко высвечивающую месиво на полу.

- Зачем нужно было их так убивать? - поинтересовался Хоук

- Так надо.

Хоук нахмурился. - Черт. Это же полное дерьмо, мужик. У тебя с головой не в порядке. Хотя, какое мне дело если ты перерезал стадо чертовых дебилов? Разве их родня не будет жаждать крови, когда пронюхает, что ты натворил?

Гарнер сунул свободную руку в карман черного пиджака и выудил пачку сигарет и зажигалку. Встряхнул пачку и взял высунувшуюся сигарету в рот. Прикрыв ладонью, прикурил. Глубоко затянулся и выпустил облако едкого дыма. - Ага. Смешок. - Люблю покурить. Владыка Сатана даровал мне власть над вырождающимся кланом Кинчеров. Они не будут мстить. Они будут кланяться и расшаркиваться у моих ног, как делали последние сто лет.

Хоук с завистью посмотрел на сигарету Гарнера. - Ну-ну. Они твои сучки.

Это вызвало у Гарнера глухой рокот смеха. - Да. Как и ты.

Он поднял лампу над головой и отблески света заиграли на угловатых чертах его лица, выступающем подбородке и торчащих из лба рогах.

Хоук содрогнулся.

Он перекрестился и сказал, - Изыди, демон.

Гарнер посмотрел на него с любопытством. - Что это было?

- Я видел такую хрень однажды в кино. Видимо, точно хрень.

- Вставай.

Снова этот не терпящий возражения командный тон. Хоук не стал молить о пощаде или отказывать в повиновении. Этот ублюдок был прав. Он - сучка Гарнера, и он не черта не сможет с этим поделать. Все равно ничего не понятно.

Он встал, хрустнув коленями, и вытер грязь с лица и груди. - Уверен, что хочешь "сосуд" с ранней стадией артрита?

Гарнер отвернулся и вышел из стойла. - Иди за мной.

Хоук последовал за демоном во тьму. - Куда мы идем?

На этот раз в смехе Гарнера прозвучала насмешка. - Познакомиться с твоей новой партнершей. Твоей застенчивой невестой. Женщиной твоей мечты.

- Хм. А она горячая?

Гарнер глянул через плечо на Хоука. - Полагаю, под словом "горячая" ты имеешь в виду "привлекательная". А это зависит от твоих грешков. Скажи, ты когда-нибудь трахал осьминога?

Раздался взрыв сатанинского хохота.

Хоук судорожно сглотнул.

Он молился, чтобы молния ударила с неба и поджарила его на месте. Он посмотрел вверх и увидел мигающие огни пролетающего самолета, уносящего счастливых засранцев подальше отсюда, но туч не было.

Правильно говорил ему пьяный папаша.

Богу просто не нравится его жалкая задница.

Гарнер продолжал хохотать.

Глава двадцать пятая

Меган сидела на складном металлическом стуле посреди пустой комнаты. Комната была маленькая, как гардеробная средних размеров. Окон не было, голые белые стены, за исключением нескольких надписей, нацарапанных на гипсокартоне. ЛИНДА ЛЮБИТ КИСКУ. БОЖЕ, ПОМОГИ МНЕ. ВЫХОДА НЕТ. ЭТО ПРАВДА. И тому подобное. Самым интересным был телефонный номер, манхэттенский, как поняла Меган по коду штата. Под телефоном была выцарапана корявая надпись. Какая-то Соня умоляла проявить милосердие и позвонить ее родителям.

Меган запомнила номер.

Руки по-прежнему были в наручниках, но ноги - свободны. Она уже минут пять сидела в комнате одна, пока Демарс и кто-то из Престонов ушли куда-то торговаться. Она встала, подошла к двери, подергала за ручку. Заперто. Ничего удивительного. Внимательнее изучила дверь. Может, получиться открыть ногой. Хотя с виду прочная. Вспомнила виденный на "Ютубе" ролик. Какой-то парень ломился в закрытый магазинчик за пивом. Он пинал по двери до тех пор, пока не сломал ногу. Эту съемку с камеры наблюдения сложно было забыть.

Меган решила не открывать дверь ногой.

Она вернулась к стулу и села.

Ей было страшно.

Очень.

А еще она была злая.

Злость росла в ней с каждой минутой. Она - человек. Живой человек из плоти и крови. А с ней обращаются как с животным. Хуже того, как с товаром. Который можно обменять или продать. Ее могут изнасиловать. Избить. Убить. Даже съесть. И в глазах местных властей, это - ничто. Такие вещи не считаются преступлением, потому что она для них не человек. И она знала, что она уже не первая чужачка, кто терпит подобные унижения.

Это неправильно.

Более того, это порочно.

Кто-то должен принять меры, покончить с этим раз и навсегда.

Кто-то.

Хоть как-то.

Дверь в комнату открылась, приглушенный грохот песни "Мотли Крю" стал громче, превратившись в пронзительный рев. В комнату вошел какой-то тип. Меган посмотрела на его ястребиное лицо и ахнула от удивления. Это был тот самый тип, которого она видела рядом с фургоном за магазином Хопкинс-Бенда. Один из тех бессердечных свиней, которые так небрежно забросили Пита в фургон. Увиденное в самом начале кошмара, это лицо стало для нее символом всего ненормального, что было в этом городе и его жителях.

Он ухмыльнулся, сверкнув рядом гнилых, желтых зубов. - Привет.

Закрыл дверь. Потом подошел к ней, расстегнул штаны, и вытащил член. Он был маленький. И от него дурно пахло. Похоже, этот мерзкий тип уже несколько дней не мылся. Он усмехнулся и помахал перед ней гениталиями. Меган с отвращением поняла, что сейчас ей придется сосать эту штуку. Все равно, что сосать у животного. Но какая-то более хладнокровная и прагматичная ее часть вдруг приняла на себя управление. Меган взяла его за потные яйца обеими закованными в наручники руками и наклонилась к вялому члену. Это будет ужасно, но может, она заработает немного расположения, сыграв роль старательной, пылкой шлюхи.