Сказания Древней Японии - Садзанами Сандзин

«Наму Амида буцу!», то грозное «Стой, погоди!» оглашали одно за другим мертвую тишину ночи.

Но вот, на счастье монаха, стало рассветать. Ночь окончилась. Все нечистые, все оборотни боятся светлого солнца и не смеют показываться при нем. Как только рассветает, они сразу же слабеют и не могут уже ничего делать.

Так и эта ведьма. Чуть только рассвело, она тут же куда-то пропала, как будто ее никогда и не было.

Монах с облегчением перевел дыхание:

– Ну-ну! Попался же я в переделку; ведь едва-едва спасся! И это, конечно, благодаря божественной помощи, заступничеству святого Амиды, в которого я сыздавна верую. Благодарю тебя, Амида. Наму Амида буцу! Наму Амида буцу!

И не раз, и не два вознес бонза свою горячую молитву Будде. А потом… Потом немало еще постранствовал он по белу свету, переходя из одной провинции в другую.

Такое, говорят, было дело в старину.

Урасима Таро

В давно минувшие времена, в седой глубокой древности, жил-был в провинции Танго, в местечке Мидзуноэ, рыбак по имени Урасима Таро.

Как-то вечером, когда он, выйдя, по обыкновению, на рыбную ловлю, направился было уже обычным своим путем-дорогой с морского берега домой, он наткнулся на группу детей восьми-десяти лет приблизительно. Самому старшему из них было разве что лет одиннадцать-двенадцать.

Собравшись кучкой, дети таскали взад и вперед пойманную ими молоденькую черепаху. Они теребили ее, забавляясь ею, как игрушкой, наконец, начали бить ее камнями, колоть палками, мучая беднягу как только могли.

Доброй души был Урасима; сострадателен был он. Увидев, как дети мучают черепаху, он проникся жалостью к ней.

– Эй, вы, вы! Что вы так мучаете ее? Ведь умрет, смотрите, коли вы так ее… – обратился он к детям.

Но шаловливы, непослушны дети в этом возрасте. И слушать не захотели они речи его.

– А и пусть помирает себе! Нам любо это – вот и все. А ну-ка ее! Ну!.. – И они начали мучить ее еще больше, еще безжалостнее.

Урасима призадумался.

– Слушайте! – сказал он им. – Право, вы ведь хорошие ребята. Не отдадите ли вы мне черепаху?

– Эге, что выдумал! Ни за что! Разве не мы сами поймали ее?

– Ну, конечно, конечно! Это верно. Что и говорить! Только ведь я не прошу ее у вас даром. Я дам вам малость деньжат за нее. Ну так что же? Отдадите ее мне? Ладно, что ли? А на эти деньги вы сможете купить себе что сами захотите. Недурно ведь это! Право, недурно! Ну, решайтесь же, решайтесь! Я ведь знаю, вы славные ребята! Идет, что ли?

Бесхитростны дети. Как только Урасима заговорил с ними ласково, приветливо, они сейчас же послушали его:

– Ладно, дядя! Мы отдадим тебе черепаху. Ну а ты дай нам денег за это.

Мена совершилась тут же. Дети отдали черепаху и, в свою очередь, получили малость мелочи.

– Ну, ребята! Валим теперь! – закричали они и моментально куда-то исчезли.

Урасима остался один. Поглаживая рукой панцирь черепахи, он заговорил в раздумье:

– Да-а! Жаль тебя, бедную. Говорят, что цапля живет тысячу, а черепаха – десять тысяч лет. Тебе суждена самая долгая жизнь во всем этом мире. Однако недалека же была ты от смерти, когда поймали тебя эти балованные детишки. Но вот, видишь, вышло так, что я как раз случился тут и выручил тебя из беды неминучей. Видно, взаправду, значит, суждено тебе долголетие. Ну-ну! Я отпущу тебя. Возвращайся-ка ты поскорее домой к себе, пока не захватили тебя опять.

Он вернулся опять на берег моря и, спустив черепаху в воду, отправился к себе домой.

На следующий день Урасима уселся, по обыкновению, в свою лодку и, отплыв подальше в открытое море, прилежно занялся рыбной ловлей. Ловит да ловит он себе рыбу, как вдруг кто-то его окликнул:

– Господин Урасима! Эй, господин Урасима!

Перепугался Урасима.

«Что за диво! Лодки поблизости нет, людей ни души. Кто же мог бы звать меня?» – подумал он и пытливо начал оглядываться кругом.

Но вот откуда ни возьмись около лодки показалась черепаха. Урасима пришел в изумление.

– Да неужто это ты звала меня? – спросил он.

– Я, я! – отвечала черепаха, высунув голову из-под панциря и почтительно склоняя ее. – Вчера вызволил ты меня из беды, спас от смерти. Глубоко благодарю тебя за это, и вот теперь явилась я сюда выразить свою благодарность и почтительную признательность.

– Вот оно что! Это очень мило с твоей стороны. Ну что же… Полезай сюда в лодку. Предложил бы я тебе курнуть малость, да ты ведь черепаха. Не куришь, пожалуй? Ха, ха, ха!

– Хе, хе, хе! Нет, не курю. Будь водочка – ну дело другое! Водочки я не прочь бы! А табаку? Нет, не потребляю я табаку.

– Вишь ты какая! Ну извини уж, водочки, сама знаешь, тут нет. Залезай, однако. Все же подсушишь свою чешую, перед тем как отправиться отсюда.

Так обменивались они любезностями и шутками, как вдруг среди разговора черепаха обратилась к Урасиме с вопросом:

– А что, господин Урасима, доводилось ли тебе когда-нибудь видеть дворец Дракона?[111]

Урасима отрицательно покачал головой.

– Нет! – отвечал он. – Хотя целые годы провожу я на море из года в год, но видеть дворец мне не случалось. Да ведь далеко где-то он там!

– Так, так! Ну, что далеко, так это другой разговор. Как ни будь там далеко, а со мною близко окажется. Если хочешь поглядеть на него, то я могла бы проводить тебя туда.

– Да что ты? Ты берешься проводить? Спасибо, большое спасибо! Одно только, видишь ли… Тебе-то оно в привычку, а я ведь не умею плавать по-твоему, так что…

Черепаха и договорить не дала:

– Помилуй, Урасима! Что ты говоришь такое? Тебе вовсе незачем плыть самому. Сядешь мне на спину и отличнейшим образом будешь доставлен туда.

– Вот тебе и раз! Да разве я помещусь на твоей такой маленькой спине? Как это так?

– А так же! Усядешься, да и только, смейся потом сколько хочешь. Вещи пробой узнаются. Попробуй-ка! Садись, не смущайся!

А пока она говорила, ее панцирь, чудное дело, тут же на глазах стал делаться все больше и больше и сделался таким, что на нем свободно мог уместиться человек.

– Чудеса, да и только! Удивительная ты штука! – молвил Урасима. – Ну, с твоего позволения. А ну-ка! Гоп! – воскликнул он, забираясь на щит к черепахе.

Черепаха не шелохнулась.

– Ну, значит, отправимся помаленьку, – сказала она и смело пустилась по бурным волнам, держа свой путь ко дворцу Дракона.

Долго ли, коротко ли они плыли, но вот впереди показались красивые ворота.

– Черепаха! А что такое там впереди? Я как будто вижу что-то вроде больших замковых ворот.

– Это? Да это и есть ворота дворца Дракона. А вот там большая кровля, что видится дальше, это самый дворец.

– Эге! Так мы, значит, и прибыли уже ко дворцу Дракона?

– Прибыли, прибыли! А что, скоро небось?

За разговорами незаметно они добрались до самых ворот.

– Ну вот мы и на месте. А теперь уж потрудись, пожалуйста, пройти немножко пешком! – сказала черепаха и пошла впереди Урасимы проводником. – Эй, стражи, привратники! – закричала