Тиканье часов - Герберт Осбери

собственного изобретения, поскольку, как я понимаю, вы весьма сведущи в таких делах, а затем прокрались через весь дом в эту комнату. Возможно, вы намеревались закончить свою работу раньше, но приход мисс Уолтон и мистера МакДоннелла побеспокоил вас. Вы ждали, пока не убедились, что мисс Уолтон заснула.

— Вы настигли Уолтона, когда он сидел здесь за столом, подкрались к нему и ударили его дубинкой за ухом. Затем вы залезли во внутренний карман его пиджака и забрали бумажник, в котором, как вы полагали, могло быть то, что вам было нужно. От Ли Синга вы знали, что у Уолтона плохая память и, вероятно, он носил с собой что-то, что могло бы указать на местонахождение наркотиков. И затем, как только вы закончили, мисс Уолтон спустилась вниз и вошла в столовую. Вы набросились на неё и ударили. Когда вы приехали в город и увидели, что ваша рука оказалась поцарапанной во время драки, вы попросили Чинг Янга поцарапать и свою руку, а когда Ли Синг пришёл к вам вчера днём, вы взяли свой нож и порезали руку ему, оставив след, похожий на царапину на вашей собственной руке. Вот почему на ноже, который вы вчера бросили в меня, была кровь. Я знал, что Ли Синг получил царапину после того, как покинул больницу, потому что врачи тщательно осмотрели его, пытаясь определить, какими препаратами его накачали, они искали следы от иглы для подкожных инъекций, и они бы заметили свежую рану.

Долгое время Фонг Лу молчал. Он смотрел прямо перед собой, очевидно, перебирая в уме всё, что произошло с тех пор, как он вошёл в комнату, взвешивая улики, которые собрал против него инспектор Конрой. Наконец он вздохнул и пожал плечами.

— Я старый человек, — сказал он, — и мои предки давно ждут меня. Всё так, как вы говорите. Но, — он сделал выразительную паузу, — я не убивал его! В этого человека выстрелили до того, как я ударил его, но я не сразу увидел кровь. Он склонился над своими книгами, и я не знал, что он мёртв. Когда я повернулся, чтобы уйти, эта молодая женщина, мисс Уолтон, преградила мне путь. И я ударил её.

Инспектор Конрой положил обратно в коробку нож, кольца и бумажник. Он долго смотрел на Фон Лу.

— Нет, — сказал он, — я не верю, что вы убили Уолтона. Я полагаю, что он был мёртв до того, как вы его ударили; в отчёте судмедэксперта, проводившего вскрытие, говорится, что удар дубинкой был нанесён после наступления смерти. Кто-то другой, — он обвёл взглядом ряд лиц перед собой, — кто-то другой убил Уолтона!

Он повернулся к детективу Болтону.

— Отправьте Чинг Янга, Фонг Лу и Ли Синга в штаб-квартиру и заприте их, — сказал он, — а затем передайте Грэхему в Чайнатаун, чтобы он обыскал магазин Фонг Лу. И скажите ему, что лучше бы он купил новую маскировку.

Трое китайцев, прикованные наручниками к патрульным, вышли вслед за детективом из комнаты так спокойно, как будто собирались на ужин, а не в тюрьму.

19. Часы, которые не хотели идти

Все лица, значившиеся в списке инспектора Конроя, были допрошены. За исключением патрульного Кигана, которому, конечно же, заранее объяснили всю ситуацию и смысл допроса, те, кто оставался в комнате, явно пребывали в состоянии, граничащем с паникой. Многое произошло, и многое осветило события, которые, казалось, были окутаны тайной. Они стали свидетелями внезапного падения Джеймисона: из напыщенной фигуры, терзаемой чувством возмущения, он превратился в человека, заклеймённого как преступник и молящего о пощаде; они видели, как трёх китайцев разоблачили как заговорщиков, покушавшихся на жизнь Уолтона, и как их арестовали из-за удара, который убил бы этого человека, если бы он уже не был мёртв к тому времени. Инспектору Конрою стало интересно, о чём думал преступник, тот, кто застрелил Уолтона, предположив, что он был среди тех, чьи напряжённые лица были перед ним, поскольку этот человек понимал, что если бы он подождал ещё немного, то дело, ради которого он пришёл, было бы выполнено Фонг Лу.

Свидетели выражали свои эмоции по-разному, в зависимости от их способностей. Миссис Джонсон тихо всхлипывала, снова и снова повторяя, что Уолтон был прекрасным человеком и что она не совершала убийства. Миссис Джексон сидела молча, скручивая носовой платок в комок, раскручивая его и снова скручивая. Калинетти, истопник, беспокойно ёрзал на стуле, его глаза вылезали из орбит. Джексон, разведённый муж с отличным мотивом для преступления, перекатывал сигару из угла в угол рта, не куря, но нервно жуя её. Мартин, почтальон, сидел, негодующе глядя на Калинетти, потому что истопник сказал, что видел, как почтальон выходил из дома минут через пятнадцать после ухода Мартина. Шофёр Коулман с любопытством смотрел на инспектора; преступление не было для него чем-то новым, он видел их во многих проявлениях. Керриган, брокер, который был другом детства Уолтона, сидел, скрестив руки на груди, молча, без выражения эмоций на лице, но с неестественным блеском в глазах. Он спокойно ждал следующего акта драмы. Хелен Уолтон и Гарри МакДоннелл, взявшись за руки, казалось, не замечали никого, кроме друг друга; они явно испытывали облегчение от того, что инспектор не стал заострять внимание на царапине на руке МакДоннелла.

Некоторое время после ухода детектива Болтона и трёх китайцев инспектор Конрой сидел, молча крутя гильзу, пуля из которой попала Уолтону в мозг. Казалось, он не замечал ни одной из встревоженных фигур, сидевших по другую сторону стола. Затем он заговорил, как бы про себя:

— Мы ещё не нашли убийцу!

Затем он снова замолчал, глядя на гильзу, не обращая внимания ни на кого в комнате и, по-видимому, не замечая вздохов, поднявшихся на фоне монотонного шума уличного движения за стенами дома. Наконец он заговорил снова:

— У нас есть Джеймисон, партнёр Уолтона по продаже наркотиков, и у нас есть трое мужчин, которые намеревались убить его, но обнаружили, что их работа уже выполнена, но мы ещё не нашли человека, который убил Уолтона, если только это не сделал Джеймисон. Возможно, это сделал он. Возможно, у них были какие-то сложности в отношениях. Возможно, его