Хроники падшего мира - Иван Шашков

— Положи руку вот сюда, — указал Сенал. — И позволь силе течь свободно.

Как только ладонь Максима коснулась кристалла, по всей стене пробежала волна света. Кристаллы, вплавленные в камень, вспыхнули ярче. Защитный барьер стал видимым — полупрозрачная стена чистой энергии поднялась над крепостной стеной.

— Превосходно, — пробормотал Сенал. — Теперь держи…

Снаружи раздался оглушительный рев. Чудовище-гибрид, замеченное ими ранее, добралось до стены. Его огромные когти заскребли по камню, оставляя глубокие борозды.

— Химера! — выкрикнул кто-то из защитников. — Они создали химеру!

Существо подняло голову, и из его пасти вырвалась струя зеленоватого пламени. Огонь ударил в защитный барьер, заставив его задрожать.

— Я не смогу долго держать щит против такой силы, — процедил Максим сквозь зубы. Пот катился по его лицу, метка горела огнем.

— Держись, — Лайа положила руку ему на плечо. — Ты не один.

Она достала стрелу и приложила к своему луку. Наконечник засветился тем же чистым светом, что исходил от метки.

— Как ты это делаешь? — удивился Максим.

— Понятия не имею, — усмехнулась охотница. — Наверное, часть твоей силы осталась со мной после очищения.

Она выпустила стрелу. Та пронзила барьер, не повредив его, и вонзилась в глаз химеры. Существо взревело от боли и ярости.

— Хороший выстрел, — одобрительно кивнула Киарра. — Но их слишком много.

Она была права. Пока защитники сосредоточились на химере, темные воины начали устанавливать новые осадные лестницы. А с неба пикировали крылатые твари, атакуя барьер.

— У меня есть идея, — вдруг сказал Максим. — Но она рискованная.

— Какая? — спросил Сенал.

— Если я направлю всю силу метки в кристалл разом… это может создать взрывную волну чистой энергии.

— Это убьет тебя! — воскликнула Лайа.

— Не обязательно, — возразил старый маг. — Если правильно распределить нагрузку… Киарра, собери всех магов, кто еще способен держать щит. Лайа, твой лук тоже может помочь. А я…

Договорить он не успел. Сверху раздался свист рассекаемого воздуха, и в башню через узкое окно влетело что-то черное. Сенал среагировал мгновенно — оттолкнул Максима от кристалла за мгновение до того, как предмет взорвался.

Взрыв был беззвучным, но от него заложило уши. Черная энергия заполнила башню, разъедая все, чего касалась. Сенал упал, его глаза закатились.

— Нет! — Максим бросился к старому магу, но было поздно. Целитель успел принять на себя основной удар темной магии, спасая остальных.

— Прощайте, дети, — прошептал он и затих навсегда.

Лайа сдавленно всхлипнула. Киарра выругалась сквозь зубы. А в небе раздался знакомый смех — Малисса парила над стеной, поддерживаемая крыльями какого-то темного создания.

— Один защитник меньше, — пропела она. — Кто следующий?

Максим поднялся на ноги. Гнев переполнял его, но это был не слепой гнев — холодный, сосредоточенный. Метка на его ладони засияла так ярко, что на неё больно было смотреть.

— Мой план остается в силе, — сказал он, глядя на друзей. — Поможете?

Киарра молча кивнула и выбежала собирать магов. Лайа положила руку ему на плечо: — Я с тобой. До конца.

Максим снова коснулся кристалла. На этот раз он не сдерживался — позволил силе течь свободно, как горной реке во время паводка. Метка словно пела, отдавая всю накопленную энергию.

Маги, собранные Киаррой, образовали круг, поддерживая его своей силой. Лайа натянула тетиву, её стрела сияла подобно маленькой звезде. Даже мертвый Сенал, казалось, помогал им — последние крупицы его жизненной силы влились в общий поток.

А потом время словно остановилось.

Максим видел все с пронзительной ясностью: химеру, карабкающуюся по стене; темных воинов на осадных лестницах; крылатых тварей в небе; Малиссу, готовящую новое заклинание. Видел своих друзей — сосредоточенное лицо Лайи, закусившей губу от напряжения; Киарру, чей меч светился отраженным светом метки; магов, держащих защитный круг.

А потом волна чистой энергии хлынула во все стороны.

Это было похоже на восход солнца — только в тысячу раз ярче. Свет затопил все вокруг, превращая ночь в день. Темные твари с визгом распадались в прах. Крылатые создания падали с неба как подбитые птицы. Химера взревела в последний раз и рассыпалась черным пеплом.

Малисса попыталась создать защитный кокон, но свет пробил его насквозь. Ведьма закричала — то ли от боли, то ли от ярости — и исчезла во вспышке темного пламени.

Армия тьмы дрогнула и начала отступать. Без своих чудовищ и магической поддержки темные воины превратились в обычных солдат. А против обычных солдат у защитников города было куда больше шансов.

— Они бегут! — раздался чей-то крик. — Победа!

Максим покачнулся и упал бы, если бы Лайа не подхватила его. Метка на ладони потускнела почти до полной невидимости, но он чувствовал — сила не исчезла, просто затаилась, восстанавливаясь.

— Мы сделали это, — прошептал он.

— Ты сделал это, — поправила Лайа. — Мы только помогали.

— Нет, — он покачал головой. — Без вас… без вас я бы не справился.

Киарра подошла к ним, вытирая кровь с меча: — Это еще не конец. Они вернутся.

— Конечно вернутся, — согласился Максим. — Но теперь мы знаем, что можем победить.

Они стояли на стене, глядя, как восходит солнце над полем битвы. Впереди их ждало еще много сражений. Моргрейн не оставит их в покое, особенно теперь, когда убедился в силе метки. Придется сражаться снова и снова.

Но сейчас, в этот момент, они могли позволить себе короткую передышку. Могли оплакать павших, как Сенала, чье тело они позже похоронили со всеми почестями. Могли порадоваться возвращению Лайи и победе над тьмой.

А где-то далеко, в своей темной крепости, Моргрейн смотрел на город через магический кристалл. Его глаза горели яростью, но на губах играла странная улыбка.

— Так вот она какая, сила метки, — прошептал он. — Что ж, мальчик, ты преподал мне урок. Но игра только начинается.

В тронном зале повисла тьма, такая густая, что казалась живой. И в этой тьме началось движение — словно что-то древнее и страшное пробуждалось от долгого сна.

Но об этом защитники Арденхолла пока не знали. Они праздновали победу, перевязывали раны и готовились к новым битвам. Первое серьезное столкновение осталось позади, и они выстояли.

Максим стоял на стене, глядя на восходящее солнце. Метка на его ладони начала снова светиться — слабо, но уверенно. Рядом