Право на репрессии: Внесудебные полномочия органов государственной безопасности (1918-1953) - Мозохин Борисович

27 марта 1938 г. И. В. Сталину и В. М. Молотову Н.И. Ежов направил копию телеграммы народного комиссара внутренних дел УССР, согласно которой НКВД Украины после февральской проверки сразу же учел прежние ошибки и приступил к ликвидации антисоветского шпионского сионистского подполья.

Было отмечено, что сионистское подполье в СССР использовалось для шпионской работы немецкой и польской разведками. Со шпионскими целями сионистские организации насадили свою многочисленную агентуру в рядах ВКП(б), органах НКВД и советском аппарате.

Всего на Украине на 24 марта арестован 831 участник сионистских шпионских организаций[231].

Позже докладывалось о ходе следствия по делу ликвидируемого левобережного центра германской национал-социалистической партии под названием «Централь-бюро».

Как установлено следствием, «Централь-бюро» якобы формировало на Левобережной Украине фашистские штурмовые диверсионные и повстанческие отряды. В Сах-новщанском районе четыре штурмовых отряда в составе 229 штурмовиков под руководством резидента германской разведки кулака Мартына Карла. В Лозовском районе отряд в составе 53 штурмовиков под руководством нелегального пастора того же кулака Мартына Карла. В Бер-венском районе штурмовой отряд в составе 38 штурмовиков под руководством резидента германской разведки учителя Шмита. В Близнецовском районе отряд в составе 17 штурмовиков под руководством кулака Вольфа.

«Кригсцентрум» подготовлял формируемые штурмовые отряды к диверсионной работе на военный период путем разрушения железнодорожного транспорта, отравления воды в колодцах и водоемах и уничтожения конского поголовья[232].

23 марта 1938 г. Политбюро вновь поставило вопрос о чистке от иностранцев предприятий оборонной промышленности. Признавалось ненормальным, что на предприятиях в оборонной промышленности работают большое количество немцев, латышей, поляков, эстонцев. Н. И. Ежову вместе с Г. М. Маленковым поручалось очистить оборонную промышленность от лиц вышеуказанных национальностей[233].

Работа «троек» продлевалась. Так, по просьбе Карельского обкома ВКП(б) Политбюро ЦК ВКП(б) 19 марта 1936 г. приняло положительное решение, продлив работу «тройки» по рассмотрению дел на бывших кулаков, уголовников и антисоветский элемент до 15 апреля и одновременно увеличило лимит по первой категории на 600 человек и по второй — на 150 человек.

13 апреля НКВД СССР прекратил аресты жен лиц, осужденных по первой категории. На рассмотрение Особого совещания предлагалось направлять только дела на и содержащихся под стражей жен арестованных[234].

В СССР в это время стало развиваться радиодело. По-видимому, у какого-то любителя в результате репрессий пострадали близкие ему люди и, не выдержав, он отправил в эфир сообщение. Лондонская газета «Сэндект Экспресс» 1 мая 1938 г. писала, что «таинственная радиостанция в СССР вчера утром передавала о том, что Сталин будет убит 1 мая на Красной площади, а также что листовки, содержащие призыв к убийству Сталина, были обнаружены на московских предприятиях».

О данном факте был проинформирован И. В. Сталин. Он указал: «Составить список всех радиостанций, проконтролировать сугубо. Это дело чести ЧеКа. ЧеКа должна открыть мерзавцев и их радио»[235].

Удалось или нет арестовать этого радиолюбителя, неизвестно.

15 мая 1938 г., по-видимому, по запросу из Симферополя по поводу продолжения операции Центр отвечал, что операция по ликвидации контрреволюционного шпионского диверсионного подполья национальной колонии не может быть ограничена сроками или цифрами.

Операции требовалось продолжать, а оформление дел в порядке Приказа НКВД ССР № 00485 были перенесены до 15 июня. Вновь сроки окончания операции были продлены[236].

20 мая 1938 г. в дополнение к Приказу НКВД СССР № 00486 от 15 августа 1937 г. в части размещения детей старше 15 лет, родители которых осуждены Военной коллегией и Военным трибуналом по первой и второй категориям, предписывалось, что те дети, которые проявляют антисоветские и террористические настроения и действия, должны предаваться суду на общих основаниях и направляться в лагеря по персональным нарядам ГУЛАГа НКВД[237].

21 мая 1938 г. вводилась в действие взамен объявленной ранее новая инструкция по работе «троек» НКВД, в соответствии с которой арест уголовно-деклассированных элементов необходимо производить повседневно, не допуская производства массовых операций или кампаний. На «тройках» необходимо внимательно изучать все обстоятельства каждого рассматриваемого дела. Согласно инструкции, при вынесении своих решений «тройкам» НКВД надлежало руководствоваться правами, предусмотренными Положением об Особом совещании при НКВД, и выносить следующие административные решения: о заключении в лагеря НКВД на срок до пяти лет; о высылке из крупных промышленных городов в нережимные местности в пределах республики, края, области на срок до пяти лет. При этом осужденные на сроки менее трех лет направлялись в местные исправительно-трудовые колонии; ссылку по решениям «троек» можно было производить только в определенные места в пределах нережимной местности своей области, края, республики.

К решениям «троек» предъявлялись требования их соответствия степени общественной опасности рассматриваемого лица. Устанавливался 15-дневный срок ведения следствия и рассмотрения дел на «тройках». По решениям «троек» о делах, по которым имелся протест прокурора, необходимо было составлять отдельные протоколы с изложением мотивов обеих сторон, которые направлялись вместе с делами на рассмотрение Особого совещания НКВД СССР.

На «тройках» не рассматривались дела на лиц, бежавших из лагерей и тюрем или уклонившихся от отбытия наказания, у которых сроки действующих приговоров превышали права «троек», такие лица направлялись в лагеря для отбытия срока или нового осуждения их лагерными судами.

В инструкции «тройкам» НКВД для предварительного рассмотрения дел об уголовных и деклассированных элементах, а также о лицах, злостно нарушающих паспортный режим, в союзных республиках (за исключением Украины и Казахстана), в автономных республиках, краях и областях, входящих в состав РСФСР, а также в областях Украинской и Казахской ССР было приказано организовать «тройки» в составе народного комиссара союзной, автономной республики или его заместителя (начальника У НКВД или его заместителя), членов: начальника Управления милиции и начальника соответствующего отдела, чье дело разбирается на «тройке». Участие прокурора в заседании «тройки» было обязательно.

Рассмотрению «троек» подлежали дела о лицах, имевших судимости или приводы за уголовные преступления и не порвавших связи с уголовно-преступной средой; о лицах, и не имеющих судимостей и приводов, но незанятых общественно полезным трудом, не имеющих определенного местожительства и связанных с уголовно-преступной средой, в том числе о всех содержателях притонов и скупщиках краденого; о ворах-рецидивистах, уличенных в конкретных преступлениях, хотя и имеющих определенное местожительство и прикрывающихся работой на предприятиях, заводах, в учреждениях; о хулиганах-рецидивистах, приговаривавшихся ранее судами за хулиганство не менее двух раз к тюремному заключению или к принуд-работам на срок от одного года и более, в случае совершения ими хулиганства, вызывающего необходимость привлечения их снова в уголовном порядке; о нищих-профессионалах; о злостных нарушителях паспортного режима, а именно о лицах, отказавшихся добровольно выехать из местности, проживание в которой им запрещено в связи с невыдачей паспорта или непропиской, и нарушивших данную ими подписку о выезде в указанный милицией срок, а также о лицах, самовольно возвратившихся в местность, в которой им было запрещено проживание.

При рассмотрении дел о нарушителях паспортного режима «тройки» обязывались проверять правильность и обоснованность лишения гражданина права проживания в данной режимной местности и целесообразность такого решения, а органы милиции обязывались обеспечить наличие в деле следующих данных: когда, кем и на каких основаниях нарушителю запрещалось проживать в данной режимной местности; кем и когда у привлеченного отобрана подписка о выезде из режимной зоны и объяснения привлеченного о причинах невыезда. Подписка привлеченного о выезде из режимной зоны обязательно приобщалась к делу.

При направлении на рассмотрение «тройки» дел о лицах, указанных выше, органы милиции должны были представить следующие материалы: постановление о задержании с указанием причины задержания; справку о судимости или о приводах; следственные материалы, т. е. протоколы допроса привлеченных, свидетелей и вещественные доказательства, если таковые имеются; в необходимых случаях — справки о состоянии здоровья; краткое заключительное постановление.