По осколкам льда - Ана Райт

инфекцию. – Она снова поглядела на Костенко и, оттолкнув Даниила плечом, зашла в больницу, цокая каблуками.

Сакович развернулся, желая нагнать ее и сказать пару слов в ответ, но Аня схватила его за запястье.

– Тебе нужно остыть, – тихо сказала Аня, когда Даниил с недоумением посмотрел на нее.

– Ты слышала, что она говорила? Что значит остыть? Я в порядке!

– Ты не в порядке. – Она сильнее сжала его запястье, а затем обняла, пытаясь успокоить. – Твоя мачеха не самый приятный человек, я не буду ее оправдывать. Она наговорила много гадостей из-за своего эгоизма. Но ты не должен поддаваться на ее провокации.

Даниил обнял Аню в ответ и громко выдохнул, будто выпуская накопившуюся внутри злость. Дышал он прерывисто.

– Она запрещает мне видеться с сестрой…

– Не злись. Ты обещал Лике приехать завтра. Значит, обязательно приедешь.

– Приеду.

* * *

На следующий день Аня в больницу не поехала. Осталась дома, потому что не хотела лишний раз злить мачеху Даниила. К тому же нужно было немного поработать и структурировать материал, который они собрали вчера. Редакторской работы от нее не требовалось, так как за статьей почти всю ночь сидел Даня. Но нужно было отобрать и подкорректировать фотографии, сделанные на школьном стадионе.

За работой в фотошопе Аня провела несколько часов, не отлипая от экрана. Даниил написал ей, что все-таки зашел к Лике, но не без труда. Мачеха сегодня отодвинула работу на второй план и усиленно сторожила вход в палату, будто цербер. Мария Эдуардовна с пеной у рта повторяла Саковичу свои запреты, загородив собой дверь, бросала колкие фразы, пытаясь выбить парня из равновесия. Однако сдалась, потому что услышала плач дочери. Видимо, девочка все слышала, поэтому закапризничала.

Аня обрадовалась восстановленной справедливости. Все же семья, какой бы она ни была, – самое ценное, что есть у человека. Недомолвки и ссоры бывают в любых отношениях. Важно вовремя уступить или найти компромисс.

У Даниила была семья, пусть и такая. Отец и сестра любили и никогда не забывали его. Сергей Владимирович был готов протянуть руку помощи в любой момент. У Ани семьи не было, отчего она порой чувствовала себя опустошенной. Мама умерла еще при родах, поэтому она ее не помнила. Отец часто показывал фотографии в альбоме. Только оттуда Аня узнала, что свою красоту она унаследовала от нее. У матери были те же большие зеленые глаза и светло-русые волосы, которые доходили ей до поясницы. На фотографиях с отцом она выглядела счастливой.

По папе Аня очень скучала вопреки пережитому. Скучала по тому отцу, которого запомнила до азартных игр. По тому, который отводил ее в детский сад, складывая в маленький рюкзак с попугаем ее любимое печенье, чтобы она не капризничала по пути. По тому, который даже после тяжелого трудового дня находил в себе силы, чтобы пособирать с ней мозаику или почитать книги. Который обрабатывал разбитые коленки после неудачного заезда на велосипеде. И готовил теплое молоко с медом и корицей, когда ей было грустно.

Сама не понимая, как так вышло, Аня оказалась у винтовой лестницы, ведущей на второй этаж. Ноги, словно набитые ватой, вдруг сами стали идти по ступенькам. Время будто замедлилось, а разум затуманился. Она держалась за перила, ощущая, как под негнущимися пальцами собиралась пыль. Оказавшись на втором этаже, она остановилась, направив взгляд на дверь своей комнаты. Девушка знала, что если откроет дверь, то обязательно зайдет, найдет фотоальбом или личный дневник, который вела время от времени. Понимала, что испытает боль. Однако ничего не могла с собой поделать.

Когда Аня дошла до комнаты и открыла дверь, в лицо ей полетела пыль, которая клубилась в комнате, а глаза ослепили солнечные лучи, бегающие то по светлому потолку, то по полу. Прошло больше года с тех пор, как Аня была здесь. Обстановка в комнате оставалась нетронутой: все та же аккуратно заправленная кровать у окна, светлый письменный стол с лампой изогнутой формы, стопка книг, платяной шкаф рядом с комодом и пушистый ковер по центру. В ее комнате мебель не была накрыта пленкой.

Дышать было тяжело. Не только из-за спертого воздуха и пыли, витающей в комнате, но и из-за душащих воспоминаний. Аня подошла к окну и открыла его. На улице сегодня стояла жара, поэтому легче не стало. Усевшись на подоконник, она оглядела пространство перед собой, остановившись на кровати. Там, под матрасом, хранились ее тайны и мысли, о которых знала только она и листы бумаги. Опустившись на колени, Аня просунула руки под матрас, на ощупь выискивая личный дневник в твердом бежевом переплете.

Аня вела его не так часто и обычно записывала события двух категорий: то, что сильно ее порадовало, и то, что заставило сердце разбиться на части. Значимых и счастливых моментов хватало, но она перестала записывать их, когда в ее жизни появился Морозов.

Раскрыв дневник, Костенко погрузилась в чтение первых страниц, от которых веяло юностью. Записи, датированные школьными годами, заставили уголки губ приподняться. Она помнила, как купила этот блокнот в киоске неподалеку от школы. Планировала записывать туда философские изречения, которые встречала на просторах интернета или которые крутились у нее в голове. Однако блокнот пролежал пустым вплоть до одиннадцатого класса, пока однажды летом она не стала получать анонимные письма. Весь август Аня хранила тайну в себе, потому что не могла рассказать об этом отцу. А потом ее начали переполнять эмоции, которые в начале нового учебного года она решила выразить на бумаге.

05.09.2017

Сегодня кто-то снова подкинул мне стихи в почтовый ящик. Странно это все. Аноним не называет своего имени, и я понятия не имею, кто пытается наладить со мной контакт. Даже нет никаких предположений, ведь в моем окружении практически нет парней. Мои одноклассники уже состоят в отношениях – только Даня, мой лучший друг, никак не может найти себе девчонку. Хотя он довольно-таки красивый и харизматичный. Иногда мне кажется, что нас связывает нечто большее, чем просто дружба. Но эти догадки можно отмести. Дане нравятся другие девушки. Он следит за моделями…

12.09.2017

Когда мы гуляли с Даней после уроков, он спросил, почему я улыбаюсь. Пришлось сознаться в том, что с августа я получаю письма от анонима. Стихи и правда очень трогательные. Каждый раз в них особый смысл. Я удивлена, что в современном мире парни бывают такими романтичными. Когда я рассказала об этом Дане, он отчего-то смутился и отвел взгляд. Я так и не поняла, что случилось. Но мы не вернулись к этому разговору. Он довел меня