Тайновидец. Том 4: Обратное течение - Алекс Рудин

экспедицию в северные моря. Создаем артефакты для кораблей, чтобы они могли пройти сквозь льды и магические поля.

— Вот оно что, — понял я.

Значит, вот как Игорь Владимирович вдохновил Савелия Куликова на перестройку лаборатории. Ведь отец Куликова погиб, разыскивая в северных морях Место Силы. Экспедиция должна была отправиться по его следам.

— У нас тут целое производство, — гордо сказал Гораздов, пропуская меня в здание. — Взгляните сами.

Он ничуть не преувеличил.

В больших цехах длинными рядами стояли верстаки, за которыми сосредоточенно трудились молодые парни. Они наносили какие-то знаки на толстые медные листы.

— Зачаровываем обшивку будущих кораблей, чтобы на нее не намерзал лед, — объяснил мне Гораздов.

— А где вы набрали столько людей? — удивился я.

— Игорь Владимирович взял на практику выпускников из магических училищ, — объяснил Гораздов. — Здесь те, кому выпал Путь Созидания.

— Надеюсь, вы поможете им стать настоящими мастерами, — улыбнулся я.

— Конечно, — уверенно кивнул Гораздов. — Прошу!

Он провел меня в небольшую комнату. Возле окна стоял длинный верстак, на котором были разложены инструменты и чертежи. Справа я увидел еще одну дверь, которая вела в крохотную спальню.

Это помещение сильно напоминало маленький домик на улице Старых Якорей, в котором раньше жил Гораздов.

— У вас уютно, — заметил я.

— Да, — кивнул Гораздов. — Привычка. Лишнего мне не надо, а здесь все под рукой.

Он предложил мне табурет и сам сел напротив.

— Так что у вас за дело?

— Мне нужен артефакт, — прямо сказал я. — Такой, который смог бы защитить своего владельца от нападения зачарованных животных.

— Понимаю, — деловито кивнул Гораздов. — Артефакт, противостоящий анималистической магии. Что ж, схема не сложная. Но хорошо бы мне познакомиться с тем, кто будет носить этот артефакт. Понимаете, Александр Васильевич, артефакты с личной привязкой всегда надежнее.

— Это будет затруднительно, — признался я. — Девушка сейчас находится в госпитале. На нее недавно напали, и она еще не пришла в себя после нападения. Но если встреча необходима…

— Посмотрим, — задумчиво нахмурился Гораздов. — А вы хорошо ее знаете?

— Я ее спас, — ответил я. — И последние два дня она прожила в моем доме. Кроме того, мы с ней вместе расследовали нападение.

— Расскажите мне о ней, — предложил Гораздов. — А я попытаюсь представить ее по вашему рассказу.

Внимательно выслушав меня, артефактор мягко улыбнулся.

— Да, у меня получилось ее представить. Славная девушка, судя по вашему рассказу. Говорите, у нее рыжие волосы?

— Да, — улыбнулся я. — И веснушки.

— Кажется, я знаю, какую основу нужно взять для артефакта, — кивнул Гораздов. — Сейчас поищу.

Он открыл небольшой сейф, который стоял в углу верстака и принялся в нем копаться. Сейф был тот же самый, что стоял у него дома. Я узнал дверцу, которую когда-то погнул Юрий Горчаков. Дверцу выправили, но следы взлома остались.

— Вот, — выпрямляясь, сказал Гораздов. — Это подойдет.

Он показал мне медальон на тонкой, но прочной серебряной цепочке.

Серебряная птица с расправленными крыльями и желтыми янтарными глазами.

Она полностью помещалась на ладони, но была изготовлена так искусно, что я мог рассмотреть каждое перо.

— Замечательная вещица, — кивнул я. — И отлично подойдет Елизавете Федоровне. Откуда она у вас?

— Купил по случаю в одной ювелирной мастерской, — улыбнулся Гораздов. — Это моя слабость. В свободное время хожу по мастерским и антикварным лавкам и покупаю все, что приглянется. Знаете, очень важно, чтобы артефактору нравилась основа будущего изделия. Тогда магическое плетение ложится легче и надежнее.

— Понимаю, — согласился я. — Симпатия усиливает магию.

— Именно, — кивнул Гораздов.

— А когда артефакт будет готов?

— Прямо сейчас, — просто ответил Владимир Кириллович. — Я же говорил, что плетение несложное. Подождите несколько минут.

Он сел к верстаку, расставил перед собой несколько квадратных стеклянных бутылочек с разноцветными наклейками — это были магические накопители — и принялся крутить в пальцах фигурку серебряной птицы. Я с любопытством наблюдал за его работой.

Чуткие пальцы артефактора словно ожили. Они тянули невидимые магические нити и плотно оплетали ими расправленные крылья, легкое тело птицы и широкий хвост.

Гораздов не обошел вниманием цепочку — на нее он тоже наложил магическое плетение.

В какой-то момент мне показалось, что я вижу тонкие разноцветные узоры плетения. Я различил бледно-зеленую нить магии природы, серебристую жилку магии жизни. И еще какие-то нити, которые не мог опознать.

— Готово, — кивнул Владимир Кириллович, протягивая мне артефакт.

— А что за магию вы использовали? — заинтересовался я. — Мне удалось кое-что увидеть, но я не все понял.

— Даже это удивительно, — улыбнулся Гораздов. — Вы очень наблюдательны, Александр Васильевич, раз сумели что-то рассмотреть.

Он удивленно наморщил лоб.

— Никакого секрета нет. Я использовал магию жизни и магию природы. Эти чары вернут зачарованному зверю свободу. Имейте в виду, что хищника они не остановят, просто выведут его из-под магического контроля. Магический зверь станет просто зверем.

— Надеюсь, до встречи с настоящим хищником дело не дойдет, — кивнул я.

Гораздов кивком указал на бутылочку с черной этикеткой.

— Кроме того, я добавил в контур магию смерти. Она не предназначена для убийства. Сильный анимаг может поднять мертвое животное и сделать его своим орудием. Магия смерти защитит именно от такого случая. Ну, и защитный контур, само собой.

— Этот медальон не окажет магическое воздействие на Елизавету Федоровну? — уточнил я.

Гораздов покачал головой.

— Ни в коем случае. Энергия магического плетения направлена только наружу.

— Спасибо, Владимир Кириллович, — кивнул я, забирая артефакт. — Сколько я вам должен?

— Нисколько, — возразил Гораздов. — Это моя благодарность за то, что вы помогли мне в свое время.

— Обойдемся без моральных долгов, — улыбнулся я. — Они только осложняют жизнь. А хорошая работа всегда заслуживает хорошей оплаты. Назовите сумму, Владимир Кириллович, чтобы мне не пришлось гадать.

Гораздов назвал сумму.

— Я переведу вам деньги, как только доберусь до отделения Имперского банка, — сказал я. — Спасибо за помощь, Владимир Кириллович.

— Хотите чаю? — предложил Гораздов.

— Это общая привычка артефакторов — пить чай? — рассмеялся я. — Нет, благодарю. Мне еще предстоят дела.

* * *

День уже клонился к вечеру.