История русской литературы XIX века. Часть 1: 1795-1830 годы - Сергей Скибин

Поэзия А.И. Одоевского

Особое место среди лироэпических произведений на темы русской истории занимают стихотворения Александра Ивановича Одоевского – поэта-декабриста младшего поколения, чей поэтический дар проявился в наибольшей степени уже после 1825 г. Не известна точная последовательность создания таких стихотворений, как «Зосима», «Неведомая странница», «Старица-пророчица», «Кутья», известно лишь, что написаны они в 1829–1830 гг. По хронологии описываемых событий стихотворения относятся ко времени Ивана III и Ивана IV и прослеживают почти все этапы развития отношений Новгорода и Москвы в эту эпоху. В «Зосиме» новгородцы не предполагают о скорой гибели, шумно пируют у Марфы Посадницы, заносчиво судят о Москве, лишь один герой – Зосима предвидит падение города. В «Старице-пророчице» Одоевский рисует битву войск Ивана III с новгородцами, которая заканчивается поражением новгородцев. Стихотворение «Неведомая странница» описывает изгнание из Новгорода последних противников московского царя. События «Кутьи» относятся к эпохе Ивана Грозного. Стихотворение продолжает тему гибели Новгорода, завершает все предшествующие события, изображая картину злодеяний Грозного.

Стихотворения «Зосима», «Старица-пророчица», «Неведомая странница», «Кутья», как правило, называют балладами. Они действительно относятся к этому жанру, но имеют своеобразные черты. Главная из них – неразвитость внешнего действия. Обычно действие баллад активно, герой включается в жизненные бурные события. А что происходит в «Зосиме»? Одни пируют, другой не принимает участия в пире, а затем предсказывает гибель пирующих. В «Кутье» царит тишина, все действие сведено к одному эпизоду – Грозный принимает у себя новгородских изгнанников, справляет тризну; новгородцы сидят за столом, а Грозный ставит на стол кутью. Для исторических баллад Одоевского характерно изображение событий до и после кульминационного момента, поэт выбирает трудный для изображения психологический момент перед битвой, перед гибелью, казнью. По сути ничего не происходит в балладе «Кутья», но Одоевский строит балладу так, что читателя не покидает чувство тревоги. В первых строках сразу задается тон повествования – «Грозный злобно потешается В белокаменной Москве». Далее – сравнение Грозного с радушным хозяином, который принимает в гостях своих кровных братьев, обостряет понимание надвигающегося зла, фольклорные приемы отрицательного параллелизма, повтора с нарастанием в еще большей степени способствуют этому.

В этом небольшом по объему произведении поэту удалось исторически точно очертить характер самодержца: царь не только зол, жесток, но он и лицедей, потешающийся над жертвой. Вместе с тем баллада Одоевского не лишена аллюзионности: сквозь исторический рисунок просвечивают современные поэту события. Одоевский рассчитывал, что гибель вечевых республик будет сопоставлена с разгромом декабристов, изображение Ивана Грозного соотнесено с Николаем I.

В целом для баллады Одоевского характерны неразвитость внешнего действия и внутренний драматизм, постоянные приемы (включение видений), аллюзионность, создание символических образов (София, Кутья). В дальнейшем развитии русской поэзии баллада отчасти развивалась и в этом направлении.

Художественная проза декабристов

Наиболее популярными жанрами декабристской художественной прозы в начале XIX в. были повести, путешествия и очерки. В жанре путешествия значительным памятником прозы декабристов были «Письма русского офицера» Ф.Н. Глинки. В своем повествовании он ориентировался на «Письма русского путешественника» Карамзина. Его путешествие было по своему типу «смешанным» – познавательным и художественным. Большое место в нем уделено фактическим сведениям.

Первая часть книги (в «Письмах…» всего 8 частей) описывает военные действия 1805–1807 гг., рассказывает о Польше, Австрии, Венгрии – странах, в которых побывал офицер. Вторая и третья части описывают поездки Глинки по России, по Смоленской, Тверской, Московской, Киевской губерниям и охватывают период 1807–1811 гг. Последние же части рассказывают о событиях 1812–1815 гг. Цель, которую ставил перед собой автор, состояла не только в описании увиденного, но и в воспитании патриотизма, в ознакомлении с народными русскими обычаями, в рассказах о русских талантах. «Я старался рассматривать людей в их различных состояниях: гостил в палатах и жил в хижинах. Но там и тут главною целию моею было наблюдение нравов, обычаев, коренных добродетелей и наносных пороков», – признавался автор. В отличие от сентиментальных путешествий начала XIX в. в путешествии Глинки весьма скупо рассказывается о самом авторе, который выступает активным участником событий, а не простым наблюдателем.

Продолжают традицию декабристского путешествия «Записки о Голландии 1815 года» Н. Бестужева, «О Новой Земле» Н.А. Чижова (1823), «Отрывки о Кавказе» А.И. Якубовича (1825), «Поездка в Ревель» А. Бестужева (1821), «Путешествия по Германии и Франции» В.К. Кюхельбекера (1820–1821; опубл. 1824–1825) и др.

Жанр путешествия связан с очерковой литературой. Однако очерк развивался в прозе декабристов и как самостоятельный жанр. К романтическим очеркам относятся «Листок из дневника гвардейского офицера» А. Бестужева, «Толбухинский маяк», «Об удовольствиях на море», «Гибралтар» Н. Бестужева и др.

Самым популярным прозаическим жанром была повесть, которая обращалась либо к историческому материалу, либо к материалу современному. «Зачинщиком русской повести» (Белинский) был А.А. Бестужев-Марлинский. Он испробовал разные формы романтической повести – светскую («Фрегат «Надежда»», «Испытание»), фантастическую («Латник», «Страшное гаданье»), кавказскую, «восточную» («Аммалат-Бек», «Мулла Нур»), историческую («Гедеон», «Роман и Ольга», «Изменник», «Наезды», «Замок Венден», «Замок Эйзен», «Замок Нейгаузен», «Ревельский турнир»)[60].

Драматургия декабристов

Драматургические жанры были менее популярны в декабристской литературе, нежели жанры лирические и прозаические, и влияние декабристов-драматургов на развитие русского театра не столь велико. Исключение представляет П.А. Катенин, жизнь которого была связана с театром – он был и режиссером, и театральным критиком, и автором пьес. Но, в основном, Катенин-драматург известен как переводчик иностранных, чаще всего французских, пьес (Расина, Корнеля и др.). Одно из ярких драматических произведений Катенина, в котором выразились гражданские устремления автора, – стихотворный «Отрывок из Корнелиева «Цинны»» («Рассказ Цинны»; 1818). Отрывок представляет собой вольное переложение монолога Цинны из первого действия трагедии Корнеля с одноименным названием. Декабрист вольно подошел к трактовке сюжета пьесы французского классициста. Так, римский император Август, против которого направлен заговор Цинны, для Корнеля был добродетельным героем, а Цинна – злодеем и лицемером. Под пером Катенина история преображается: Цинна действует как герой, а дело заговора против монархии рассмотрено как желательное и законное. В «Отрывке» угадываются события заговора против Александра I, когда предполагалось убить царя во время богослужения в Архангельском соборе.

Оригинальной пьесой Катенина является трагедия «Андромаха» (1809–1818). Она продолжает традицию классицизма. Трагедия состоит из пяти актов, в ней строго выдержаны три единства, она написана александрийским стихом. Драматург проявил себя в этой пьесе новатором, пытавшимся постичь своеобразие античного мира и отказавшимся от условности изображения. Историческим источником, из которого Катенин черпал понимание античной эпохи, были произведения Гомера. Античные герои пьесы не осовременены Катениным, в них нет обычной для драматургии этого времени галантности, а, напротив, они грубы и подчас беспощадны. К сожалению, 1810-е гг. она поставлена не была, а когда в 1827 г. появилась на сцене, то воспринималась уже как архаичная и прошла незамеченной современниками.

Другим оригинальным произведением Катенина, романтическим по своему характеру, была пьеса «Пир Иоанна Безземельного» (1821), представлявшая собой исторический пролог к авантюрной пьесе А.А. Шаховского «Иваной, или Возвращение Ричарда Львиное Сердце» (по роману В. Скотта «Айвенго»).

К ранним драматическим опытам литераторов-декабристов относится трагедия Ф.Н. Глинки «Вельзен, или Освобожденная Голландия» (1808). Пьеса Глинки представляет собой аллюзионную политическую трагедию, в которой центральными являются тираноборческие мотивы: борьба Вельзена с незаконно захватившим престол Флораном (в его образе угадываются черты Наполеона), увенчанная в конце пьесы победой. «Вельзен, или Освобожденная Голландия» создавалась в предромантическую эпоху, во время всеобщего увеличения Оссианом, и оссиановс-кий колорит лежит на всем оформлении пьесы: действие происходит то в готическом замке, то на берегу бушующего моря, то при зареве пожара и блеске молний, под заунывный шум ветра и пр. Яркая зрелищность (декорации менялись в каждом акте), мрачный колорит пьесы являлись чертами нового предромантического стиля.