Оловянная корона (СИ) - Дмитрий Билик

Камни привычно понеслись навстречу темным фигуркам, как если бы это являлось их каждодневной рутинной работой — врезаться в затылки проходящим людям, но вот только долететь не долетели. Кто-то из местных в самый неподходящий момент обернулся, словно почувствовал недоброе, и вскрикнул. А вместе с ним крутнулся на месте и гигант. По телу Руслана пробежала холодная дрожь, и причиной тому был не кусачий крупный дождь и не пронизывающий ветер, Мёнемейстер понял — психо заметил его.

Значит, вот так и вот здесь. Сначала умрет он, потом Костя. Ольга… Руслан знает ее, побежит на помощь, значит, и она. А потом Марат с оставшимися подтянется. И всех под нож. Ну или что там этот Айвин придумает? Кровоток может перекрыть или сосуды язлом перевязать. А может что-нибудь поизощренней? Разорвет на атомы, оставит вместо них прямо здесь, на дороге, кроваво-костные пятна. Руса сглотнул комок, вдруг образовавшийся в горле, и принялся ждать.

Иван жестом отогнал аборигенов себе за спину и взмахнул руками. С земли поднялся огромный ком, Руслан не успел заметить, то ли обычного чернозема, то ли собранных в одну общую кучу камней, и рванул в сторону кинетиков. Это… это не может быть правдой. Мёнемейстер с легкостью «разобрал» ком до мельчайших частичек, и добравшееся до него скопление земли, камней и мелких сучьев превратилось лишь в груду песка, засыпавшего ноги Руслана. Быть не может. Психо, одолевший Гошу, действует, как кинетик средней руки. Фигня какая-то. Руслан успокоился и разочаровался одновременно.

Герой битвы при Утесе Гроз вновь вытянул руки вперед (у него что, все способности к пассам культяпками сводятся?), и дорога буквально взорвалась под напором невидимого подземного монстра. Огромные куски взлетали в воздух и снова подали на землю, а таинственный вал был все ближе и ближе. Руслану вспомнился старый американский фильм «Дрожь земли» — там огромные черви передвигались под песком, нападая на людей. Только здесь никаких червей не было. Может, психо тоже когда-то видел это кино?

Кинетик спокойно смотрел на взлетающие куски земли и «нечто», приближающееся к нему с бешеной скоростью. А когда от «псевдочервя» до него оставалось метров пять, просто хлопнул в ладоши, и все прекратилось. Дорога снова стала лишь дорогой, разве что теперь сильно разбитой, заваленной кусками земли и камня. Но на этом все. Дождь с ожесточением принялся заливать эти вывернутые, местами сухие, куски, унося вместе с грязными водяными потоками частички гумуса и превращая все в плохо приготовленную кашу с комками.

Но пора удивляться все же пришла. Загадочный Иван взмахнул руками, и земля принялась вздыматься, подскакивать в воздух и прилипать к невидимому каркасу вокруг психо и его товарищей. Вот это да. Решил защититься? Руслан неторопливо пошел навстречу, теперь вовсе не опасаясь, даже чуть опустив руки. Его охватила некая раздраженность, перемешанная с досадой.

И этот «полубог» одолел сильнейшего психокинетика и вырубил не самого слабого кинетика Женю. За счет чего? Неожиданности и удачи? Похоже на то.

Руслан приблизился вплотную к темному ржаво-бурому шару — земля вперемешку с вязкой глиной — и провел по нему рукой. Мягко… Он даже не изменил структуру своего «глобуса», не сделал его неприступным. Какой этот Айвин психо! Будь он настоящим, истинным психокинетиком, то попросту мог защититься каплями дождя. Да что там, ему даже вода не нужна. Воздух. Обычный воздух. Когда-то именно так Гоша останавливал пули. А этот…

Теплая волна дрожи прошла по телу Мёнемейстера Проклятой лощины, взорвавшись на миллиарды осколков, пронзив каждый нейрон и отозвавшись жуткой головной болью. Руслан не бил в ладоши, не вытягивал руки, не делал никаких «вспомогательных» движений, которыми грешили начинающие кинетики. Он просто захотел. Так сильно, насколько мог захотеть. И защитный грязевой шар разлетелся в стороны. Исчез так быстро, будто его никогда и не было. А под ним пятеро — тот самый злополучный Айвин, странный старик в халате, явно восточного происхождения, укрывающий девочку из деревни, и двое совсем местных — в одинаковых доспехах с якорем на груди.

Руслан внимательно осмотрел с ног до головы Ивана, как хозяин в магазине осматривает породистого щенка, думая, стоит ли платить за него такие огромные деньги. Ну да, смазливый. Бабам молоденьким такие нравятся. Прямой нос, девчачьи глаза, аккуратный рот, даже щетина идеально ровная, будто электробритвой по ней прошлись, чуть неряшливые, но точно специально так уложенные русые волосы. Немного картинку портило родимое пятно на шее, похожее на высохшую кляксу. Но даже эта ложка дегтя не влияла на всю бочку меда. Иван был красавчик.

Руслан провел рукой по ощетинившемуся ежику на голове, поскреб пальцем небритые щеки. Да, против него он, Руслан Яникеев, кинетик десятого ранга, орк орком. Он, в принципе, никогда особым благообразием не обладал, даже не понимал, что женщины в нем находили. Но вот именно сейчас, перед этим эталоном мужской красоты, словно вышедшим из парижского музея мер и весов, сир Мёнемейстер почувствовал себя особенно ущербно. Может, отсюда накатила на него необоснованная злоба.

— Легли, живо! Лицом в землю.

Послушался только старик с восточным лицом. Он, кряхтя, приподнял полы халата, встал сначала на колени, а потом, опершись на руки, лег на мокрую холодную землю. Стражники в доспехах с якорем, девочка с деревни и «полубог» смотрели на Руслана. Казалось, что Иван даже слегка удивленно.

— Легли на землю! — медленно повторил кинетик.

Но его слова обратились в пустоту и не возымели никакого эффекта. Сзади уже подоспел Костя, но Мёнемейстер не обращал на него внимания. Он попросту начал давить. «Бульдозером», это кинетики между собой так называли. Давно, когда еще точных вычислений категорий не было да определяли все на глазок, эту штуку и придумали. Становились два кинетика между собой и давили, пока один не сдавался. Так и вычисляли сильного. Метод примитивный, но Руслан, почему-то, не придумал ничего лучше.

Именно сейчас он хотел просто раздавить этого лжеца, выдававшего себя за сильного воина, а на деле оказавшегося обычной пустышкой. Желал оставить от «полубога» лишь кучу шелухи, в которой и человека разобрать будет трудно. И того ему будет много. Был бы он психокинетиком, расщепил на атомы и развеял над всей Кантией. Чтобы ни одного следа больше, ни одного упоминания об этом сопляке. Ведь сколько ему? Похоже, тридцати даже нет. Поколение пепси, мать его.

Он усилил давление и сделал несколько шагов. Иван сопротивлялся, как мог, Руслан чувствовал это, но победа была лишь вопросом времени. Психокинетик даже вытянул руку, словно пытаясь спастись от возможного удара, — так защищаются маленькие дети: зажмуриваются, втягивают голову в плечи и выставляют крохотные ручонки. Мёнемейстеру внезапно стало стыдно за себя, за свою несдержанность и обиду на этого человека, за неоправданные надежды и его вдруг обнаружившуюся слабость. Руслан убрал «бульдозер» и отступил.