Оловянная корона (СИ) - Дмитрий Билик

Билик Дмитрий

Оловянная корона

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Поди туда

Фергус Войл с тоской посмотрел на заходящее солнце. Оказаться возле Проклятой лощины, да еще ночью, «везение» для обычного человека редкое, но он уже со своими постоянными неудачами смирился. Делать нечего, милорд приказал. А ему, стражнику его светлости лорда Иллиана Лейтли, надобно было из кожи вон вылезти, дабы приказ, на который сам вызвался, выполнить. Да и вообще, собственно говоря, повезло Войлу с новым местом, кто бы его такого еще на службу взял?

Фергус поднял костлявую руку и почесал бровь. Да, сложения он самого смешного. Видно, издевались над ним Три Бога, когда создавали. Ноги, как ветки молодой ивы, руки — тростинки, что на ветру колышутся. Да еще и ростом Создатели обделили. Как приклеилось с детства прозвище Сморчок, так до сих пор под этим именем его в родных краях и знали.

С виду он, конечно, как подросток, хотя исполнился ему двадцать один год и умом дальше всех сверстников пошел. Фергусу предлагали даже стать переписчиком в храме Трех Богов, но Войл с детства мечтал быть стражником. К Энтам, разумеется, его не взяли. Как, собственно, к Тумкотам, Висселам и Лестерлингам. Да что там, Фергуса отвергли Эейзенги, Крайеры, Ойзонери, Чернеры и даже Эйртри.

А вот сир Иллиан приметил. Проезжал тогда он мимо деревушки, где остановился Войл в поисках работы. Фергус тогда брался за все подряд, лишь бы брюхо набить да ночь скоротать. Представлял он собой жалкое зрелище: под ногтями навоз, лицо в саже, от тела, подолгу немытого, смердит, как от попрошайки из столичного Вонючего квартала. Уж и не помнил, что высокородному Лейтли тогда сказал такого. Чем лорд его запомнил? Да не просто запомнил, а предложил службу. Причем, как и хотел Войл, стражником.

Фергус бережно потрогал якорь на груди — знак принадлежности к семье Лейтли. Очень он боялся, что может в любой момент проснуться. Что все случившееся с ним, окажется лишь сладкой грезой. Поэтому с утра каждый раз судорожно ощупывал меч у пояса — личный подарок лорда — и с облегчением выдыхал. На месте. Все взаправду.

Почти месяц прослужил он у нового господина. Самого странного лорда, которого видел на своем веку. Необычного своим простодушным обращением к подданным, своевольной любовницей, разумным и мудрым правлением.

Фергус не слышал ранее о фамилии Лейтли. Но знал — сир Иллиан близко знаком с маленьким королем Эдваром. Даже был ранен в битве при Утесе Гроз. После чего ему и пожаловали Виргирдские земли, известные некогда как владения лорда Воров. Что стало с самим лордом Воров, осталось загадкой. Впрочем, вряд ли это вообще было кому интересно.

У сира Иллиана, а вместе с ним и Фергуса, забот и без того хватало. Разбойники, обитавшие здесь и кормившиеся от прежнего хозяина, проигнорировали указ короля о закреплении за лордом Лейтли Виргирдских земель и всячески препятствовали наведению порядка. По-хорошему, нужно было отправить гонца с подробным описанием всех злоключений его светлости в столицу и ждать серебрянокрылых гвардейцев. Только слишком горд для этого сир Иллиан. Говорил, дескать, сам должен разобраться с разбойниками. Что у короля и без него дел по горло.

Только где ему самому разобраться? Живут в деревеньке близ замка, потому что в самой цитадели хозяйничают бандиты. Выбить оттуда их нет никакой возможности. У лорда полтора десятка человек, да местные. Благо, у разбойников не намного больше. Вот и бодаются так уже больше месяца.

Правда, как оказалось, у сира Иллиана все же было одно преимущество — любовница. У самого Фергуса, естественно, женщины никогда не было, куда ему такому несуразному к ним, но знал Войл, для чего бабы нужны, что мужики с ними делают. Но и тут лорд удивил. Оказалось, что егойная Хелен такая мастерица в битве на кинжалах — залюбуешься. Да что там, она бы мужику любому уступку сделала, а все равно бы верх взяла. Поэтому все вылазки отступников закона ни к чему не приводили, ровно как и тщетные попытки проникнуть в замок. Тут даже Хелен ничем не могла помочь.

Тогда, наверное, сир Иллиан и заговорил впервые об Айвине. Конечно, Фергус слышал о великом герое, отбившем у северян Утес Гроз и переломившем битву за корону. О нем говорили во всех уголках Кантии, слагали песни и легенды о происхождении полубога, а некоторые даже видели странствующего гиганта. Но и предположить нельзя было — Айвин близкий друг хозяина. Просто уму непостижимо! Друг-полубог.

Потому-то приказал сир Иллиан найти Айвина, чтобы тот помог с разбойниками. А Фергус сразу вызвался — очень уж послужить хотелось лорду за всю его доброту. Не доспехи помогать надевать или за выпивкой бегать, а по-настоящему послужить. Только сказать легко, а как сделаешь? Поди туда, незнамо куда. Где искать этого самого Айвина, если в первой же по соседству деревне Фергусу указали в три разных направления, заверив, что не больше чем два дня назад полубог отправился туда.

Повезло, что путешествовал Айвин по королевству своим ходом, как и Войл. Только у стражника было одно серьезное преимущество — хоть с виду Фергус дохляк дохляком, но на деле выносливый, как жилистый старый осел. А как иначе, чай с детства все дороги исколесил, обивая пороги знатных и не очень домов. Поэтому рано или поздно он все равно должен догнать Айвина.

Только заходил стражник все дальше и дальше, а настичь мифического героя не получалось. Сидело в его слабой хилой груди чувство, что еще немножко и увидит он чудо из чудес — живого полубога. Но время шло, а хоть что-то, отдаленно напоминающее могучего мужа, вдали все не появлялось. Теперь вот и вовсе стражник добрался до самой Проклятой лощины. Признаться, Фергус никогда особой храбростью не обладал. Он и сам удивлялся, как до сих пор не развернулся и не бросился прочь. Ведь знамо дело, какие слухи об этом месте ходят.

Наверное, останавливала вера сира Иллиана в него. Не мог он такого человека подвести. Единственного, в Фергуса Войла поверившего, заметившего что-то под этой нелепой оболочкой человека по прозвищу Сморчок.

Стражник семьи Лейтли тяжело вздохнул и зашагал вперед. Солнце уже почти скрылось, с тоской выглядывая одним глазком из-за горизонта, а луну скрывали плотные облака. Широкая дорога разошлась змеиным языком на две тропки, и Фергус выбрал наименее проторенную. Не успел он пройти и сотни шагов, как стежка нырнула вниз, точно под землю, и запетляла меж огромных камней. Когда они кончились и расступились, у Войла от огней зарябило в глазах. Словно и не маленькая деревушка перед ним была, а громадный город. Так вот, значит, какая ты есть, Проклятая лощина.