В поисках ответов (СИ) - Пастырь Роман

То, чего мне самому не хватало. Но как он там оказался? Про это торговец ничего не знал. А раз так, то…

Выругавшись про себя, помянул Еретика. Почему-то чувствовалось, что это его очередная подачка, чтобы усилить свою «скаковую лошадь». Сволочь.

— Это пустышка, — ответил я, соврав. — Никому он не принадлежит. Так что закончили на этом.

— Серьезно? — удивилась-обрадовалась Соня. — Тогда нас ждёт поздний ужин?

— Переночуешь у меня?

Соня вздохнула и рассмеялась, представив, что нам опять что-то помешает.

Не помешали.

Ещё вечером мне позвонил отец и спросил, не хочу ли я с ним отправиться в отпуск. Я отказался, конечно же, и уговорил его ехать в одиночку, отдохнуть и взбодриться.

Так что, когда приехали ко мне, в коридоре стоял чемодан, на кухне ждал остывший ужин, а отец спал у себя. Решил лечь пораньше, потому что выезд у него был в пять утра.

Идеально.

— Если не шуметь, тебе не придётся прятаться, — шепнул я Соне.

— Это ты на что намекаешь?

Образ её пошлых мыслей и то, как именно мы можем шуметь, был настолько ярким, что я, в этот момент пошедший на кухню, врезался в косяк, ещё и пальцы на правой ноге отбил. Соня прыснула и прикрыла рот рукой, сдерживая хохот.

Отец оставил порцию на одного, и какое-то время заняло приготовление нормального ужина. Соня хотела помочь, но я шикнул на неё и всё сделал сам. Хотел порадовать девушку, а она и не против, уселась и любовалась мною.

— А мы будем с тобой ещё тренироваться? Мысли защищать, всякие такие штучки.

— Будем. Но ты и так неплохо справляешься.

Это было правдой, я не лукавил. Те советы, что я давал, Соня восприняла и постоянно использовала. Училась управлять потоком внимания, выставлять на передний план нужные мысли и прятать те, что хотела скрыть. Вон, четкие образы мне посылать тоже научилась. Это были первые шаги, но и так всего за несколько дней она освоила больше, чем умеет большинство людей.

Жаль, что против серьезных повелителей это не сработает.

— Да? — удивилась она. — А мне кажется, что ничего не получается, и я для тебя как открытая книга.

— Должен признать, очень интересная книга, — улыбнулся я ей. — Но, если хочешь, можешь ещё раз потренироваться.

— Давай! — обрадовалась она.

— Тогда… Возьми соль на столе.

Соня послушно потянулась и взяла соль.

— Ой… — дошло до неё, что это были не просто слова, а внушение. — У меня словно автопилот включился.

— Поставь соль обратно.

Соня поставила.

— Но… — её лицо выглядело крайне озадаченным. — Как этому противостоять?

Который раз Еретика вспоминаю. Будь он проклят.

— Практиковаться. Хорошо знать, что твоё, а что нет. Ещё попробуешь?

— Конечно!

Так мы и развлекались, пока я готовил. Соня делала всякие странные штуки, пытаясь отследить и поймать то воздействие, которое я оказывал. Иногда у неё получилось, и тогда я чуть усиливал натиск. При этом внимательно отслеживая её эмоции, опасаясь вызвать страх. Но нет, Соня воспринимала это как игру, а не угрозу.

Мы поужинали, и я сразу помыл посуду, чтобы скрыть следы и не давать отцу повода задуматься, почему грязных тарелок две, а не одна.

— Мне нужно в душ, — заявила Соня.

Она боялась, что будет как-то не так пахнуть, а я не говорил, что балдею от любого её запаха.

В этот раз не было причин вместе идти в душ. Отец спал, никто бы случайно не зашёл. Но у Сони были свои планы. Я собирался остаться снаружи, но она решительно схватила меня за руку и затащила в ванну.

— Я боюсь одна мыться. Ты же меня не оставишь?

И как здесь отказать?

— Не оставлю, — сказал я охрипшим голосом.

— Курт… — протянула Соня и опустила взгляд. — А ты можешь… Ну… не стараться?

— В смысле?

В моей голове, от того что произойдет дальше, и так сумбур творился, а этот вопрос в ступор поставил.

— В прошлый раз ты угадывал мои желания, и я чуть с ума не сошла, когда всё обломалось, — призналась Соня. — Ещё я боюсь, что опять что-то произойдет. Знаю, иррациональный страх, но что поделать. Поэтому давай… Ну… Давай просто будем неумелыми подростками?

— Тссс… — я приложил палец к её губам. — Я тебя понял. Но всё равно буду угадывать твои желания.

Соня возражать не стала. Потянулась ко мне, принялась стягивать кофту. Она с меня, я с неё.

В нашем доме было два этажа. Наверху жил я с сестрой, пока Али не уехала. Отец же обитал внизу, жалуясь на колени и не желая часто подниматься по лестнице. Также у нас было две ванны. Одна полноценная, в которой любила посидеть сестра — сейчас мы находились в ней, — и одна с душем, внизу, которой пользовался отец.

Иначе говоря, не было причин, чтобы нам кто-то помешал.

Да и не думали мы в тот момент об этом. Забыли о том, что пришли помыться. Я стянул с Сони майку и впервые увидел её голой, не украдкой, а полноценно.

Мы целовались так жадно, что не хватало дыхания.

Я целовал её губы, шею, ключицы, грудь. Подхватив Соню, прижал к себе. Она обхватила меня ногами и её ногти вцепились мне в спину.

Как оказались на полу — никто из нас сказать бы не мог. Я исследовал тело Сони, находя новые и новые тропы от губ к другим манящим местам. Что бы она там ни говорила, но я старался не ради того, чтобы угодить и сделать всё идеально, а потому что наслаждался каждым мгновением с ней, каждым поцелуем, что мог себе позволить.

Когда спустился к низу живота, Соня застонала. Если какие-то частички разума ещё оставались, они покинули нас.

— Курт! — выкрикнула-простонала она, изгибаясь.

Это было одновременно пугающе и завораживающе. Я слишком хорошо чувствовал, что доставляет ей удовольствие, и это было опасным оружием, что работало против нас двоих…

…Мы стояли под душем, прижавшись друг к друга. Довольные, расслабленные, пропитанные нежностью момента. Время перестало для нас существовать.

Опомнились только тогда, когда нас снова потянуло друг к другу, и мы оба, не сговариваясь, захотели переместиться в спальню.

В ту ночь нам так и не удалось нормально поспать.

По коридору отеля, перебегая от одной двери к другой, двигался вооруженный отряд. Лиц не было видно. Головы закрывали странной формы шлемы. Матово-серые, они выбивались из общей черной формы.

Отряд остановился возле одной из дверей, вперед вышел боец и приложил ключ к замку. Раздалось пиликанье, боец ударил ногой по двери и отскочил в сторону. Второй кинул внутрь светошумовую гранату.

Если бы в коридоре стоял посторонний человек, он увидел бы эту картину и подумал, что тому, кто внутри номера, крепко досталось. Но если бы этот человек обладал способностями повелителя и находился внутри, то увидел бы совсем другое.

За две минуты до появления отряда Еретик спал. Потребности организма у повелителей разной силы не особо отличались, и он также ел, спал, пил воду и дышал, как и остальные люди. Спал он тоже как обычный человек. На животе, закинув ногу на вторую подушку, полностью голым.

За полторы минуты до появления отряда Еретик проснулся, но дергаться не стал. Прислушался к чему-то, приподнялся, недовольно скривившись и сетуя на то, что ему поспать нормально не дают, и неспешно принялся одеваться. К моменту, когда дверь открыли и внутрь кинули гранату, он был полностью готов.

Гранату Еретик поймал на лету и вышвырнул её в приоткрытое окно. Занавески же были полностью закрыты. Наверняка за номером присматривал хорошо обученный снайпер. Это не старика Гроссена отслеживать, в чьей голове десятки закладок.

— Поиграем, — сказал Еретик и принял стойку спринтера, отставив ногу назад и чуть присев.

Когда в дверь ворвался первый боец, Еретик сорвался с места. Он не видел нападающих, но ему и не надо было. Хватало того, что мужчина не чувствовал их разумов. Типичная ошибка тех, кто готовит обычных людей против повелителей. Почему-то они все поголовно заблуждаются, думая, что надо закрыть лишь разум, и тогда человек станет невидимым. Забывают про нервную систему, которая сродни электросети, пропускает через себя миллионы сигналов.