Барон Дубов 10 - Михаил Капелькин

зловеще закончила Маша и ещё более зловеще захохотала. Да так, что у меня мурашки по коже побежали.

Ну а я схватился за гриву Лютоволка, вновь его оседлал и со скоростью молнии полетел к полю битвы.

* * *

На борту дирижабля «День гнева»

Капитан наблюдал, как дюжина кораблей воздушного флота Деникина утюжит маленький клочок леса, вставший стеной между двумя небольшими армиями. И там творилось нечто невообразимое.

Деревья, которые всё же были уничтожены самой первой бомбардировкой, давно отросли. А тяжёлые орудия дирижаблей больше не могли бить по тем местам, так как туда вошли войска. Из-под плотных крон деревьев, вновь покрывшихся паутиной, вспыхивали, будто цветные лампочки под снегом, магические атаки и выстрелы орудий. Весь лес отсюда, с высоты птичьего полёта, напоминал звёздное небо, которое отражается в луже. А в лужу кто-то бросил камень. Вот только…

Капитан вдруг осознал, что не видит звёзд. Небо вновь заволокли чёрные бархатные тучи.

— Что происходит? — спросил он свой экипаж.

— Помехи, Ваше Превосходительство! — ответил радист.

— Видимость нулевая! — отрапортовал штурман.

— Компас и ветровые датчики сходят с ума, Ваше Превосходительство, — пожал плечами бортовой метеоролог.

Хорошо, что ещё виднелись бортовые огни других одиннадцати дирижаблей и вспышки их орудий. Хоть по ним можно ориентироваться. И по битве внизу.

Внезапно поднялся сильный ветер, засвистел в щелях и амбразурах гондолы и мощным ударом качнул баллон. Окна задрожали под его напором. Капитан сглотнул вязкую слюну. Он хорошо помнил, как их потрепала предыдущая буря. Несколько дирижаблей чуть не столкнулись.

— Определить центр бури и открыть огонь из всех орудий! — скомандовал капитан «Дня гнева». — Передайте это на все дирижабли. И найдите, чёрт возьми, адмирала! Он должен быть в кают-компании!

Несмотря на помехи, команду смогли передать на остальные судна флота. Другие капитаны согласились, что нужно накрыть центр бури плотным огнём, так как приборы зафиксировали всплеск магической энергии. Значит, и буря опять магическая.

Просто капитан не знал, что это всё часть плана барона Дубова и князя Мечникова. И что они действуют в точном соответствии с ним.

От двенадцати огромных судов, кое-как выстроившихся в боевой порядок, в сторону эпицентра бури полетели тучи снарядов: крупные мины и снаряды бортовой артиллерии — разноцветные и золотые из-за магии и высокой температуры, плавные кривые пулемётных очередей, рои светлячков от шрапнели, расцветающие взрывы зенитных орудий. Все они стремились примерно в одно место. Исчезали в брюхе тучи. Крупные мины и бомбы детонировали где-то внутри, подсвечивая утробу бури, но не причиняли ей вреда.

Вдруг в эпицентре метели что-то ослепительно засветилось. Будто маленькое солнце зажглось внутри.

— Попали! — вскричал один из членов экипажа, наводчик орудий третьей секции правого борта.

Он радовался как ребёнок, ещё не зная, что «попали» здесь они.

В следующий миг сквозь тучу пролетел метеорит, объятый огнём, и пробил насквозь один из дирижаблей. Сначала всех ослепил мощный взрыв, а затем от грохота задребезжали стёкла обзорных окон капитанского мостика.

— Да хранят нас все боги… — прошептал капитан дирижабля, бледнея от ужаса.

Брюхо тучи снова подсветилось, и ещё один метеорит сбил второй дирижабль.

С визгом петель открылась переборка, и на капитанский мостик поднялся адмирал флота Деникина, всё это время занимавшийся разработкой плана атаки столицы. Невысокий, гладковыбритый мужчина с сединой. На вид ему было лет сорок пять.

— Ваше Высокопревосходительство, что нам делать? — окликнул его капитан, надеясь на чудо.

Адмирал встал рядом и замер, глядя, как горит и опадает на землю махина третьего дирижабля. Замотал головой и испуганно произнёс:

— Н-ну на хер!

Адмирал развернулся, схватившись за рукоять сабли на поясе, и попытался сбежать. Но капитан поймал его.

— Куда вы, адмирал?

— Нет, ты видел? Видел, а? — упирался адмирал. — Это же Огненный дождь! Пусть и в первой стадии, но нам и этого хватит! Это Инсект первого Императора! Да мы все мертвецы, если сейчас не свалим отсюда!

— О чём вы, адмирал? Первый Император мёртв семь веков! А ни у одного царевича нет даже похожего Инсекта. Это невозможно! Это… просто какая-то уловка врага!

— Уловка? Уже несколько судов сбито этой уловкой! — дёргал свою руку адмирал, пытаясь вырвать её из захвата капитана. — Может, Император и мёртв… Но послушай донесения снизу. Там идёт настоящая атака мертвецов! Так что очень может быть, что и первый Император где-то там! Мёртвый и ужасно злой, что мы пытаемся свергнуть его династию!

Он наконец вырвал свою руку из хватки капитана и яростно прошептал:

— Вы как хотите, капитан первого ранга, а я покидаю судно. Задумка была хорошая, но дни Деникина, — он ткнул пальцем в окно, где уже летел новый метеорит, — сочтены!

Командир всего флота выбежал через дверь, а уже через минуту вылетел на одноместном биплане с нижней палубы гондолы. Весь экипаж уставился на капитана, ожидая его команды, а тот всё пытался осмыслить сказанное адмиралом.

Ему не было известно (да и откуда?), что в центре бури находится всё та же девушка, ставшая причиной и предыдущей метели. Но в этот раз не одна. На мини-надувной платформе, сделанной одной талантливой гоблиншей, под защитой магического барьера дружинника Мечникова, находились Василиса Онежская, царевич Павел и Лакросса Морок.

Зато капитан прекрасно видел, как горят тяжёлые дирижабли флота Деникина. Как медленно оседают на землю пылающие башни, расплёскивая вокруг себя раскалённый металл и капли резины.

— Вы слышали, что сказал адмирал, — произнёс он, хоть сколько-то придя в себя, и дрожащей рукой снял фуражку. — Отставить огонь, погасить бортовые огни. Валим отсюда.

— Но наши товарищи?.. — спросил кто-то.

Капитан даже не посмотрел на него.

— Они уже мертвы.

Последнее, что он увидел, это лавину мелких предметов, вылетевших из тучи. Словно рой мошек быстро приближался к ним. Затем в гондолу и баллон, пробивая все пластины брони, начали вонзаться сотни копий.

— Какого… — прошептал капитан дирижабля «День гнева».

Затем копья взорвались.

* * *

Где-то

Дмитрий Слонин

Убитые растениями солдаты начали оживать. Стебли, что несколько минут назад пожирали их, взяли тела под контроль. Начался сущий ад. Мертвецы вгрызались в плоть живых, перекидывая на