Спаситель - Екатерина Лесина

class="p1">То, как срастаются воедино пластины, образуя нечто… странной формы, ломаной, но донельзя правильной. Ощущение было таким, словно некогда разобранная вещь ныне вернула былую целостность. И теперь она тянула силы.

Из Ирграма.

Тянула жадно, много, широким потоком.

Ирграм понял, что не справиться. Впрочем, прежде чем он успел подумать о том, что не справиться, тело его раскололось, отторгая пластины.

Точнее шар…

Не совсем.

Фигура вышла мгоногранной. И нестабильной. Она подрагивала, меняясь, делаясь то меньше, то больше. По граням ползли знаки, и сама она издавала тонкий на грани слышимости нечеловеческого уха звон. Звон причинял боль. И еще перекрывал рев тварей, которые пришли в неистовство.

Что бы ни мешало им сотни лет, теперь это было разрушено.

И темная чернильная вода из одной емкости почти выбралась, чтобы соединиться с такой же жижей из другой емкости. Они тянулись друг к другу.

Они ползли по трещинам и трещинкам, касались, ощупывая…

— Тихо, — Ирграм все же поднял артефакт, стиснув его в руке. — А ну успокоились!

Он выкрикнул это, добавив к голосу волевой импульс, и к удивлению своему был услышан. Он вдруг… ощутил свою власть? Пожалуй. Над существом?

Существами?

Скорее над тем, что могло бы… пожалуй… многогранник — а пластины, до того ровные, причудливо изогнулись, создав новые грани фигуры — стабилизировался. И силу все еще тянул, но извне, при том сам тоже излучал. Впрочем, стоило поместить его внутрь тела — на это Ирграм решился далеко не сразу, как много стало понятней.

То, в бассейнах, не было живым.

Но и не было неживым. Оно содержало энергию и материю. И… выходит, Древние здесь создавали? Кого? Существ? Себя же? Иных? Боевых големов, к примеру? Или нечто принципиально другое? Главное, что эта зала не столько излучала силу, сколько поглощала её… в отличие от первой.

Логично.

Все процессы созидания энергозатратны.

А вещь… вещь являлась чем-то вроде управления? Интересно. Ирграм сосредоточился, пытаясь уловить, если не суть, то хотя бы энергетические потоки. Они были. Одни уходили внутрь, другие — вовне. И главное, что тело спешно подстраивалось, вылепляя… что-то вылепляя.

Не форма важна.

Ирграм замер, глядя, как плоть его соединяется с энергией, как образуется некий общий каркас, сперва хрупкий, простой, словно куб, сложенный из соломинок. Но с каждым мгновеньем прочность его возрастала, как и сложность.

Сперва появились линии-отражения ребер многогранника.

Внутри них возникли другие.

Третьи.

И вся эта структура, раздаваясь в стороны, меж тем сохраняла стабильность.

И связь.

С тем, что находилось в ваннах… а если… если взять память не свою, но тела… или лучше этой вот структуры? Попробовать… изолировать.

Он прополз чуть дальше, выбрав ванну, чье содержимое имело темно-синий цвет и оставалось почти неподвижным. Легкая рябь, что прошла по поверхности, не в счет.

А теперь…

Мысленно?

Или…

Ирграм не без опаски коснулся поверхности. Плотная. Теплая. И теплота именно та, человеческого тела. От прикосновения его внутри зажглись искры. Они множились, плодились, рассыпались, подсвечивая воду. Или раствор?

Правильнее назвать содержимое ванны все же раствором.

Кого…

Что…

Светящийся квадрат, что возник прямо перед лицом Ирграма, едва не заставил его отпрянуть. Но усилием воли Ирграм остался на месте. Квадрат не казался опасным, скорее… да, внутри структуры вспыхнуло его отражение?

И пришло понимание, что это — тоже часть… чего?

Управления.

Письмена Древних, что протянулись рядом, подтвердили догадку.

Любопытно.

А главное, Ирграм не то, чтобы способен перевести написанное, скорее он понимает, о чем речь.

Воссоздать?

По последнему заложенному в памяти образцу?

Почему бы и нет.

Он раздумывал недолго. А затем протянул руку и коснулся уже квадрата. Несколько мгновений не происходило ровным счетом ничего. Ирграм даже решил, что ошибся. Но потом вспомнил, что, возможно, руке не хватает чего-то.

Плотности?

Или силы?

Он направил каплю. И да, квадрат мигнул, исчез, а искр внутри бассейна стало больше. Они суетились, словно рыбки в пруду, точно также сплетаясь в шар, чтобы после рассыпаться.

И снова закружиться.

Ирграм руку убрал.

Огляделся.

Содержимое прочих ванн вело себя на диво прилично. А вот потоки энергии уравновесились, и та, структура внутри, обрела вид… хотя нет, не законченный. Достаточный для минимального функционирования…

Ирграм моргнул.

Но очередной квадрат перед глазами не исчез, как и письмена Древних. Впрочем, несколько раз они менялись, прыгали, пока не преобразовались в некое подобие нормального текста.

«Синхронизация с сознанием завершена».

Это оно о чем?

И с чьим?

Надпись исчезла.

«Достигнут третий уровень кооперации. Повышение невозможно вследствие нестабильности первичной структуры»

И снова не понятно.

Ясно, что с ним пытается взаимодействовать та штука… интересно, как? Ирграм сунул руку внутрь…

«Дестабилизация биологической структуры…»

Надпись налилась красным. И руку Ирграм убрал. Нечего заставлять штуку Древних волноваться. Еще решит сама его стабилизировать.

«Идентификация объекта затруднена».

— Нежить я, — пробормотал Ирграм, не особо рассчитывая, что будет понят. Ему скорее было любопытно, как она отреагирует на голос.

Да и то, что происходило в бассейне, тоже было интересным.

Искры вытянулись, превратившись в длинные светящиеся ленты. А те сплелись новыми узорами. Свет пульсировал в собственном ритме, и это тоже было красиво.

«Термин ненаучен»

— Да неужели… ну и плевать. Ты кто?

«Контролер»

— Ты говоришь на моем языке?

«Процесс идентификации и языкового сопряжения находится в завершающей стадии. Для контакта используется принцип прохождения синаптического сигнала и сходства смысловых образов различных языковых систем по правилам Лагхарца…»

Ничего не понятно.

Кроме того, что его понимают. И сам Ирграм тоже понимает. Что-то. Впрочем, сложно ожидать, что Древние вот так возьмут и раскроют ему все тайны.

«Термин не понятен. Подключение к основным базам отсутствует. Подключение к резервным базом отсутствует. Доступ к резервным копиям отсутствует».

— Столько лет прошло…

«Информация о временном периоде отсутствует».

— Тысяча точно. Или еще больше, тут никто точно не скажет, — Ирграм поймал себя на мысли, что ему, пожалуй, нравится беседовать с… собой?

Или с Древним.

А вода в бассейне темнела.

И светящиеся ленты гасли одна за другой. И что там происходит-то?

«Процесс синтеза вступает во вторую стадию»

И сколько займет-то?

«При данном уровне насыщения энергией — от девяти до двенадцати стандартных часов».

Не так и много.

Ирграм подождет. Интересно, что получится из этого вот… хорошо бы женщина. Красивая… правда, Ирграм не совсем понимал, зачем ему сейчас женщина, тем более красивая, но…

Почему бы и нет.

Пусть будет.

Тело его чуть потеряло форму. И контролер внутри взвыл.

— Успокойся. Это обычный процесс. Не надо стабилизировать, —