Черный трафик - Кирилл Казанцев

– А твой Евсюков все же надеется свалить Манула, победить его самого и его бизнес?

– Знаешь, иногда я думаю, что Игорь Олегович желает не столько свалить Манула ради торжества закона, сколько ради того, чтобы завладеть его бизнесом. Ангелы с крылышками главами районных администраций не становятся. Равно как и городских, областных, краевых. Слишком много грязных поступков им надо совершить по пути наверх, чтобы оставаться чистыми.

– Тяжело тебе здесь, ты устала от всего.

– Наверное, – усмехнулась Вероника. – Но тебя ведь больше сейчас Манул интересует. Так вот. Он живет в Астрахани, а не здесь. Думаю, что никто толком не знает, где именно он живет. А знаешь почему? Потому что немало тел выловили у нас и ниже по течению. А о связях его я ничего не знаю.

Глава 9

Испортил я вечер, думал Антон, прислонившись спиной к дереву и глядя на окна Вероники. У нее вроде настроение стало улучшаться, а тут я с своим Манулом. Точнее, со своей работой. А потом она сказала, что замерзла, скомкала мою рубашку на своей груди и так голову склонила набок, будто подставляла губы, предлагала согреть ее. М-да! Интересно, что она обо мне теперь подумает? А может, это все мои фантазии? Может, в представлении женщины купание обнаженной с таким же обнаженным мужчиной при луне ничего особенного не значит? Черт их разберет!

Потом мысли Антона привычно вернулись в рамки своего оперативного задания. Он решил, что надо теперь все время помнить, что кто-то может связать бывшего следователя милиции Веронику Андрееву с загадочным гостем из Самары, который пытается выйти на канал поставки икры. Андреева в свое время пыталась выйти на Манула, нынешний гость пытается выйти на Манула. Значит, немало тел выловили здесь и ниже по течению? Вот Антона по весне не выловили бы.

Он отлепился от ствола дерева, к которому так удобно прижался, двинулся по улице вдоль дома и сразу боковым зрением заметил движение справа. Темная куртка с засученными рукавами в два оборота, темный свитер с низким воротом или футболка, кроссовки с двумя светлыми полосами по бокам. Приметы всплыли в памяти машинально. Этого человека Антон заметил, когда они загоняли машину во двор администрации, и потом, когда они шли к дому Вероники. Даже второго раза было достаточно, а тут уже третий.

Не из ухарства, не из желания поразмять мышцы и пощекотать нервы принял Антон такое решение. Просто что-то подсказало ему, что этого человека можно заставить ответить на вопросы. Что-то в его осанке, манере передвигаться было раболепное, мелкое. Как говорил Быков в таких случаях: «Это не ферзь, даже не слон. Это пешка». А еще Быков говорил, что в схватке интеллектов побеждает тот, кто может быстрее вычислить типаж противника.

Итак, этот тип не все выяснил для себя и продолжает следить. Значит, ему нужно выяснить еще что-то. Что? Разумеется, куда пойдет Антон или к кому. Если следят бандиты, то им надо знать, где же Антон все-таки ночует. Так, на всякий случай. Вдруг эта информация пригодится как лишний козырь в торговле? Опять все то же неожиданное пробуждение и тот же пресловутый холодный металл возле горла. Если следит полиция, то они подозревают Антона в связи с криминалом и их интересуют его связи. Жаль, что он теперь засветил Веронику. Тем более надо все выяснять, и как можно быстрее. Извини, парень, работа такая!

Антон играючи перепрыгнул через небольшую кучку щебня, которую оставили дорожные рабочие, всем своим видом показывая, что настроение у него романтическое и он ничегошеньки вокруг не видит. Пять минут такого передвижения, расслабляющего для наблюдателя, а потом… Он прижимался боком к стене дома, сидя на бетонном козырьке над одним из подъездов. Тут очень удачно проходила газовая труба и влезть на козырек было делом одной секунды. Так, легкое гимнастическое упражнение.

Мужчина, а точнее, парень лет тридцати с небольшим, выглянул из-за угла, а потом появился полностью, с недоумением озираясь по сторонам и напряженно прислушиваясь. Ночь, тишина, провинция. Какие тут могут быть звуки? Музыка в парке не орет, машины по улицам не ездят. Тут спать ложатся с темнотой, как в деревне. Ну, почти с темнотой. Сначала наблюдателя привлек звук автомобильного мотора, потом голоса подвыпившей компании. Но прислушивался он большей частью к звукам в подъезде. Не щелкнет ли дверной замок, не хлопнет ли дверь? И одолевали его сомнения. Может, пробежаться в крайнем подъезде по всем этажам? И не привлечет ли он к себе таким образом внимание «объекта»?

Антон обрушился на наблюдателя сверху, нанеся попутный удар по плечевой мышце рукой и под колено ногой. Рот парню он успел зажать почти сразу, поэтому вскрик получился сдавленный. Рывком поставив своего противника на колени, наступил ему на одну ногу, а руку завернул за спину. Быстро пробежав другой рукой по карманам, он обнаружил там бумажник, а в бумажнике водительское удостоверение. Никаких других удостоверений не было, зато в заднем кармане брюк был маленький складной нож. Почти перочинный.

– Кто ты такой и зачем за мной следишь? – прошептал Антон в ухо своей жертве, выворачивая слегка ему за спиной руку.

Парень застонал, напряг мышцы, пытаясь сопротивляться. Ничего путного у него из этого не получилось, и он решил использовать угрозы:

– Отпусти… пожалеешь…

– Кто? – снова повторил Антон.

– Плохо будет, – из последних сил терпя боль, повторил парень.

Оставалось либо сломать ему руку, но тогда, находясь в болевом шоке, он будет никчемным собеседником, либо применить еще что-то из разряда не очень интеллигентных штучек. Антон рывком завалил парня, почти придавив головой к стене дома и подперев ему подбородок своим коленом. Бедняга сейчас чувствовал себя, как кусок мяса в мясорубке. Но ждало его худшее. Перед его глазами раскрылся складной нож и лезвие легло под левый глаз, вжимаясь в кожу.

– Повторяю вопрос, Кутузов, – зловещим голосом процедил Антон, – кто ты и почему за мной следишь? Отвечай быстро, потому что я сейчас начну лишать тебя одного глаза.

– Ты этого не сделаешь, – простонал парень, но Антону послышалось в его голосе некоторое сомнение.

– Не сделаю? Я, к твоему сведению, очень люблю такие штуки проделывать. Для меня это райская музыка, когда жертва кричит и корчится в моих руках…

Антон продолжал нести всякую подобную чушь, а его пальцы уже раздвинули веки глаза, и лезвие ножика вот-вот должно было коснуться глазного яблока. Нервы у парня не выдержали раньше, чем у Антона кончилось терпение.

– Пусти… скажу… не надо…

– Говори, – разрешил Антон, поигрывая маленьким лезвием перед глазным яблоком.

– Человек один велел. Это из-за женщины, из-за Вероники Васильевны.

– Врешь, – покачал головой Антон. – Хотя, давай поподробнее.

– Ну, сам пойми! Ревность и все такое прочее. Кто с ней ходит, куда, какие отношения?

– Ты частный детектив?

– Нет, просто… бывший полицейский. А у него я вроде как офицер для особых поручений. Медницкий его фамилия, он в районной администрации работает, в коммунальном отделе.

– Что ты несешь? Какой коммунальный отдел и какие офицеры для особых поручений? Ты не бредишь, парень?

– Да это я так просто выразился! А Медницкий в самом деле заместитель начальника коммунального отдела. Только эта должность у него для видимости, чтобы числиться работником администрации. А на самом деле он что-то типа советника главы …Евсюкова.

Антон убрал лезвие от глаза и задумался. Парень кряхтел в неудобной позе в его руках, но о пощаде больше не молил. Кажется, он не врал, но что полученная информация значила для Антона? Какая ему от нее польза? То, что у правдолюбца, сторонника строжайшего правопорядка и демократа есть неофициальные советники по различным вопросам, это криминал? Нет, это просто барское желание иметь тех помощников, которые штатом не предусмотрены. Или не барское, а вызванное необходимостью. Например, тайной деятельностью, все той же криминальной. Или деятельностью по захвату криминала, подминанию его под себя. Тогда этот Медницкий очень вовремя обозначился на горизонте со своей ревностью. Потому что различные «Медницкие» – это инструменты политиков в их грязных делишках.

– И что мне теперь с тобой делать? – спросил Антон парня.

– Ты что? – уже откровенно испугался тот. – Ты… как ты скажешь, так я и доложу! Мне-то все это на хрена. Думаешь, что я за идею работаю или мне там платят бешеные бабки?

– Смотри, приятель. – Антон прошипел это прямо в лицо своей жертве. Получилось очень зловеще. – Смотри, если обманешь, то я тебя из-под землю достану. Не я, так кое-кто другой. И ты не одного, а обеих глаз лишишься. Медленно, со смаком, чтобы орал от боли долго. И никто тебя не спасет, а слепой ты кому будешь нужен?

– Не обману, клянусь! Я вообще собирался в Ростов перебираться. Приятель зовет, работу предлагает…

– Ну, вот пока не уехал, тогда запоминай. И учти, что это чистая правда. С Вероникой Андреевой я познакомился в поезде, когда ехал в Астрахань. В городе с ней встретился случайно, а до этого не знал, что она работает в администрации. Я коммерсант, организовываю поставки продуктов и алкоголя от производителей торгашам и рестораторам. Здесь меня интересует только ликеро-водочный завод и красная рыба с черной икрой. Все! Понял?