любви - Джил Уилбер

Встала Моника поздно и многое отдала бы, чтобы не выходить из каюты. Ей была невыносима мысль о встрече лицом к лицу со Стэном. Но прибежал Джеральд и стал уговаривать ее отправиться на берег вместе со всеми. Отказываться было нельзя, иначе ее поведение вызвало бы тьму подозрений.

Увидев, куда они причалили, Моника пожалела, что не осталась на катере под любым пред логом.

— Зачем мы сюда вернулись? — с недоумением спросила она, оглядывая скалистый берег, где Стэн чуть не овладел ею после истории с крокодилом.

Я не закончил съемку на водопаде, когда тебе потребовалась моя помощь.

Еще вчера Моника разрумянилась бы от счастья, вспомнив, что в то утро произошло между ними. Теперь же, зная, с кем он провел ночь, хотелось навсегда стереть из памяти вкус его поцелуев, прикосновение рук к своему обнаженному телу. Но память не желала отступать: воспоминания обрушились как лавина с гор.

Джеральд полез наверх водопада вместе с отцом.

Я посижу в тени,— тихо проронила Моника.

Только не подходи к воде,— раздался встревоженный голос Стэна.

Не беспокойся, больше я не буду искушать судьбу.

Элси сладко потянулась.

Наверное, я тоже здесь останусь. Для спортивных упражнений слишком жарко, по крайней мере, для аэробики.— Она наградила своего ночного гостя таинственной улыбкой, очевидно намекая на то, какими «упражнениями» она предпочла бы с ним заняться.

Стэн невозмутимо улыбнулся в ответ.

Каждому свое, Элси. Постарайся ничего не натворить, пока меня не будет.

От кошачьего взгляда девицы Монике стало не по себе.

Когда тебя нет, это не трудно. Желание набедокурить возникает, когда ты рядом,— промурлыкала красотка.

Крепись,— коротко бросил Стэн и повел Джеральда к скале.

Это не для меня.— Элси вытянула длинные ноги и принялась со всей тщательностью намазывать их лосьоном для загара.

Перед Моникой живо возникла другая картина — Стэн, смазывающий ей царапины мазью. Она с трудом заглушила готовые вырваться рыдания, но Элси тут же насторожилась.

Что-нибудь произошло?

Я почти не спала ночью и чувствую себя разбитой.

Девица нагло заметила:

Должно быть, оттого, что невыносимо все время притворяться.

Притворяться?!

Конечно! Вы из кожи вон готовы вылезти, доказывая, что Стэн вас безумно любит. Сегодня ночью он сказал мне...— Она приложила ладонь ко рту, якобы вовремя спохватившись...— Но мне запрещено говорить лишнее.

У Моники перед глазами пошли круги. Как он смел, болтать о ней, лежа в постели с этой потаскушкой?

Что же такое секретное он сказал?

Да ничего. И так каждому ясно, что вы совсем не идеальная пара. Как вам удалось заставить его сделать предложение — притворились беременной?

Это не ваше дело, мисс,— с достоинством произнесла Моника, чувствуя, что сердце разрывается от горя и унижения.

Сколько еще ночей провел Стэн в каюте у Элси? Душевные муки исказили лицо отверженной «невесты», и Элси снисходительно похлопала ее по руке.

Ну, не расстраивайтесь так сильно. Мужчины, подобные Стэну, на редкость темпераментны. Им мало одних поцелуев и объятий.- Самолюбие Моники было уязвлено. Наверное, все сложилось бы иначе, если бы она ему отдалась? Ей казалось, что тень покойной Лил разделяет их, но, скорее всего, виновата во всем она сама.

Вижу, вы задумались над моими словами. Мне бы не хотелось, чтобы вы оставались со Стэном, когда я вернусь в Брум, закончив показ мод.

Услышав нахальное заявление о том, что манекенщица готова занять ее место, Моника сжалась как стальная пружина. Что ж, хотя ее любовь и безответна, но она не позволит какой-то выскочке помыкать собой.

Решать мне, не правда ли? — Моника держалась с завидным спокойствием.

Зеленые глаза Элси надменно прищурились.

Да где ваша гордость? Вы что, намерены покорно ждать, пока Стэн не попросит вас оставить город?

Все это умозрительные построения. Стэн даже не намекал о возможности такой развязки.

Королева подиума хвастливо провела ладонью по своей длинной стройной ноге.

Советую вам задуматься и над другой проблемой. Ведь Джеральд ничего не знает о вашей фальшивой помолвке. Без сомнения, ребенок обожал свою прелестную мать.

Монике показалось, что сердце останавливается.

Какое кощунство — играть на чувствах ребенка!

Не прячьте голову в песок: пришло время сказать мальчику правду.

Именно в этот момент Джеральд вернулся и начал искать в лодке лимонад.

Папа спускается,— возвестил он и стал жадно пить.

Моника заметила коварную улыбку Элси и смертельно испугалась.

Пожалуйста, не надо,— взмолилась она. Но девица продолжала победоносно улыбаться.

Джеральд, ты доволен, что у тебя новая мама?

Мальчик растерялся.

Моника не моя мама. Она мой друг.

Элси, ради Бога, остановитесь!

Однако бездушную мисс невозможно было остановить.

Как только эта женщина выйдет замуж за твоего отца, она станет твоей матерью. Разве ты не рад?

Увидев, как исказилось лицо мальчика, Моника хотела приласкать и успокоить ребенка, но Джеральд рассердился.

Почему вы мне ничего не сказали? Вам до меня нет никакого дела?

Вне себя от обиды, мальчик отбросил бутылку и помчался к ручью, ринувшись в самую гущу кустарника, как будто за ним гнались демоны.

Я оказалась права: эта легкомысленная затея ему совсем не по нраву.— Интриганка ликовала, чувствуя победу над соперницей.

Моника поднялась, готовая броситься вслед за Джеральдом.

Скажите Стэну, в каком направлении он убежал. Я постараюсь остановить ребенка — у берега могут быть крокодилы.

На поляне у ручья Джеральда не оказалось, и Моника тревожно огляделась. Куда же он направился?

Когда она помчалась вдоль ручья, ее догнал Стэн.

Какого черта? Куда ты несешься сломя голову?

Джеральд сюда побежал. Я должна найти его. Он удрал из-за меня.

На отца было страшно смотреть.

Это еще неизвестно, сначала нужно разыскать его.— Нагнувшись, он стал осматривать песчаный берег ручья. Моника дрожала от страха за ребенка.

Нам нельзя останавливаться, Стэн, а то он далеко убежит.

Кэмп указал на неясные вмятины в песке.

Его следы ведут вдоль ручья.

На берегу было множество следов крабов, валялись всякие обломки, выброшенные рекой. Моника не видела отпечатков ног.

Ты в этом уверен?

Я кое-чему научился у своих друзей-аборигенов,— буркнул Стэн, пускаясь по следу.

Монике понадобились все силы, чтобы не отстать. Как разъяренный бык, Стэн несся через пальмовые рощицы, низкие луговины с полегшими деревьями, где в болотах росли белые лилии.