Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

21 глава. Зверек Балскове

Много о чем говорил Тасмир с Георгом, рассказывая о различных законах, установленных Богами, о принципах, лежащих в основе Природы, миров, Вселенной. Отдельно вспоминал Послание. Зачем? Этого Георг понять не мог, да и сам Тасмир не мог поверить в то, что Великий Бог Справедливости, упомянув на совете лишь о намеках, с глазу на глаз разрешил ему передать такой объем информации.

На седьмой день, в последние часы пребывания юноши в другом времени Тасмир должен был преподать ему еще один урок.

— Ты знаешь что-нибудь о Сине Балскове?

— Только то, что он был драконом и могущественным магом. Еще Руфина мне говорила, что он, скорее всего, обладал поддержкой какого-то Бога, поскольку творил нечто невероятное. Но, по-видимому, задумал что-то совсем недозволительное, за что его и наказали Боги. Как — я не знаю.

— Заперли в им же созданной темнице, он не рассчитал, сделав мощный замок, не придумал ключа от него. Син натворил много бед, поизменяв немало событий в истории. Такие маги, как он, рождаются в решающие эпохи и очень редко. Мне искренне жаль, что он пошел не по тому пути.

Син от природы был наделен огромной силой, силой под стать Богам, некоторые маги боялись его, еще, когда он был мальчиком. И он это прекрасно понимал, чувствовал, видел. Он много учился, развивая свои способности, в итоге стал тем, с кем пришлось считаться даже нам. Но я не хочу судить его, тем более, сейчас. Я попытался вмешаться, но было поздно, я опоздал. Он сказал мне: "Я выбрал путь, и он по-настоящему достоин меня, как я достоин его", — Тасмир на минуту смолк. — А что ты сам думаешь о своей силе?

— Я… не понимаю: о чем вы? Если вы думаете, что собираюсь идти и крушить все, что стоит у меня на пути, то это не так. Есть ли у меня какое-то предназначение: я не знаю, но, надеюсь, что беспрекословного фатализма здесь нет, и у меня есть право выбора.

— Оно у тебя есть. И от того, что решишь ты сам будет зависеть и назначение этой силы. Я верю, что ты не будешь направлять ее на разрушение всего окружающего.

— Знаешь, в каком-то смысле Син тоже прав, но что в итоге получится? Любая угроза сложившемуся миропорядку опасна. Мы, Боги, призваны для того, чтобы поддерживать его, а не разрушать, только так возможен мир. Я… хочу, чтобы ты, прежде, чем вернешься в свое время, увидел Сина Балскове, в тот же день, что и сегодня, но в три тысячи сто двадцать пятом году.

В одно мгновенье Георг оказался на оживленной улице, в Каримах. Каримы — прекрасная столица страны драконов, только юный принц помнил ее несколько другой, но не менее прекрасной.

"Ничего не бойся и иди в сторону центральной городской библиотеки, — донесся до него голос Тасмира. — У тебя два с половиной часа, после я перенесу тебя в твое время. Только одна настоятельная просьба: не вмешивайся в происходящее, сверх меры, иначе ты можешь изменить исторический ход событий".

Георг направился к центральной городской библиотеке, вспоминая при этом о времени, в котором он оказался. "Кто правил? Кажется, Марианна, да точно, а принцем был мой тезка. Вот было бы здорово увидеть их!"

Каримы… как долго не видел родной страны, только вспоминая о ней. Бывало, вечером, они с братом вспоминали, как выглядят те или иные храмы, площади, сады, комнаты и залы дворца, перечисляли имена друзей, лишь с некоторыми из них имея возможность общаться в Долине, через них они и узнавали о происходящем в стране. При родителях и Георг, и Андрей не смели даже заикаться об этом, понимая, как тяжело им думать о несправедливом изгнании. После, повзрослев, Георг начинал даже побаиваться возвращения, хотя поначалу только и мечтал об этом. Теперь у него была прекрасная возможность пройтись по улицам милого сердца городу, не боясь быть узнанным или в чем-то обвиненным.

Положение солнца говорило о послеобеденном времени суток. Однако время сегодня не властвовало над распорядком дел: на улицах, вопреки привычной полупустоте в разгар рабочего дня народа было очень много, и по мере того, как Георг подходил к центральной городской библиотеке, численность его возрастала, возрастала вместе с шумом: драконы что-то яро обсуждали. До него Георга никому не было дела — еще бы! Но это было верно лишь до поры до времени.

— Эй, мальчик, — окликнул его стражник, по пристальному взгляду последнего нетрудно было догадаться, что он обращается именно к Георгу, — Почему ты не на занятиях?

— Я… я приболел, поэтому сегодня остался дома.

— Ну, судя по всему, теперь у тебя все прошло? Верно, юный симулянт?

— Но с утра было плохо, честно.

— Ладно, верю, но вообще тебе сейчас лучше покинуть площадь — тут может быть опасно.

— Опасно? Что-то случилось?

Стражник глубоко вздохнул.

— Да, мы и сами толком ничего не знаем, только то, что Балскове хочет продемонстрировать свое очередное изобретение. Будто мало было прошлого фейерверка, уничтожавшего половину городского сада!

— Я помню — мама рассказывала.

— Но вот и он, — стражник кивнул в сторону библиотеки.

Из дверей дома книги вышел высокий довольно красивый, с орлиным носом, средних лет дракон — все замерли. Дракон надменно оглядел толпу, наслаждаясь своей властью. Он поднял вверх затемненный сосуд и слегка встряхнул его, а потом обратился к собравшимся.

— Жители Каримэны! Сегодня вашим взорам предстанет нечто. Я говорил вам, что познал многие законы Природы, законы, о которых в Долине Времен Года и помышлять не смеют, но вам, я покажу их власть. Это — не какой-нибудь глупый фейерверк, то была всего лишь шутка, а здесь настоящее творение. Законы Природы, принципы, руководящие ею, существует с самого ее становления, не Боги устанавливали их, нет. Они также зависимы от законов Природы, как и мы, простые смертные существа!

С этими словами Син открыл крышку сосуда, и оттуда выскочило… Небольшое существо сочетало в себе признаки разных животных: чешую и раздвоенный язык змеи, шерстистые руки и ноги от обезьяны, и многократно уменьшенная голова дракона. Существо окинуло всех хищным взглядом, и, выбрав жертву, кинулось на стоящего неподалеку мужчину. Набросилось оно ему прямо на голову, но дракон успел преобразиться, уже в следующее мгновенье он парил в воздухе, теперь, при таких-то размерах, сбросить творение Балскове не составило труда. Сбросить. Да, камнем падало вниз маленькое чудище, но бывшая жертва небрежно подхватила его лапой. Зверек отчаянно сопротивлялся: извивался, кричал, пронзительно и неприятно. Дракон понес его к скалам — такому творению не стоило жить.

Меж тем народ на площади расступился, и в центр выехала открытая карета, в которой везли королеву. Георг без труда понял это, мода хоть и менялась, но основных атрибутов власти со времен их принятия не касалась. Голову королевы украшал корона с золотыми винновыми листьями, плечи покрывал белоснежный плащ, обшитый золотом по краям, соединенный брошью с гербом Каримэны, и еще трость, голубая, как кровь дракона, овитая золотой лианой.