Обсидановый Оракул - Трой Деннинг

– Давайте попробуем другую, – настаивал Нимус. – Маг’р сказал, что полуостров буквально изрыт гротами.

– Возможно, но у нас может уйти вся ночь на поиски прохода, который нам нужен, – возразил Тихиан. – У нас нет времени искать пещеру в которой хорошо пахнет.

– Согласен, – сказал Агис.

– Вот видишь, мы можем работать вместе, – сказал Тихиан.

– Согласие не означает доверие, – предупредил аристократ, его рука коснулась мотка веревки из волос гиганта, который висел у него на поясе. Как только свобода Тихиана не будет больше необходима для безопасности всей компании, он собирался опять связать короля – и на этот раз это будет удушающая петля, готовая затянуться при первом же знаке опасности.

Тихиан усмехнулся, увидев жест аристократа, и сказал – Но ты должен признать, что не так-то просто найти другую пещеру, похожую на эту. Она достаточно велика, чтобы укрыть нашу лодку, но и достаточно мала, чтобы заставить гигантов держаться от нее подальше, пока мы идем.

– Какая разница, – возразил Нимус. – Этот план просто нелеп. Он никогда не сработает.

– Не начинай это сначала, – проворчала Кестер, толкая скиф вперед. – Сиди и сохрани наши уши от твоего языка.

Все уже устали от возражений джозхала плану, который разработали Маг’р и Тихиан. Услышав, что цитадель Сарам находится на полуострове, изрытом сетью пещер, выходящих как наружу так и внутрь замка, король предположил, что они могли бы проникнуть внутрь через подземный туннель. Нимус немедленно указал, что даже гиганты достаточно умны, чтобы запечатать все подземные входы. Тихиан же, однако, камня на камне не оставил от возражений рептилии, гарантировав ему – и остальным -что сможет сломать любую печать Сарам и спасти Оракул.

Маг’ру эта идея понравилась, но он захотел, чтобы компаньоны открыли ворота замка для его воинов, так чтобы они могли спасти Оракул. Чтобы быть уверенным, что Тихиан и другие выполнят свою часть сделки, сахем пригрозил, что он потопит Ночную Гадюку, если ворота не откроются, когда он атакует на рассвете.

Когда скиф скользнул в внутрь грота, стало темно так, что Агис не видел даже нос суденышка, не говоря уже о том, что снаружи. Тем не менее он не зажег ни свечу ни факел, опасаясь, что мерцающий свет вырвется из входа в пещеру и привлечет внимание стражи. Вмести этого аристократ позаимствовал жезл Нимуса и пробрался на нос шлюпки. Он махал маленькой палочкой вперед и назад, в поисках препятствий перед лодкой и мягко касался стен, чтобы не наткнуться на них. Они двигались таким образом довольно долго, прежде чем глухой рев не потряс пещеру, взметнув удушающее облако ила. Звук был настолько глубок и угрожающ, что Агис почувствовал, как его желудок завязался в узел.

– Достаточно! – прошипел Нимус. Его подергивающийся хвост мягко стукнул о планшир шлюпки.

Кестер остановила судно, и Агис оглянулся назад, к выходу из пещеры. Он не увидел ничего, кроме глубокой, полной темноты. – Возможно, мы достаточно далеко внутри и можем зажечь факел, – предложил Агис.

Остальные согласились. Нимус какое-то время шарил по дну скифа, затем передал вперед неприятно пахнущий факел.

– Как насчет огня? – спросил аристократ.

– Разреши мне, – сказал Тихиан. Король пошарил в своей сумке, потом сказал, – Кестер, ударь этим колышком по этой тарелке.

Аристократ услышал звук, как будто палкой поскребли каменную стену, потом едкий запах серы наполнил его нос, и белая вспышка света на какой-то момент ослепила его. Когда к нему вернулось зрение, оказалось, что он держит в руках горящий факел. На дне скифа лежала кожанная фляга с маслом для факела, а Кестер держала в руках пластинку из белой пемзы и черную палочку.

Нимус жадно выхватил пластинку и палочку из рук тарик и обнюхал их своим дрожащим носом. – Магия? – спросил он завистливым тоном.

– Вряд ли, – ответил Тихиан. – Простой трюк фокусника.

Кестер опять воткнула шест в поток. – Магия или нет, свет – это свет, – сказала она. – Теперь мы можем идти.

Тарик с силой налегла на свой шест.

При свете факела в руке Агис увидел,что налет молочно-белого кальция покрывает потолок грота. Узкие серые сталактиты «натечные минеральные образования, свешивающиеся в виде сосулек, бахромы и т.п. с потолка и верхней части стен пещер и других подземных полостей в карсте» угрожающе свешивались вниз в сотнях мест. Висящие копья обрывались на высоте полтора человеческих роста, оставляя острые, неровные наконечники. Это заинтриговало аристократа, но даже тщательно изучив один из обломанных концов он не смог определить, что вызвало такой эффект. Когда вся компания погрузилось еще дальше в темноту пещеры, кальций начал покрывать как стены, так и потолок, до тех пор пока весь проход не был укутан молочной белизной. Время от времени скиф проходил мимо известняковых перегородок, свисавших из трещин в стенах, или каменных полок, покрытых пористым камнем. Подобно сталактитам, многие из них были покорежены и обломаны, как если бы что-то, едва проходившее в пещеру, волокли через тоннель.

– Запах стал сильнее, – предупредил Нимус. – Нужели вы не чувствуете эту вонь?

Агис вдохнул бриз, но пахло только несвежим, застоявшимся воздухом и жутко вонял маслом горящий факел.

– Это просто гниющее ж’вотное, – сказала Кестер, ее ноздри расширились. – Не о чем беспокоиться.

Несмотря на уверения тарик, аристократ вытащил свой меч. Проход поворачивал назад и вперед, расширялся и становился все менее тесным после каждого поворота, до тех пор, пока аристократ уже не мог коснуться мечом стен. Потолок постепенно опускался, и сталактиты были обломаны все ближе и ближе к их концам. Корпус скифа проскрежетал по нескольким похороненным препятствиям, и концы обломанных сталагмитов «натечные минеральные образования в виде конусов и столбов, растущих с пола пещер и других подземных полостей в карсте навстречу сталактитам» начали выступать из иловой постели.

Агис уже начал бояться, что скиф не сможет пройти дальше, когда пещеру пересек другой тоннель, на этот раз такой большой, что его факел не осветил ни потолок ни стены. Пол, который резко поднимался от их тоннеля, был усеян сломанными сталагмитами, высушенными обломками кораблей и серыми скелетами – как людей, так и животных.

– Лучше бы взглянуть на это поближе, – сказал Агис. Он поднял руку, и Кестер остановила скиф в паре ярдов от огромного входа в пещеру. – Не слишком ли глубок этот туннель? Могу ли я пройти вброд?

Тарик взглянула на длину шеста, оставшегося над илом. – Можно, – бросила она. – Но я бы не обрадовалась, попав ногой в яму.

Агис уселся на нос, готовясь соскользнуть в иловый тоннель, и вдруг обнаружил, что не в слилах вдохнуть. Жирный, едкий запах наполнил проход, настолько невыносимый, что даже его колени задрожали от тошноты.