Обсидановый Оракул - Трой Деннинг

– На нас уже давно не обращают внимание, – проворчал Тихиан.

Король двинулся вперед, через сломанный кусок шифера, к началу стола, где круглолицый гигант сидел на троне из черного базальта. Вырубленный из выступа вулканического пика огромный стул был размером с Золотой Дворец. На чисто-выбритой голове гиганта покоился венок из покрытых коричневыми листьями ветвей деревьев, сплетенный в виде королевской диадемы, и являющийся, как решил Тихиан, символом монарха. Глаза гиганта были глупы и пусты, с толстыми веками и коричневыми оболочками, они оживали только в гневе или хитрой улыбке. Из-под жирных щек выступал огромный двойной подбородок, нависавший над мясистым горлом и колебавшийся, как оторвавшийся парус, когда он обнажал свои кривые зубы в гневе или смехе.

Тихиан не успел сделать и полдюжины шагов, как пальцы Агиса вцепились в его руку. – Что ты собираешься делать? – спросил аристократ.

– Спасти нас, – ответил король.

– Ты уже достаточно сделал для этого, – прошипела Кестер, ее глаза сузились от гнева, когда она присоединилась к паре. – Мы не были бы здесь, если бы ты не убил моих кораблеводцев.

– Я бы не сделал это, если бы вы не заперли меня в карцере – но мы здесь, – прошипел в ответ Тихиан. Он оглянулся на Агиса и задержал взгляд. – Я предупреждал тебя, что невозможно вернуть Черную Линзу без меня. Теперь я покажу тебе почему.

Король освободился и опять пошел вперед, остановившись только около глиняной пивной кружки, высотой с его грудь. Гигант на троне не обратил на него никакого внимания, но продолжать рычать на другого члена племени, сидевшего в центре стола, больше чем в тридцати шагах от него. Тихиан незаметно повернул ладонь к земле и начал собирать энергию для заклинания.

На каменистых склонах гор, над головой гигантов, лужайки травы, острой как лезвие кинжала, и желтые шары чертополоха начали вянуть, когда Тихиан вытянул жизненную из их корней. В течении нескольких мгновений все растения, до которых он смог дотянуться, превратились в пепел, оставив стены каньона черными и безжизненными, как сланцевая поверхность стола.

Рука гиганта резко дернулась вниз, как кес’трекел бросается на раздутое солнцем тело. Он схватил свою кружку и взмахнул ею, вылив пять галлонов золотого меда на голову Тихиана, затем поставил кружку на плечи короля.

– Никакой магии! – прогрохотал он.

Внутри кружки, приглушенный голос болезненно отозвался в ушах Тихиана.

– Слишком поздно, – прошипел Тихиан.

Тирянин протянул руку и вырвал нитку из подкладки своей мантии, потом обернул ее вокруг кончика указательного пальца. Наставив палец на гиганта, он произнес заклинание и спустил нитку на первый сустав пальца.

Голос гиганта опять отдался эхом внутри пивной кружки, на этот раз удивленным криком, когда корона соскользнула на горло гиганта и начала его душить. Отовсюду раздались крики ужаса, и стол затрясся, когда гиганты с обоих сторон вскочили на ноги. Тихиан улыбнулся сам себе и закрутил концы нитки, сделав петлю настолько тугой, что палец начал кровоточить.

Тихиан почувствовал, как пивную кружку убрали с его головы. – Это что, твоя идея о помощи? – закричал Агис, отбрасывая огромный стакан в сторону. – Так ты убьешь нас!

– Неужели я произвожу впечатление человека, который так мало заботится о своей собственной жизни? – ответил Тихиан.

– На меня ты производишь впечатление сумашедшего, – невесело ухмыльнулся Нимус. Маленький джозхал стоял около аристократа, качаясь и с трудом держась на ногах, ухватившись своей трехпалой ручкой за пояс Агиса. – Убери свою магию, прежде чем-

– Поздно, – вскрикнула Кестер, оттаскивая Нимуса и Агиса в сторону. – Держитесь подальше от него, если не хотите, чтобы вас размазали вместе с ним.

Тихиан взглянул на нескольких гигантов, тянувших руки к нему, их ладони уже приготовились прихлопнуть его.

– Остановитесь, – заорал Тихиан. – Если я умру, ваш вождь умрет тоже!

Тихиан указал пальцем на базальтовый трон. Корона сахема уже почти полностью исчезла в складках его толстой шеи, а грязные ногти гиганта оставляли кровавые царапины в его мясе, когда он пытался засунуть кончики пальцев под удушающие его ветви.

– Ты лжешь, – проворчал один из гигантов, долговязый парень с рыжей бородой и волосами. – Как ты сможешь убить нашего великого вождя, если ты мертв?

– Магия, – ответил Тихиан, поднимая палец с ниткой, обвившей его палец. Если я умру, петля будет стягиваться все туже и туже, пока не перережет мой палец. Корона вашего сахема сделает тоже самое, только она перережет горло вместо пальца.

Несколько гигантов опустили свои головы и уставились на указательный палец, поднятый к ним. Их дыхание окатило Тихиана как ветер, пахнувший конюшней, но они не решились прихлопнуть его.

Король усмехнулся. – Так-то лучше, – сказал он. – Теперь-

Его прервал громыхающий голос с дальнего конца стола. – Освободи нашего сахема Маг’ра, или я смахну твоих друзей со Стола Вождей.

Тихиан бросил взгляд через плечо и увидел, что гигант положил свою массивную руку поперек стола и готов сбросить всю сжавшуюся от ужаса команду рабов Кестер в Иловое Море.

– Меня не заботит, что ты сделаешь с ними, – сказал король, снова взглядывая на Маг’ра. Цвет лица сахема из красного стал пурпурным, глаза едва не выскакивали из орбит. – Мне они не друзья.

– Но они мой экипаж, – проворчала Кестер, подходя к королю. – Они нужны мне, чтобы управлять Ночной Гадюкой.

– Экипаж можно заменить.

– Не здесь, – заметил Нимус, отходя на несколько шагов. – Если это и была твоя идея, как спасти нас, ты дурак.

– Экипаж – помеха для нас, – возразил Тихиан. – Если мы дадим гигантам подумать, что они важны нам, Маг’р использует их против нас.

– Я не дам тебе пожертвовать ими, – предупредил Агис. – Они живые существа, подобно любому жителю Тира.

Рука аристократа опустилась на рукоятку меча, который все еще находился у него в ножнах. Гиганты, которые заботились о человеческих клинках не больше, чем мул-гладиатор заботился о детском деревянном кинжале, даже не потрудились отнять у них оружье.

– Ты всегда слишком высоко ценил чужие жизни, Агис, – сказал Тихиан, срывая нитку с пальца. – Но будь по твоему.

Когда корона провисла, палец Маг’ра скользнул под сучья, и сорвал ее с шеи.

Он забросил разбитую диадему в горы и схватился за шею, тяжело дыша и кашляя. Каждое его покашливание выбрасывало сильнейший порыв ветра, пролетавший над каньоном.

На другом конце стола гигант убрал руку, которой он угрожал смести экипаж Кестер, шепот облегчения пробежал между рабов. Даже не бросив на них взгляд, Тихиан вынул живого светлячка из своей сумки, проткнул его лезвием кинжала, потом быстро вызвал энергию для другого заклинания.