Укус змейки - Люси Рэдкомб

— Это я-то?! — Джеф схватился за ворот рубахи так, что вырвалась с мясом верхняя пуговица. — Я не женюсь на Сандре. — Он встал в театральную позу. — Ага, это сообщение произвело желаемый эффект? В чем дело, милая? Ты бы заговорила иначе, если бы знала, что я вполне свободен располагать собой, как и твой драгоценный Пол? А я куда лучшая партия, смею заметить. Если бы в тот вечер ты подождала пять минут, я бы тебе о многом сказал…

— Ха-ха, я, распутница, разрушила брак, заключенный на небесах! — съязвила Мэри, потрясенная новостью — он не женится на Сандре!

— Скажем так: я принимал на веру слишком многое, — мрачно подвел итог Джеф. Стиснув зубы, он обдал Мэри презрительным взглядом. — Подумать только, я, непроходимый глупец, надеялся, что… — В груди его что-то заклокотало.

— Ты надеялся, что я сумею до тебя возвыситься? Или, скорее, унизиться? А сейчас мне полагается заламывать руки и заливаться слезами раскаяния? — Мэри вызывающе выпятила грудь. — Ах, я упустила партию века! Тебе будет небезынтересно узнать, что я не разделяю здешнее ложе ни с Полом, ни с кем-либо другим. Пол улетел в Торонто, мириться с законной женой, а я караулю дом. Я пыталась тебе все объяснить, а ты всех меришь своей меркой, — безжалостно докончила Мэри.

По лицу Джефа разлилась смертельная бледность.

— Да я… да ты знаешь…

— Нет, мой милый, — остановила она его, предостерегающе подняв руку. — Теперь моя очередь. Ты высказался, обнажив свою суть. И все, разговор окончен.

Ярость Мэри перегорела так же быстро, как нахлынула, и ей вдруг отчаянно захотелось броситься в объятия любимого человека и бурно, по-детски, разрыдаться, но женская гордость не позволяла.

— Похоже, мне остается только попрощаться?

Не встретив ответа, Джеф молча повернулся и ушел, хлопнув дверью.

— Скатертью дорожка! — фыркнула Мэри и расплакалась в голос…

10

— Помоги-ка закрепить, мам! — Мэри торжественно вручила матери тряпичный номер вместе с булавками.

— Тогда повернись. — Линда приколола к розовой ткани балетной пачки огромную цифру «66». — Ну вот, готово! — Она отошла в сторону, чтобы оценить общий эффект: пышный наряд в сочетании с кроссовками и оранжево-черными полосатыми гетрами смотрелся в высшей степени вызывающе и комично.

— Я не собираюсь ставить рекорды, мое дело — собрать много-много очаровательных зеленых банкнотиков. — Местная больница отчаянно нуждалась в современном оборудовании, и участники марафона вознамерились собрать нужную сумму.

— Грустно, когда лечебные учреждения зависят от благотворительности, — вздохнула Линда.

— Пока ведутся бесконечные споры о пересмотре бюджета, наш комитет принесет пользу десяткам детишек.

— Вы все поработали на совесть, — согласилась мать.

— И старые пачки пригодились. Кстати, ты не знаешь, куда задевались фотографии генеральной репетиции моего последнего спектакля? — небрежно спросила Мэри.

— Да найдутся со временем! Тебе пора на старт.

— Мама! — угрожающе проговорила девушка.

— Ну хорошо, я дала их Мейсону. Посмотреть. Он так интересовался твоим балетным прошлым. Я думала, ему понравится, — стала оправдываться мать.

— А тебе не приходило в голову, что мне бы этого не хотелось?

— Ну почему же? Джеф очень тобой интересуется. Мне кажется, он так тебе подходит, такой милый.

— Джеф бы первый с тобой согласился, — через плечо бросила Мэри, направляясь к стартовой черте. Она гордилась своей стойкостью: за две недели ей удалось напрочь забыть Мейсона. Он остался в прошлом.

По свистку серьезные бегуны рванулись вперед, за ними последовали ряженые, какие-то старцы с бородами и чудак средних лет, запакованный в гигантский подгузник. Атмосфера шутливого состязания взбодрила бы и законченного меланхолика.

— Первая миля — самая трудная, — прокричал какой-то потешный бегун, вырядившийся медведем. Дорога наконец-то пошла под уклон.

— Оптимист! — фыркнула Мэри. — Ты смотри не задохнись в своей шкуре, — заметила она спустя полмили. Медведь по-прежнему стойко держался рядом. Глядя на громоздкий костюм она удивлялась, как бедняга в нем дышит.

— Возможно, мне и впрямь потребуется искусственное дыхание, — глухо прозвучал голос из-под маски.

— А ты сними голову.

— Позже.

Мэри на ходу протягивала коробку для денежных пожертвований зрителям, выстроившимся вдоль дистанции. Медведь не отставал. Девушка не на шутку встревожилась за него. В такую жару и в таком костюме на одном энтузиазме долго не продержишься.

— Пей побольше жидкости, — посоветовала она.

— Маска мешает…

— Привет, Мэри! — Мимо промчались две усатые монахини, по пути игриво хлопнув девушку по плечу. — Классный у тебя костюм.

— Друзья? — осведомился Медведь.

— Рэгбисты; один приходит ко мне на массаж.

— Пожалуй, сейчас и мне массаж бы не помешал.

— Всегда можно сойти с дистанции.

— И потерять добровольные пожертвования? Я тоже бегу ради аппарата УЗИ. Не жди меня, — героически добавил охрипший зверь. — Я как-нибудь доберусь до финиша. Вспомни сказочку про черепаху и зайца.

— При твоем костюме эта аналогия неуместна.

На протяжении следующей мили бегуны сосредоточенно молчали; тишину нарушали только приглушенные стоны и прерывистое дыхание Медведя. Мэри уже решила, что спутник ее не так уж и слаб, раз держит темп, но тот вдруг пошатнулся — и театрально упал к ее ногам.

— Ох, нет! — воскликнула она и, остановившись, опустилась на колени. — Сейчас помогу.

Прощупать пульс под шкурой не представлялось возможным. И тут… лохматая медвежья голова соскочила, и Мэри от неожиданности села прямо на дорожку.

— Ты в порядке?.. — начала было она и, не докончив фразы, свирепо выругалась: — Ах ты, змей!

— Не змей, а всего лишь «медведь», — поправил ее Джеф.

Шутник, похоже, ничуть не запыхался.

— Что за выходка! — бушевала Мэри. — Ты выглядишь полным идиотом!

— Я очень надеялся, что ты это заметишь. Эй, подожди меня! — воскликнул он, бросаясь вдогонку за беглянкой.

Она считала себя неплохой спортсменкой, но доктор, похоже, не уступал ей по всем статьям. Как она ни старалась оторваться от преследователя, Джеф упорно держался рядом.

— Ну что ты увязался за мной? — выкрикнула она. — Ты мне не нужен!

— Еще как нужен; и я не уйду, пока ты этого не признаешь.

— Ты с ума сошел, — вспыхнула Мэри.

— Нет, отчаялся. Другого способа поговорить с тобой просто не предвиделось. Я знал, что с дистанции ты ни за что не сойдешь.